— Я не намекаю, а говорю прямо, Анна Николаевна. На территории императорского двора живёт предатель. В лучшем случае, он находится среди стражников. В худшем — среди дворян, — произнёс я. — Но сейчас мы ничего изменить не можем. Как я понимаю, вам требуется лекарская помощь. Давайте лучше поговорим об этом.
Дворянка успокоилась, присела на угол кровати и вытянула шею, показав мне своё лицо.
— Учтите, Павел Андреевич. Это — конфиденциальная встреча. О том, что вы сейчас видите, не должен узнать никто, — заявила она. — Взгляните на этот кошмар! Бородавка!
Я присмотрелся к её верхней губе и обнаружил довольно объёмный пузырёк. Благо он был один. Но я был уверен, что очень скоро он разрастётся и создаст новую колонию сыпи.
— Это не бородавка, — сказал я. — Это герпес. Инфекция.
— Ох, какой же кошмар! Какой стыд… — Анна прикрыла руками глаза. — Значит, Эдуард Дмитриевич был прав. Это только мазями можно излечить, верно?
— Мазями или противовирусными таблетками, — сказал я. — Эти высыпания появляются из-за герпес-вируса. И, если я правильно понимаю, лекарь Дубков вам уже назначил терапию. Так скажите, для чего тогда нужен я?
— Дубков сказал, что на лечение может уйти неделя, если не больше! — воскликнула Анна. — А мне нужно, чтобы этой болячки не было уже завтра! Мы с мужем собираемся на важную встречу. Там будет много гостей. Скажите, Павел Андреевич, как я могу показаться на людях с этой гадостью на губе⁈
Сразу видно — у дворян свои проблемы. А у дворянок — тем более.
— Не вижу проблемы. Я могу убрать эту сыпь лекарской магией, — произнёс я. — А Эдуарда Дмитриевича вы об этом не просили?
— А чего толку его просить? — хмыкнула Анна. — У него вечно не хватает маны. Тем более, он сказал, что эта сыпь магией не лечится. Вы вообще уверены, что правильно поставили диагноз, Павел Андреевич?
Проклятье, я ещё даже ни разу не видел этого Дубкова, а он уже успел порядком мне надоесть.
Понимаю, почему он сказал, что магией это не лечится. Потому что сказал пациентке, что это — бородавка! Перепутал два вируса, поэтому и не смог справиться. Бородавка, как правило, появляется из-за вируса папилломы человека. А тут у нас явный герпес. Образованный врач точно сможет отличить два этих типа высыпаний.
— Обещаю, что уже через десять минут у вас не будет этой сыпи, — сказал я. — Только предупреждаю сразу, это будет неприятно.
— Больно? — вздрогнула Анна.
— Нет, щекотно, — ответил я. — В процессе может возникнуть небольшая аллергическая реакция, но она пройдёт быстро.
Анна Николаевна приготовилась к предстоящей манипуляции, а я на пару секунд закрыл глаза, чтобы оценить запас своей магии. Остаток меня совсем не порадовал. Сначала лечение дворецкого с астматическим статусом, потом схватка с убийцей — вот весь запас почти и подошёл к концу.
На один герпетический пузырёк этого хватит. Правда, есть ещё одна проблема.
Мой «анализ» ещё не развит настолько, чтобы взаимодействовать с бактериями и вирусами. Я могу их убить, но не смогу удостовериться, что инфекция полностью уничтожена. Но и с этой ситуацией можно разобраться. Направлю большую часть сил на стирание инфекции. Выстрелю из пушки по воробьям.
А оставшуюся часть сил потрачу на восстановление кожных покровов.
Когда процесс лечения подошёл к концу, я отступил назад, выдохнул и вальяжно развалился на кресле.
Со стороны это выглядело, будто я злоупотребляю гостеприимством Анастасии, но так мной и было задумано. Я просто скрывал усталость. Запас маны полностью истощён.
— Всё! — торжественно сказал я. — Можете посмотреть в зеркало.
Настя тут же передала Анне Николаевне свою косметичку. И дворянка аж взвизгнула от удивления.
— Получилось! И вправду получилось, Павел Андреевич! — от всех её тревог не осталось и следа. Она смеялась и продолжала рассматривать своё отражение. Затем, удостоверившись, что её лицо в полном порядке, резко поднялась с кровати и спросила: — Сколько с меня?
— Нисколько. Я получаю неплохую зарплату, — ответил я. — Вернее, должен получать. Я пока что только один день отработал.
— Ну как же? А за конфиденциальность я должна допла… — Анна осеклась. — Что вы сказали? Один день⁈ Настя, ты кого ко мне привела? Новичка?
— Его самого, — ответил вперёд Ковалёвой я и тоже поднялся на ноги, чтобы поравняться с Анной. — И новичок, который избавил вас от герпеса, будет очень признателен, если вместо денег вы окажете ему другую услугу. Скажите своим знакомым о новом лекаре, который с радостью примет их в императорской больнице.
Шах, господин Гаврилов. Я только что запустил первый механизм, который сделает из меня настоящего лекаря. Медлить с этим нельзя. Если ещё хотя бы пару дней я буду заполнять эти чёртовы протоколы, у меня от мозгов останется только жидкая масса.
— Прошу прощения, господин Булгаков. Я слишком резко выразилась, — исправилась Анна. — Можете на меня положиться. Если вы сохраните мою тайну, я с радостью прорекламирую вас слугам и знакомым дворянам.
