— Я думаю, — ответила она, придав своему голосу оттенок глубокомыслия, — раз ты не можешь им написать или поговорить с ними при помощи своего магического устройства дальней связи, — она указала рукой на телефон, — тогда тебе не остается ничего другого, как только повидаться с ними и ознакомить их с решением попечительского совета.
При этих словах Ши внезапно ощутил какое-то мрачное предчувствие.
— Нет, не думаю, что мне следует это делать, или все-таки следует?
— Ну что ты так волнуешься. — Бельфеба приблизилась к нему вплотную и сжала обеими руками его руку. — В худшем случае они дадут тебе определенный ответ, который ты сможешь сообщить совету, а в лучшем — они решатся на то, чтобы приехать сюда на короткое время.
Ши улыбнулся ее словам; ответное пожатие руки было знаком признательности за поддержку.
— Ты права. Ты всегда вникаешь в самую суть. — На лицо его снова набежала тень. — Но кто знает, сколько на это потребуется времени, а я совсем не хочу расставаться с тобой надолго.
— Ну, что касается первого, то раз ты телепортировался в мир, в котором действуют магические силы, ты легко можешь заставить их перенести тебя к тому, кого ты ищешь. А что касается второго, то не бойся! Я пойду с тобой.
— Ты? — уставился па нее Ши.
— Конечно. — Бельфеба со смехом встала и притянула его к себе. — Разве ты забыл, откуда я появилась? Или ты настолько поглупел, что тебя беспокоит моя безопасность?
— Ну, э… э, то, что ты говорила…
— Дурачок! Неужто ты забыл, как я владею луком? — Бельфеба, скосив глаза в его сторону, уставилась на него плутоватым взглядом. — Пойми, если тебе придется оставить меня одну, то я буду волноваться за тебя. Ну ладно, Гарольд, пора ужинать и ложиться спать, а утром встаем — и в путь.
На следующее утро Ши забежал на короткое время в институт, чтобы заглянуть в столы своих коллег. Придя домой, он застал Бельфебу одетой так, как принято в ее мире: в белой тунике с короткой юбочкой и в шляпе с пером. В руках она держала лук, а за спиной висел колчан со стрелами. Он тоже облачился в тунику и лосины; к поясу прикрепил меч и кинжал. После этого он вышел на середину гостиной, держа в левой руке пачку бумаг, испещренных таинственными знаками формальной логики, правую руку он протянул Бельфебе. Она приблизилась и, улыбаясь, встала рядом с ним. Руки их сомкнулись. Он с улыбкой подал ей один из листов, почувствовав при этом такое облегчение, которого не испытывал уже многие месяцы.
— Готова?
— Я готова, Гарольд, — ответила она, улыбаясь ему так, как умела улыбаться только она. — Запевай, хей! Итак — в древнюю Эри!
Держась за руки, они начали читать про себя то, что было написано на листах, затем стали читать сорит[1] вслух в унисон. Снова и снова читали они, читали до тех пор, пока облачко серого тумана не окружило их. Оно крутилось вокруг, становясь все гуще и гуще, ограничивая и сужая, казалось, мир, в котором они до этого пребывали, а потом начало распадаться и рассеиваться, и вдруг перед ними открылся сельский пейзаж, до невероятности зеленый.
Ши огляделся и глубоко вдохнул, набрав полные легкие чистого свежего воздуха. Он почувствовал, как с его плеч скатился тяжелый груз забот о больных, студентах и об административной работе. Он повернулся к Бельфебе, которая, так же как и он, осматривалась вокруг, делая такие же глубокие вдохи. Затем она подняла на него свои блестящие глаза.
— Гарольд, это не дом, но это отличное место для привала.
— Я знаю, что ты имеешь в виду: я тоже не хотел бы здесь жить, — согласился Гарольд.
— Нет, сэр, я не о том. — По ее лицу пробежала тень. — Есть ли у нас шанс встретить здесь этого кровожадного Кухулина[2]?
— Да нет, навряд ли. — Ши порылся в кошельке и вынул из него огрызок карандаша. — Нам надо встретиться здесь с Уолтером, а потом двинемся в мир Ариосто.
Бельфеба в изумлении посмотрела на него:
— Имея при себе всего лишь кусочек грифеля в деревянной оправе? На что ты рассчитываешь?
— Пойми, этой вещью Уолтер пользовался очень часто. Она уже содержит в себе частицу его личности, достаточную для действия Закона Мгновенного Распространения.
— Понятно, — лицо Бельфебы просветлело, — тогда споем!
Гарольд снова взял ее за руку и, держа перед собой огрызок карандаша, сконцентрировал на нем взгляд и мысли с максимально возможным напряжением и запел речитативом;
Кусочек грифеля, ты пишешь буквы и слова,
Куда хозяин твой ушел, скажи, куда?
А если силы нет сказать, ты нас неси
Туда, куда собрался он идти!
Они на мгновение почувствовали состояние дезориентации: деревья, казалось, наклонились, а их стволы закрутились на месте; все как бы слилось в единое густо-зеленое пятно, которое затем трансформировалось, приняв новые очертания, и наконец перед странниками вновь появились деревья…
Деревья окружали их со всех сторон, Ши, чувствуя неясную тревогу, огляделся, затем повернул встревоженное лицо к Бельфебе. Она стояла рядом с ним, устремив взгляд на деревья и сжимая его руку еще сильнее, чем тогда, когда они покидали дом.
