Ибо только тогда вы свободны, когда вас не посещает даже мысль о том, что к свободе надо стремиться, и когда она для вас больше не цель и не конец пути.
Подлинной свободе не мешают ни полные забот дни, ни отягощенные печалью ночи,
Ибо дело не в путах, а в том, чтобы подняться над ними свободными в наготе своей.
А как подняться над днями и ночами, не разбив кандалы, коими сковали вы себя на пороге вразумления, в час полуденный?
Воистину то, что вы зовете свободой, есть прочнейшая из всех цепей, как бы ее звенья ни играли на солнце, ослепляя вас своим блеском.
И какую же часть себя вы отбросите, дабы обрести свободу?
Несправедливый закон? Но вы своей рукой написали его у себя на лбу.
Он не исчезнет, даже если вы сожжете все свои кодексы и выльете моря на лбы своих судей.
Деспота? Но сначала убедитесь, разрушен ли его трон, что внутри вас.
Ибо может ли тиран повелевать свободным и достойным иначе, нежели если тирания гнездится в самой свободе и стыд в самом достоинстве?
Повседневные заботы? Но они не были вам навязаны, вы сами их выбрали.
Страх? Но источник этого страха в сердце вашем, а не в руке.
Поистине все внутри вас находится в движении – сплелись желаемое и пугающее, отвратное и вожделенное, притягательное и то, чего вы бежите.
Па́рами, как свет и тень, кружат они в обнимку.
И когда тень меркнет и исчезает, свет становится тенью другого света.
И так же ваша свобода, теряя оковы, становится оковами для еще большей свободы».
О разуме и страсти
И снова заговорила жрица и попросила: «Скажи нам о разуме и страсти».
И он ответил, говоря:
«Ваша душа – поле битвы, где ваш разум и рассудительность дают бой вашей страсти и необузданности.
Если бы мог я умиротворить вашу душу, этот разлад и соперничество я обратил бы в единство и согласную мелодию.
Но как это возможно, пока вы сами не умиротворите – скажу больше, не полюбите в себе разные начала?
Разум и страсть – это руль и оснастка вашей морской души.
Если сломается мачта либо руль, вам задаст трепку буря или вы попадете в штиль посреди океана.
Правящий в одиночку разум подобен узилищу, а необузданная страсть – всепожирающему огню.
Так пусть же душа доведет ваш разум до точки кипения страстей, дабы пел он и ликовал;
И пусть разум направит вашу страсть в свое русло, дабы не сгорела бесследно, но восстала, как феникс из пепла.
Отнеситесь к своей рассудительности и своей необузданности как к дорогим гостям в доме вашем.
Не станете же вы оказывать одному гостю почет и уважение в ущерб другому? Кто так поступает, рискует потерять любовь и доверие обоих.
Сидя на холме в прохладной тени липы и наслаждаясь безмятежностью окрестных полей и лугов, скажите в сердце своем: „Бог почивает в раздумьях“.
А в разгар бури, когда ветер сотрясает леса, а громы и молнии возвещают славу в вышних, скажите себе с благоговением: „Бог отдается страстям“.
Так же и вы, дуновение Божье, крохотный лист в Божьем лесу, почивайте в раздумьях и отдавайтесь страстям».
О боли
И женщина попросила: «Скажи нам о боли».
И он сказал:
«Ваша боль пробивает панцирь вашей самонадеянности.
Как фруктовая косточка должна треснуть, чтобы сердцевинка увидела солнце, так вы должны познать боль.
Если ваше сердце способно удивляться жизни, ее повседневным чудесам, то боль будет для вас таким же чудом, как и радость,
А сердечные перемены – естественными, как смена времен года.
И безмятежно будете встречать зимы своей печали.
Ваша боль зачастую самонавязана.
Этим горьким лекарством врачуете вы собственные недуги.
Доверьтесь же своему лекарю и молча, без жалоб пейте лекарство:
Эту руку, тяжелую и твердую, мягко направляет рука Невидимого;
Эта чаша, что обжигает ваши губы, сделана из глины, замешанной на святых слезах Гончара».
О самопознании
И мужчина попросил: «Скажи нам о самопознании».
И он ответил, говоря:
«Ваше сердце молча ведает тайною дня и ночи,
Но ваши уши жаждут его откровений.
Вам надо познать в словах то, что вы всегда знали в мыслях своих.
Вам надо потрогать пальцами призрачность своих снов.
Да будет так.
Родник души вашей пробьется наверх и с веселым журчанием побежит к морю,
И сокровища потаенных недр ваших откроются взору.
Но не взвешивайте на весах эти неведомые сокровища
И не замеряйте глубину своих знаний лотом.
Ибо человек – это море, безграничное и безмерное.
Не говорите: „Я нашел истину“, а лучше скажите: „Я приближаюсь к истине“.
