фильма по Центральному телевидению в прайм-
тайм. Интересно, что в Нижнем Новгороде (тогда
Горьком) его так ни разу и не показали. То есть в род-
ном городе этот сюжет оказался запрещенным!
Позднее я встречалась в неформальной обстанов-
ке с тем самым секретарем. Он признался, что не дер-
жит на меня никакого зла и, более того, благодарен
за невольное вмешательство в его жизнь. Он ушел
по собственному желанию, затем стал удачливым
бизнесменом, переехал в Москву. Жизнь его сложи-
лась вполне счастливым образом.
Запрещенные сюжеты… Много раз мне прихо-
дилось слышать от моих учеников разные истории
на эту тему. И я прекрасно понимаю, как тяжело
смотреть в глаза героям, если обещал им помочь.
Как тяжело видеть работу своего коллеги с другого
канала на ту же самую тему, если только ты один зна-
ешь, что твоя работа была сделана раньше и сделана
не хуже.
НИНА ЗВЕРЕВА 60
Тем не менее я думаю, что они бывают разные, эти запрещенные сюжеты. И отнюдь не всегда журна-
лист бывает прав. Надо тысячу раз подумать, прежде
чем кого-то обвинять или тем более начинать гор-
диться собой. Наверное, это нормальная часть нашей
работы — иметь среди материалов такие, которые
по той или иной причине не вышли в эфир. Мой со-
вет — обратить внимание на работу за кадром и ока-
зывать помощь людям, даже если об этом не узнает
ни один телезритель.
Новый год
по-соседски
Честно говоря, детские впечатления от главного се-
мейного праздника у меня слились в один поток чуде-
сных эмоций — настоящая елка с игрушками, домаш-
ний кукольный театр, подарки, много гостей и дру-
зей в хлебосольном и веселом родительском доме.
Я не могу вспомнить какой-то особенный Новый год
своего детства. Сегодня я понимаю, что из детской
поры остро запоминается то, что ранит душу, а этого, видимо, не было, спасибо родителям!
Зато в моей жизни несколько лет подряд был взрос-
лый Новый год, который забыть нельзя, да и не хо-
чется забывать.
Мне было тридцать лет, когда наша молодая мно-
годетная семья неожиданно получила четырехком-
натную квартиру на последнем, девятом этаже ново-
го дома на улице Республиканской.
Это было чудо, и мы с мужем за первые три дня
после переезда накрутили столько километров по но-
НИНА ЗВЕРЕВА 62
вой (70 квадратных метров!) квартире, что заболели
ноги и закружилась голова.
Кроме великого счастья в виде квартиры, мы по-
лучили дополнительный бонус в виде замечательных
соседей по площадке. С одной семьей я была знакома
несколько лет, так как ее глава Алексей Бакулев ру-
ководил стройотрядами области, а я «освещала» эту
тему в эфире нижегородского ТВ. С двумя другими
семьями мы познакомились после переезда.
В однокомнатной квартире жил глазной хирург
Александр Николаевич, большой почитатель женского
пола, несмотря на преклонный возраст (он был участ-
ником Великой Отечественной войны!). Что не меша-
ло ему красноречиво поглядывать на нас с Таней Баку-
левой, а мы нагло пользовались его расположением, чтобы иногда выпросить выпивку для наших любимых
мужей (время было такое, водка продавалась за тало-
ны, а талоны было некогда отоваривать).
В трехкомнатной квартире жил профессор Рости-
слав Сидорук, но для нас он был прежде всего охот-
ником и грибником, потому что таких вкусных ма-
ринованных белых грибов я никогда больше не ела, а еще он кормил нас уткой и лосятиной, причем гото-
вил всегда только сам. Бакулевы с двумя детьми жили
в двухкомнатной квартире, а мы с тремя детьми —в самой большой квартире на площадке, но мой муж
сразу построил около мусоропровода настоящий
сарайчик с четырьмя секциями, и каждому из сосе-
дей досталась равная площадь для солений, варений
и мешков с картошкой.
Я не знаю, смогу ли описать в короткой заметке
то чудесное товарищество, которое образовалось
ПРЯМОЙ ЭФИР 63
на одной площадке тридцать лет тому назад. Напри-
мер, когда нашу квартиру вдруг затопило горячей
водой сверху, моя старшая дочь уверенно сказала: — Нас спасут соседи!
А когда Александр Николаевич привел в дом моло-
дую беременную подругу Валю, мой маленький Петя
спросил:
— А что у Вали с животиком?
На что я, начитавшись доктора Спока, вполне
серь езно ответила:
— Там ребеночек.
Мой мальчик испуганно поглядел на всю компа-
нию и завопил:
— А зачем она его съела?
Двери всех четырех квартир, как вы понимае-
те, не запирались, тем более что наши дети ходили
в одну школу и дружили между собой не меньше, чем взрослые. После эфира я старалась прошмыгнуть
к соседям, так как чужая еда всегда самая вкусная, к тому же меня частенько поджидали « в засаде» около
лифта, чтобы обсудить эфир, — и Сидоруки, и Бакуле-
вы, и Александр Николаевич с бутылкой подаренного
пациентами коньяка.