— Что-то… не так, Гарольд.
— Похоже на то, — согласился он, — нам не следовало заходить в такую даль. Мы настолько далеко зашли, что здесь чувствуется нарушение непрерывности.
Он снова посмотрел вокруг.
— Лес, что еще можно сказать?
— Что-то очень напоминающее дом, — лицо Бельфебы засветилось при виде родных для нее мест, — деревья, лес, конечно же, наполненный живыми существами, большими и маленькими…
— А Уолтера нет.
— Да, — печатано согласилась Бельфеба, — Уолтера нет.
Ши вздохнул:
— Что я на этот раз сделал не так?
— Я думаю, ты все сделал правильно. — Бельфеба смотрела на него настороженным взглядом, каким обычно осматривается охотник, очутившийся в незнакомом месте. — Ты просил огрызок карандаша доставить нас туда, куда придет Уолтер, поэтому если мы сейчас и не рядом с ним, то наверняка скоро с ним встретимся.
— Ну конечно, встретимся, — Ши шлепнул себя по лбу, — я же совсем не так сформулировал приказ. Вспомни последние строчки. Мне надо было сказать: «ты нас неси туда, где он сейчас», а я сказал: «ты нас неси туда, куда собрался он идти». Я не должен был подразумевать будущее действие! Вот что значит относиться несерьезно к урокам грамматики в школе!
Бельфеба испуганно посмотрела на него.
— Неужто возможно, чтобы магия управлялась грамматическими категориями?
— Что? — Ши вопросительно посмотрел на нее. Он был погружен в собственные мысли, и ее вопрос застал его врасплох. Затем, поняв, о чем она спросила, покачал головой и сказал: — Нет, нет, этого не может быть! Это из-за ложного единства понятий: просто они имеют общий лингвистический корень, а…
В этот момент оттуда, куда поворачивала скрывающаяся в чаще тропинка, на которой они стояли, раздались крики и звон стали.
Ши и Бельфеба в испуге посмотрели друг на друга. Мгновенно придя в себя, Бельфеба вскрикнула: «Уолтер!» — и они стремглав бросились туда, откуда раздавались крики.
Миновав изгиб тропинки, они увидели полдесятка мужчин, одетых в грязные заплатанные туники, ожесточенно сражающихся ржавыми мечами с группой хорошо одетых и наверняка богатых людей. Ши обнажил свой меч, а Бельфеба отступила на шаг, взяв лук на изготовку, затем опустилась на одно колено, вложила стрелу, натянула тетиву и застыла, ожидая подходящего момента для выстрела.
Гарольд не давал ей возможности спустить стрелу: он обхватил за плечи ближайшего к нему разбойника, резко рванул его на себя, и они закрутились на месте, мешая Бельфебе помочь Гарольду без опасения попасть в него. Разбойник, крича диким голосом, размахивал громадным топором. Ши отскочил назад и сделал выпад, выбросив вперед руку с мечом. Удар пришелся по руке, сжимавшей топор. Топор упал на землю, а разбойник, взвыв от боли, зажал рану второй рукой. Он все-таки изловчился, рванулся к Ши и сшиб его с ног. Гнусный запах, исходивший от разбойника, практически парализовал Ши, однако у него хватило сил увернуться и отбросить нападавшего. Тот, повернувшись на коленях, выхватил примитивно сделанный кинжал, от которого Ши спасло только то, что он был проворнее разбойника. Мечом Ши нанес удар плашмя, вонючий разбойник завыл, кинжал выпал из его разжавшихся пальцев. Гарольд оттолкнул его и встал на ноги, ища взглядом следующего недруга. Тут он заметил стрелу, торчащую из ягодицы другого разбойника, который с воем выгнулся назад и, держась обеим руками за зад, заковылял прочь от центра схватки. Бросив тревожный взгляд па Бельфебу, Ши увидел, что она вставляет следующую стрелу в лук, и снова устремился в свалку…
В этот момент внезапно возникшая огненная вспышка в форме гигантского цветка поглотила всех путников. Уцелевшие бандиты с воплями бросились врассыпную; одежда на них дымилась, но пламя, по всей вероятности, не причинило им слишком большого вреда, поскольку у них хватило сил встать на ноги и броситься в сторону спасительного леса. Разбойник, которого Ши поверг наземь, припустил вслед за убегающей шайкой, зажав рукой рану на предплечье; его собрат, раненный стрелой Бельфебы, также заковылял к лесу, завывая от боли.
Бельфеба вскочила на ноги и сразу же услышала спокойный сочный голос, обратившийся к ней со словами:
— Пусть уходят. Они не профессиональные бандиты и больше к нам не сунутся.
Ши оглянулся, пораженный уверенностью, с которой были произнесены эти слова, и увидел высокого седовласого человека в долгополом одеянии и двух юношей в такой же одежде, стоящих подле него.
В облике одного из них было что-то знакомое: это был крупный брюнет, лицо которого запоминалось тем, что было постоянно сонным, хотя для Ши было непривычным видеть на этом лице бороду.
— Привет, Гарольд, — произнес Байярд, — спасибо за помощь.