– Кхе-кхе, – кашлял мальчик.
– А ну скорее домой идём! Так и заболеть недолго. Без шарфа-то совсем холодно, – беспокоилась бабушка.
Шарфу вдруг ужасно захотелось быть шарфом. Шарф – он тёплый, пушистый и очень-очень нужный. Он шарф – и никто иной. Ох как быстро он поскидывал с себя все жёлтые нитки и быстро-быстро полетел домой.
– Шарф – это хорошо! Это лучше всех! – хвалил он сам себя, аккуратно укладываясь на кресле. – Вот бабушкин внук придёт, и как он мне обрадуется! Не то что какой-то там гусенице или бабочке. Будем гулять с ним вместе: ведь я ему так нужен!
Стол с приключениями
Анечке купили новый письменный стол. Очень красивый и современный. Ножки у него регулировались по высоте, а стульчик подъезжал и отъезжал по специальным рельсам, столешницу можно было поднимать, – а уж сколько в нём было чудесных ящичков! Прелесть! Анечка была отличницей, и письменный стол ей был очень нужен. Она радовалась подарку и предвкушала как ей будет хорошо и удобно сидеть за ним, как здорово учить уроки.
Едва Анечка присела за стол и разложила тетрадки с учебниками, как стол дёрнулся.
– Показалось, – прошептала Анечка.
Ведь столы – это неподвижные предметы и никогда не шевелятся.
– Ничего не показалось, – ответил ей кто-то.
Стол приподнялся в воздух вместе с Анечкой и плюхнулся обратно.
Девочка ужасно перепугалась: никогда ещё ни один письменный стол не разговаривал с ней, и уж тем более не подпрыгивал. От страха она не могла пошевелиться.
– Ну что замерла? – спросил письменный стол. – Иди окно открывай!
– Зачем? – удивилась девочка.
– Ну не будем же мы бить стекло? – хихикнул письменный стол.
– Не будем, – согласилась Анечка.
– Ну что ж ты какая несообразительная? А ещё отличница! Я столько в коробке пролежал! Столько ждал, пока меня соберут! Наконец-то! Давай же скорее – полетаем!
– Полетаем!? – ойкнула Анечка. – Как это – полетаем?
– А вот так! – Стол взмыл к потолку, едва не сбив Анечкиной головой люстру, покружился по комнате и плюхнулся на ковёр, хлопнув крышкой. – Иди окно открывай!
– Ого! – Девочка захлопала в ладоши и побежала к окну. – Здорово!
Едва Анечка присела обратно на стул, как стол, заложив вираж под потолком, вылетел в распахнутое окно.
Девочка захлёбывалась от восторга и стремительного ветра, бьющего ей в лицо. Она неслась по небу, словно птица или самолёт. Сначала Анечка немного трусила и очень крепко держалась за стол, но потом освоилась и стала глазеть по сторонам.
Внизу мелькали дома и знакомые улицы. Вон школа, а вон бабушкин дом.
– С ума сойти! – радовалась девочка.
Стол нырнул в облако и вынырнул с другой стороны. Пушистые и влажные лохмотья прицепились к волосам и платью. Они были такими мягкими и легкими! Анечка никогда раньше не трогала облако и не знала, что это так приятно.
А стол всё летел и летел!.. Девочка едва успевала вертеться из стороны в сторону.
– Ой! – вдруг вспомнила она. – Мне же уроки делать надо!
– Ну вот ещё! – откликнулся стол. – Какие могут быть уроки, когда столько вокруг интересного?!
– Но завтра в школу! Меня спрашивать будут! – заволновалась Анечка.
– Глупости! – решил стол. – Полетели, чего покажу.
Он хлопнул крышкой и рванул в сторону.
Они подлетели к большому оштукатуренному зданию, стол притормозил у распахнутого окна. Анечка заглянула внутрь и обомлела:
– Шоколадная фабрика!
– Она! – подтвердил стол.
Девочка никогда ещё не видела столько сладкого!
Потом они побывали в цирке. Стол незаметно шмыгнул в раскрытое окно под самым куполом и после представления вылетел обратно.
С такими приключениями Анечка совсем позабыла про учёбу! Каждый день она бегом неслась домой, к своему столу! Иногда они летали всю ночь – ведь до Африки или Австралии так быстро не долетишь. Анечка видела водопады и верблюдов, побывала в самых больших парках развлечений. Антарктида ей не понравилась – ужасно холодно, хоть она и тепло оделась. Зато на пляжах было чудесно!..
А вот из школы она начала приносить сплошные тройки, того гляди двойки пойдут. И папа заподозрил неладное. Присмотрелся, понаблюдал и всё понял.
– Так не пойдёт, – сказал папа. – Это и опасно, и на учёбу плохо влияет.
Взял здоровенные гвозди и прибил стол к полу, приговаривая:
– Никаких несанкционированных полётов до самых каникул!
Стол вопил, аж в ушах звенело! А потом привык. Что уж поделать против папы и гвоздей?!
Анечка исправила плохие отметки и снова начала хорошо учиться.
Но ничего, каникулы уже совсем скоро!..
Жадина
На большом дереве рядом с дуплом поселилась Паучиха. Оплела паутиной сразу несколько веток, затаилась, лапками в предвкушении потирает, добычу ждёт.
Комарики неподалёку в мячик играли, тот случайно в паутину попал, да и запутался там.
– Отдай, – попросили комарики, – зачем он тебе? Если хочешь, пойдём с нами играть, только мячик верни.