Не говорите: „Я обрел духовный путь“, а лучше скажите: „Я ищу духовный путь“.
Ибо пути духа неисповедимы.
Он не ходит тропами хожеными и не растет где придется.
Он, как лотос, раскрывает все свои лепестки».
Об учительстве
Тогда попросил учитель: «Скажи нам об учительстве».
И он сказал:
«Никто не откроет вам больше того, что дремлет на пороге вашего знания.
Учитель, окруженный учениками, делится с ними в тени храма не столько своей мудростью, сколько верою и любовью.
Мудрец не пригласит войти в дом своей мудрости, но приведет вас на порог вашего собственного разума.
Астроном расскажет вам о своем постижении пространства, но проделать этот путь за вас ему не под силу.
Музыкант воспроизведет для вас ритм Вселенной, но дать вам слух, чтобы этот ритм поймать, и голос, чтобы его повторить, он не властен.
Освоивший науку чисел поведает вам о стране мер и весов, но проводить вас туда ему не дано.
Ибо фантазия одного человека не может подарить свои крылья другому.
И как Бог постигает вас поодиночке, так же любой из вас в одиночку постигает Бога и земную жизнь».
О дружбе
Тогда юноша попросил: «Скажи нам о дружбе».
И он ответил, говоря:
«Друг – это услышанные чаяния.
Это поле, которое вы засеваете с любовью, чтобы снять урожай с благодарностью.
Это ваш хлеб и ваш очаг.
Вы приходите к нему, чтобы утолить голод и обрести покой.
Когда ваш друг говорит с вами откровенно, вы не боитесь ни мысленно ответить „нет“, ни вслух сказать „да“.
А когда он молчит, вы сердцем слушаете его сердце,
Ибо в дружбе все помыслы и упования разделяют без слов и шумной радости.
А расставаясь с другом, вы не печальтесь,
Ибо то, чем он вам дорог, по-настоящему открывается на расстоянии, как гора с равнины – восходителю.
Дружба не ведает иной цели, кроме укрепления духа.
Ибо дружба, которая пытается себя разгадать, есть не дружба, но сеть без улова.
Отдавайте другу самое лучшее.
Пусть он узнает вас не только в час прилива, но и когда выйдете из берегов.
Разве затем вы искали его, чтобы убить время?
Ищите его, чтобы вместе прожить время.
Не пустоту дано ему исчерпать, но ваши чаяния.
Да наполнятся сладостные часы дружбы смехом и общими радостями,
Что подобны утренней росе, освежающей сердце».
О глаголании
И тогда школяр попросил: «Скажи нам о глаголании».
И он ответил, говоря:
«Вы глаголете, будучи не в ладу с собственными мыслями.
Когда жизни не находится места в уединении души, она избирает губы, и звук становится отвлекающей забавой.
Вы глаголете, а мысль задыхается.
Ибо мысль – это птица; если она и расправит свои крылья в словесной клетке, то все равно не взлетит.
Среди вас есть такие, кто ищет говорливых из страха остаться наедине с собой.
В молчании одиночества их взгляду открывается их суть в наготе своей, и они бегут от нее.
И есть такие, что говорят без знания дела, наобум, открывая истины, которых сами не понимают.
А есть такие, в ком есть истины, но они не облекают их в слова. В их груди дух живет в беззвучном ритме.
Когда вам случится встретить друга, на дороге ли, на рыночной ли площади, пусть дух ваш заставит шевелиться губы и направит язык.
Пусть ваш внутренний голос обратится к его внутреннему слуху,
И душа его сохранит правдивость вашего сердца – так сохраняется в памяти привкус вина,
После того как забыт его цвет и убраны чаши».
О времени
И астроном спросил: «Учитель, что ты скажешь о времени?»
И он ответил:
«Вы находите время неизмеримым и безмерным.
Вы соотносите свое поведение и даже искания духа с ходом часов и временами года.
Время для вас – это река, за течением которой вы наблюдаете с берега.
Но только вечное внутри вас ощущает вечность жизни,
Только ей ведомо, что сегодня – это память о вчерашнем дне и мечта о завтрашнем.
Только это начало, поющее и созерцающее, еще живет в границах предвечного, когда небесный свод усыпали звезды.
Разве вы не чувствуете, что ваша способность любить безгранична,
Но, безграничная, она заключена внутри вас и движима не любовными помыслами и деяниями?
Разве не ощущаете, что время, как любовь, неделимо и беспредельно?
Но если уж вам так надо мерить вечное временами года, пусть каждое из них вберет в себя остальные,
И пусть сегодня объемлет вчерашний день с воспоминаниями и завтрашний с возжеланием».
О добре и зле
И один из городских старейшин попросил: «Скажи нам о добре и зле».
И он ответил:
«Я могу сказать о том, что есть в вас доброго, но не злого.