Одновременное оперирование сразу несколькими контекстами в заявлениях оценки – залог их максимальной эффективности, так как именно аргументная база этих заявлений находится в центре пристального внимания политических кругов. Например, в имеющих широкое распространение случаях, когда объектом оценочного заявления является конкретный политик и его действия, для наиболее полного объяснения аргументов положительной/отрицательной оценки наряду с озвучиванием общих принципов политики уместно оперирование контекстом личностных качеств конкретного политика, его биографии и т. п. Вот заявление пресс-секретаря относительно возглавления действующего премьер-министра правящей в Армении партии:
Президент положительно оценивает факт вступления Сержа Саргсяна в ряды Республиканской партии и возглавления им Совета РПА. Имеющий большой авторитет политик, он, как и несколько других государственных деятелей, вступив в партию, может оказать положительное влияние на политический процесс в нашей стране. Однозначно, это положительное явление, тем более что до сих пор мы чаще имели дело с расколами в партиях, нежели с объединениями вокруг одной идеологии.
Информационные заявления и заявления действия с указанием на экстреннуюинформированность президента и описанием императивныхдействий главы государства широко используются во время чрезвычайных ситуаций. В качестве примера рассмотрим материалы СМИ, где использованы соответствующие заявления пресс-секретаря президента РФ. Вот сообщение ИТАР-ТАСС от 23 октября 2002 года о первых действиях находящегося за рубежом президента Путина после захвата террористами заложников в Театральном центре на Дубровке в Москве:
Президент РФ Владимир Путин был немедленно проинформирован о захвате концертного зала в Москве. Об этом сообщил пресс-секретарь президента Алексей Громов. Как сообщили в пресс-службе президента России, в связи с событиями в Москве Владимир Путин отменил свою встречу с федеральным канцлером Германии Герхардом Шредером в Берлине и рабочую поездку в Португалию. В свою очередь, предполагалось, что российский лидер проведет переговоры со Шредером на территории западноберлинского аэропорта «Тегель» по пути в Лиссабон. Кроме того, в рамках однодневного визита в Португалию, сообщил накануне ИТАР-ТАСС заместитель главы администрации президента РФ Сергей Приходько, были запланированы переговоры Владимира Путина с президентом Португалии Жоржи Сампайю и премьер-министром Жозе Мануэлом Дураном. Президент Португалии выразил «искреннее сожаление» по поводу случившегося. Владимир Путин в связи с терактом в Москве принял решение отложить рабочий визит в Мексику. Как сообщил РИА «Новости» пресс-секретарь президента России Алексей Громов, глава российского государства также отказался от участия во встрече глав государств и правительств стран – членов форума Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) в мексиканском городе Лос-Кабосе.
Как видно из примера, в первую очередь приводится фраза с обозначением экстренной информированности главы государства, что в подобных ситуациях имеет особо важное значение: вспомним о презумпции субъектности и ответственности высшей власти. При этом некоторая объектность главы государства («…президенту доложено…») на самом деле является лишь кажущейся или условной, так как это, в свою очередь, означает, что президент владеет ситуацией и готов к определенным действиям. Подтверждением этого в данном случае являются сообщения об отмене всех запланированных встреч и ближайших визитов.
Далее – публикация «Независимой газеты» от 26 августа 2004 года, когда в России c интервалом в несколько минут произошли сразу две авиакатастрофы. Здесь можно без труда выявить все необходимые компоненты информирования о действиях президента в условиях чрезвычайной ситуации: то же обозначение экстренной информированности главы государства, срочные и периодичные сообщения о его распоряжениях, поручениях и др.
Вчера вечером президент России Владимир Путин вернулся в Москву из Сочи. Известие о двух синхронных авиакатастрофах застало Владимира Путина в его сочинской резиденции «Бочаров Ручей». Уже в 3.30 утра пресс-секретарь президента Алексей Громов заявил российским информагентствам, что глава государства о трагедии «был немедленно проинформирован». И сразу же начал давать распоряжения силовым министрам.
Главной инстанцией по расследованию катастрофы Путин поначалу назначил Федеральную службу безопасности. По словам президентского пресс-секретаря, руководитель страны «поручил ФСБ РФ начать немедленное всестороннее расследование в связи с трагедией с самолетом Ту-134 в Тульской области и исчезновением с радаров самолета Ту-154 в 138 км от Ростова-на-Дону».