– Больше делать мне нечего, как в игрушки играть! – фыркнула Паучиха. – А мяч не отдам. Что ко мне в паутину попало – то моё! У вас пропало, ко мне попало.
Обиделись комарики и улетели.
Жёлудь с дерева падал, за паутину зацепился. Паучиха его вмиг оплела в кокон.
– Отпусти! – взмолился Жёлудь. – Я на землю упаду – деревом прорасту!
– А мне-то какое дело? Мне и этого дерева хватает, – проворчала Паучиха. – А что ко мне попало – то моё!
Птичка зёрнышко где-то раздобыла. На ветку села, позавтракать хотела. А зёрнышко соскользнуло и в паутине застряло.
– Верни мне зёрнышко, – попросила Птичка. – Ты же всё равно его не съешь.
– Ну и что? Ну и не ем! Не отдам! Что в паутину ко мне попало, то пропало. Моё!
– Жадина! – обиделась Птичка.
Паучиха только довольно ухмыльнулась и уползла под лист. Но и оттуда она всё твердила:
– Моя паутина! Всё, что в неё попало, то моё!
Бабочка пролетала мимо, хотела присесть отдохнуть на листок, а тут паутина растянута. Одно неловкое движение – и она увязла в клейкой сетке.
– О, еда! – завопила радостная Паучиха. – Обед! Наконец-то!
– Отпусти её немедленно! – рассердилась на Паучиху Белка, жившая на этом дереве. Она несла к себе в дупло шишку, но увидела творившееся на родном дереве безобразие и от волнения уронила шишку. Та застряла в паутине.
– Иди куда шла! – огрызнулась Паучиха, тут же оплетая паутиной и шишку. – У каждого своя дорога. У этой Бабочки дорога ко мне на обед.
Её паутина уже провисла от тяжести. Но Паучиха всё жадничала. С дерева слетел лист, совсем не нужный злобной хозяйке паутины, но и его она вплела в своё липкое вязание.
– Богатею! – радовалась Паучиха. – Вон у меня сколько добра!
– Не лопни! – покачала головой Гусеница. Она несла веточку себе домой и осторожно обползла раскинутые паучьи сети. – Паутина-то вон как провисла. Того гляди треснет.
– Не треснет! – фыркнула Паучиха, выплюнула длинную нитку и зацепилась за веточку у Гусеницы на спине.
– Бессовестная! – ругалась Гусеница. – Как тебе только не стыдно?
Жадная Паучиха только хохотала и твердила:
– Всё моё! Всё моё!
Паутина уже скрипела, не выдерживая тяжести ненужных вещей.
– Обедать пора! Уходите все! – велела Паучиха и поползла к Бабочке.
И тут подул ветер. Совсем лёгкий. Паутина натянулась и треснула. Паучиха стала падать. Но успела повиснуть на нитке. Бабочка взмахнула крыльями и улетела, Жёлудь упал на землю и закатился в ямку. Шишка, зёрнышко, мячик и веточка разлетелись в разные стороны и были подобраны хозяевами.
– Моё! Моё! – орала взбешённая Паучиха.
Но никто жадину не слушал.
Конфетные грызлики
– Хрум! Хрум! Хрум! – раздалось в ночи, когда Аня уже лежала в кроватке и должна была видеть десятый сон.
– Аня, перестань грызть карамельки! – Мама не разрешает есть много конфет на ночь. Но «Мятные»! Самые Анины любимые. Она полный рот набрала, теперь лизать не получается, только грызть. Вот мама и услышала.
– Ты же заснёшь и подавишься! – ругается мама.
– Это не я, это Карамельный Грызлик, – соврала Аня.
– Нет никакого Карамельного Грызлика! – смеётся мама. – Врунишка! Фантики опять к брату под подушку сложила? Бессовестная ты девчонка!
– Честное слово, это не я, а Карамельный Грызлик! – не сдаётся Аня.
– Сама ты Карамельный Грызлик. Догрызай и спи!
Аня со спокойной совестью доела карамельки.
Утром Аня собиралась в школу. На столе рядом с кашей её ждала записка: «Осталось десять карамелек в верхнем шкафчике. Доедай, Грызлик. Целую, мама».
Аня рассмеялась. Какого хорошего она Грызлика придумала. Залезла в шкафчик, а там нет ничего!
– А где же конфеты? – удивилась Аня.
– Так я съел! – раздался голос.
– А ты кто? – Раньше в их квартире голоса никогда не слышались.
– Карамельный Грызлик, – представился голос, и на столе появился крошечный человечек в длинной рубашке из фантика от «барбариски» и в шляпе из обёртки от конфеты «Клубника со сливками». Шляпа казалась огромной, и лица не было видно, только щёки.
– Хрум! Хрум! Хрум! – жевали эти щёки. Это они Анину последнюю конфету сгрызли.
– Это же мои конфеты! – возмутилась Аня.
– В записке написано: «…доедай, Грызлик». Грызлик – это я! А про тебя ни слова. – И гость исчез.
Аня огорчилась и ушла в школу. На перемене подруга Леночка угостила её большой шоколадной конфетой. Аня съесть не успела, потому что учительница в класс зашла. Она конфету в рюкзак убрала, а когда домой пошла, то хотела достать, хотя мама ей строго-настрого не разрешает есть конфеты перед обедом. Но в рюкзаке оказался только пустой фантик.
– Да как же это так?! – рассердилась Аня.
– Я Шоколадный Грызлик, – из портфеля выглянул другой человечек, одетый в обёртки от шоколадных конфет. – Мне шоколадные конфеты есть очень полезно, только у тебя мало, всего-то одна, – он выпрыгнул и убежал.