В такой ситуации отмечать Новый год раздель-
но было просто невозможно. Вот мы и предложили
открыть все двери настежь, устроить у Александра
Николаевича танцплощадку, у Сидоруков — мясной
стол (Слава готовил гуся!), а у Бакулевых — слад-
кий стол с шампанским. А у нас был настоящий ку-
кольный театр, причем пьесу в стихах я написала
про всех соседей, а кукол мы делали вместе и смея-
лись до слез.
НИНА ЗВЕРЕВА 64
Представьте, как передвигались по лестничной
клетке дамы в бальных платьях, а вслед за ними муж-
чины в черных костюмах и белых сорочках с бабоч-
ками, и как переходили мы из квартиры в квартиру
с одиннадцати вечера до трех утра, и это было ничуть
не хуже венского бала или царского застолья в пре-
красном замке.
Наши дети сначала смотрели спектакль. Потом
поджигали петарды на балконе, а потом ложились
спать все вместе в одной из квартир, и мы бегали
на них смотреть, и накрывали их одеялами, и радо-
вались их дружбе и их непохожести друг на друга.
И так было несколько лет подряд!
Но время идет, и мы над ним не властны. Уже нет
на этой земле ни Леши Бакулева, ни Славы Сидорука.
Потерялся след глазного хирурга, который первым по-
лучил новую квартиру в связи с рождением малыша.
Я не знаю имен соседей, с которыми живу в но-
вом доме уже восьмой год. Но я счастлива, что наши
дети говорят всегда именно о тех, давних, соседских
празднованиях Нового года с восторгом и восхище-
нием.
Открытые двери, открытые сердца — что может
быть лучше?
Как мы
с Немцовым
агитировали
Борис Немцов — фигура яркая. Отношение к нему, мягко говоря, разное. Я давно привыкла к тому, что наши имена тесно связаны друг с другом, и к это-
му есть основания. Я была его доверенным лицом
на самых первых выборах, затем в течение пяти лет
пребывания Бориса Немцова на посту губернатора
Нижегородской области мы многое обсуждали и де-
лали вместе, к тому же он был, безусловно, одним
из моих самых любимых телевизионных героев, что не удивительно.
Он был веселым, молодым, открытым и искрен-
ним, умел думать в кадре. Он свободно говорил
по-английски и был хорош собой. Благодаря его
обаянию и курсу на экономические реформы к нам
в Нижний приезжали Маргарет Тэтчер и Михаил Гор-
бачев, Джон Мейджор и Борис Ельцин, Егор Гайдар, Анатолий Чубайс и Виктор Черномырдин. Каждый
НИНА ЗВЕРЕВА 66
такой визит был попыткой строительства новой Рос-
сии, той самой страницей истории, которая оказа-
лась короткой, забытой и обруганной. Мы во многом
разошлись с Немцовым еще до его отъезда в Москву, но кому интересны эти подробности?
Я по-прежнему отношусь к нему с симпатией и ува-
жением, и есть у меня в связи с ним ряд замечатель-
ных историй, о которых не хочется забывать. Нао-
борот, я уверена, что эти живые картинки из жизни
дореволюционной России конца 80-х напомнят нам
о чем-то важном. Итак, представьте себе двух людей.
С одной стороны — лохматый, веселый, хулиганистый
и самоуверенный парень без комплексов, который
в прямом эфире местного телевидения заявил про опас-
ность строительства атомной станции в городе Горь-
ком и сразу стал национальным героем. При этом все
последующие его появления в эфире подвергались
жесткой цензуре и строго контролировались.
С другой стороны — я, известный и популярный
журналист в возрасте около сорока, достаточно сме-
лая, однако, как говорится, вписанная в имеющиеся
обстоятельства. Я только что дала согласие стать до-
веренным лицом Бориса Немцова и, конечно, была
удивлена скоростью последовавших за этим сан-
кций: за нами была установлена постоянная слеж-
ка, меня практически отстранили от эфира. Родные
и знакомые пытались отговорить меня от участия
в этой «политической авантюре», но мне надоело
бояться, я чувствовала здоровый азарт. И еще поче-
му-то очень верилось, что за такими, как Борис Нем-
цов, и есть будущее нашего мощного государства, утонувшего в маразме, идиотизме и коррупции.
ПРЯМОЙ ЭФИР 67
В то время я была секретарем партийной органи-
зации Горьковского телевидения, и в ответ на пред-
ложение выйти из эфира я вышла из партии. Вслед
за мной также поступили более двадцати человек.
И тут началось: нас с Немцовым не пускали на заво-
ды, на предприятия и в институты. Вдруг оказывалось, что «неожиданно погас свет», «рабочая смена не закон-
чилась» или нет нужного разрешения. Шла предвыбор-
ная кампания в Верховный Совет Российской Федера-