Такой выбор свидетельствовал о том, что в первые часы после трагедии версия о теракте рассматривалась как основная. Не случайно на доклады о ходе поисков самолетов и анализе причин случившегося к главе государства вызывались именно силовики. «Владимир Путин постоянно получает доклады от руководителей МЧС, ФСБ и других силовых ведомств России», – сообщали официозные агентства в своих утренних выпусках со ссылкой на Алексея Громова. Так, около девяти утра Сергей Шойгу доложил президенту об обнаружении места падения самолета Ту-154.
Однако ближе к полудню позиция руководства страны по поводу трагедии в небе над Ростовской и Тульской областями была скорректирована. ЦОС ФСБ объявил, что признаков терактов пока не выявлено. Взрыв на автобусной остановке московская милиция решила считать и вовсе хулиганством. А чуть раньше пошли сообщения из Сочи: ответственным за анализ произошедшего назначен все-таки гражданский чиновник. Председателем государственной комиссии по расследованию причин катастрофы самолетов Ту-134, Ту-154 Владимир Путин назначил министра транспорта Игоря Левитина. Президент поручил министру в кратчайшие сроки представить предложения о составе комиссии, сообщил Алексей Громов.
Приведем еще один характерный пример. Вот заявление пресс-секретаря президента Армении по поводу пожара в здании министерства юстиции РА, сделанное в феврале 2008 года, где наряду с обязательными для жанра и уже рассмотренными нами компонентами содержится указание на действия президента как главы исполнительной власти:
Главе государства доложено о происшедшем прошлой ночью пожаре в здании министерства юстиции. Президент Кочарян поручил правоохранительным органам провести соответствующее расследование с целью выявить причины пожара. Одновременно президент поручил правительству РА в срочном порядке принять меры для обеспечения министерства новым зданием и восстановления его нормальной деятельности. Роберт Кочарян выразил свое удовлетворение действиями пожарной службы, благодаря которой удалось остановить распространение огня на находящиеся по соседству здания Кассационного суда и прокуратуры Республики Армения.
При помощи этого примера обратим внимание на один из скрытых смысловых элементов заявления, который широко используется специалистами в создании подобных текстов. В соответствии с выраженным тем или иным глаголом действием выбирается наиболее удобный сигнификат,[8] обозначающий президента. Обратим внимание, что в данном случае сигнификативно-глагольные пары выстроены следующим образом: главе государства – доложено, президент – поручил, Роберт Кочарян – выразил удовлетворение, что позволяет наряду с обеспечением сигнификативного разнообразия текста в первых двух парах показать действия Роберта Кочаряна в отношении случившегося сугубо как президента, в последней – некоторым образом подчеркнуть и его личное отношение к действиям пожарников. Восприятие этого элемента в основном осуществляется более на подсознательном уровне, однако в некоторых случаях оно имеет строгую конкретику. Так, если президент посещает воинскую часть, то естественным образом в действие вводится его другой сигнификат – Верховный Главнокомандующий, который не может быть использован в случаях, не связанных с армией страны и не имеющих специального, целевого указания на эту функцию главы государства.
Наконец, рассмотрим пример заявления, где выражается соответствующее эмоциональное состояние представителя власти в качестве ответной реакции на заявление другого лица, что становится в данном случае способом восстановления картины реалий. Вот информационное сообщение армянского ИА «Медиамакс»:
Накануне спецпредставитель ЕС на Южном Кавказе Питер Семнеби заявил, что «на властях Армении лежит ответственность за установление правильного тона для СМИ, избегая при этом прямого вмешательства». Семнеби сказал об этом в телефонном интервью «Медиамакс» из Брюсселя, комментируя итоги своего двухдневного визита в Армению. По просьбе «Медиамакс» пресс-секретарь президента Армении прокомментировал это заявление. «Заявление г-на Семнеби озадачило. Не вижу, что в европейских странах власти ответственны за тон в СМИ. Непонятно, каким инструментарием эту ответственность можно реализовать вообще. Не знаю о мотивах утверждения г-на Семнеби, а также критериях оценки и источниках информации, но очевидно, что они далеки от истины. Если бы г-н Семнеби потрудился изучить первопричину накала предвыборной полемики в Армении, он, несомненно, увидел бы, что власть является самым сдержанным участником процесса. Кстати, мы наблюдаем за выборами в Европе, и, откровенно говоря, особой изящностью тональность СМИ в них не отличается».
Как видно из приведенного примера, в данном случае мы имеем дело с опровержением, выраженным при помощи обозначения общего недоумения по поводу сказанного, которое подчеркивается аргументами сравнения. Это весьма распространенный прием, предполагающий употребление ответной, иногда весьма жесткой, критики. Но так или иначе, для обозначения конкретного смысла заявления здесь введен оборот