— Тайна пациента для меня дороже собственной, — уверил её я. — Если мы когда-нибудь встретимся ещё раз, я вас уже знать не буду.
Настя и Анна о чём-то пошушукались, и дворянка уже приготовилась покинуть комнату, но я решил её остановить.
— Ах, да, Анна Николаевна! — крикнул я. — Хотел вас предупредить. Есть вероятность, что эта инфекция могла передаться вашему мужу.
— Мужу? — удивилась она. — Вы хотите сказать…
— При поцелуе, — кивнул я.
— О нет, — прошептала она. — Да ведь тогда же… Я побежала!
Анна, хлопнув дверью, исчезла. И что-то мне подсказывает, что не о муже своём она забеспокоилась. Уж больно сильно подскочил её пульс, судя по данным моего «анализа».
— Павел, ну ты… Как же ты ловко справился! Мы с баронессой Шолоховой уже давно знакомы. Я ещё ни разу не видела её такой довольной! — воскликнула Настя, заперев дверь за Анной. — А ты точно помощник лекаря? Просто я уже второй год сижу на приёме с Дубковым и пока что ни разу не видела, чтобы он за пару минут исцелял даже такие мелкие болячки.
— Все вопросы к Дубкову, — сказал я. — То, что я сделал, может воспроизвести любой лекарь.
Если, конечно, сможет поставить правильный диагноз.
— Что ж, стоит отметить, вечер выдался славным, — заключил я и направился к выходу из квартиры.
— Уже уходишь? Я думала, ты ещё задержишься, — растерялась Ковалёва.
— Нет, сегодня не смогу. Но в другой раз обязательно, — улыбнулся я. — Да, и ещё кое-что… Если Дубков завтра будет на тебя ругаться за утреннего пациента, сразу направляй его ко мне.
Нам есть, о чём поговорить.
— Я ничего не знаю! Это какая-то ошибка! Меня взял под контроль какой-то телепат! — кричал наёмный убийца Антон Шутов.
Конечности мужчины начали понемногу восстанавливаться. Паралич оказался временным. Но на этом мучения убийцы не закончились.
Командир охраны Коршунов доставил нарушителя в службу безопасности. Там его сковали не только цепями, но и магией. Бежать не представлялось возможным.
Плакала его пенсия! Последнее убийство… Всего одно убийство отделяло головореза от возможности уйти на отдых. Шутов мечтал сколотить состояние и уехать на юг. Но между ним и его мечтой встал всего лишь один лекарь.
— Хватит орать! — стукнул кулаком по столу сидящий напротив убийцы командир Коршунов. — Ещё никому за последние несколько лет не удавалось так бестактно ворваться на территорию императорского двора. Мы с другими командирами лично отбираем стражников. Проверяем их личные дела и всю родословную. Не знаю, кто ты такой, но этой ночью ты опозорил всю службу безопасности. Отвечай, откуда взял нашу форму? Кто тебя впустил?
Шутов с радостью сдал бы своих нанимателей, если бы знал, кто они такие. Посредник, который передавал указания и форму, тоже оставался безымянным. Таковы условия работы убийцы. Полная анонимность.
Вот только сейчас Шутову она сейчас на руку не играла.
— Молчим, значит… — Коршунов устало протёр глаза. — Хорошо. В таком случае расскажи мне, как с тобой связан Булгаков? Почему ты на него напал?
Снова тишина. Антон начал осознавать, что оправдаться уже никак не выйдет. Выхода отсюда нет. Так и какой же тогда смысл разговаривать с командиром? Лучше принять смерть или заключение с честью.
— Ты ведь понимаешь, что завтра сюда явится старший дознаватель? — воспользовался последним козырем Коршунов. — Ты знаешь, кто он такой? Сначала он накачает тебя зельями, и ты выдашь всю правду. А если она его не устроит, он возьмётся за пытки. В прошлом он работал лекарем, но с лечением людей у него как-то не задалось. Поэтому теперь он их мучает.
Лекарь.
Это слово впечаталось в голову Шутова. Оно начало ассоциироваться у него с врагом.
И тогда убийцу посетила мысль. Почему бы не отомстить напоследок тому, кто окончательно разрушил его и без того несчастную жизнь? Пусть завтра дознаватель достанет из него правду. Но сейчас можно напоследок дать Булгакову сдачи.
— Во-первых, командир, я не нападал на Булгакова, — заявил Шутов. — Это он на меня напал. И если вы ещё не поняли, именно этот поганый лекарь помог мне проникнуть внутрь. На этом всё. Думайте, что хотите. Больше до прибытия дознавателя я ничего не скажу.
Судя по выражению лица, Коршунов усомнился в правдивости слов заключённого.
— Петька! — крикнул он своего помощнику. — Внести в список дел на завтра. В десять утра у меня встреча с Павлом Андреевичем Булгаковым.
Прежде чем вернуться в свою квартиру, я прошёлся до центра Дворцовой площади — к Александровской колонне. Это было одно из множества мест силы, где лекари могли зарядиться маной.
Иногда мне кажется, что этот мир изначально был создан для лекарей. Судя по информации, которую я смог вычитать в официальных статьях, почти весь он заполнен такими источниками жизненной энергии. Ни для кого, кроме лекарских магов, таких источников больше нет.