- И как же зовут эту юную прелестницу?
- Лишайя.
А, ну точно. Тогда да. Тогда вопросов больше не имею.
- Какава красота, - я подмигнул моему суженному чудищу. – Но, может быть, лучше женить меня на младшей? Вон, на Бруснике, например. Ты не подумай только, что я харчами перебираю. Просто чувствую между твоей красавицей и Чагой какую-то неуловимую связь.
У Чаги аж брови отлетели. А вот Лишайя смутилась и начала постреливать глазками в сторону визиря.
- Какое-то волшебство, - продолжил я. – Магию какую-то любовную. Страсть, если позволите. Лишайя, девочка, ты ведь тоже всё это чувствуешь, верно?
- Ну.
Девушка смущённо опустила глазки и начала теребить одну из складочек своего живота.
- Да, - сказала она. – На самом деле чувствую.
Чага раскрыл рот и замахал руками. Ну что, сука, понял? Казнить он меня собрался, ага. Я не убийца, Чага. Мои враги живут долго. Долго и мучительно.
- Ну а в таком случае кто я такой, чтобы стоять на пути у двух влюблённых сердец!? Всё. Решено. Поженим меня на Бруснике.
- Тихо! - Мохобор поднял руку. – Слишком рано говорить о награде. Сперва испытание. Ты готов?
- Готов, - ответил я.
- Тогда выдвигаемся немедля. Соберите всех мужчин, способных держать в руках оружие! – распорядился Мохобор. – Мало ли что может пойти не так.
- А что может пойти не так? – уточнил я, но не получил ответа; стражники Мохобора взяли меня под руки и повели прочь из избы. – Эй!? Что может пойти не так-то!?
Глава 5. Про казачество и генную инженерию.
И снова в путь по тверским буреломам и болотам. И снова путь хрен знает куда.
Я тайком поглядел на экран своего телефона. Связи, конечно же, нет. На часах уже четыре и скоро-скоро мне надо быть у Мутантина. А если и не быть, то хотя бы позвонить и навыёбываться, мол, сосни немытого, барон, не буду я на тебя работать, дурак ты, сволочь и говно. Ну… то есть как-то обозначить свою позицию. В противном же случае моё поведение будут трактовать как страх и слабость. И безответственность ещё.
А мне бы этого очень не хотелось. Репутация Илюхи Прямухина и без того пробила дно, её еще вытаскивать и вытаскивать.
Не, ну а что? А какие у меня сейчас варианты? Драться с клюкволюдами я пока что не готов, а убежать от них – значит заблудиться в чаще и бродить дикарем до тех пор, пока не сдохну от голода и дизентерии.
Значит, пройду испытание и стану избранным. Вооружу своих клюкволюдов, дам отпор Мутантину, восстановлю деревню. Бруснику трахну…
Эх.
Вообще, я заметил одну неприятную закономерность. В этом мире у меня систематически происходят какие-то траблы с отцами. Один запретил дочку трогать, другой разрешил, но с условиями, да притом с какими. Избранным, говорит, стань. Ну нихуя себе, да? На минуточку.
Как-то сложно всё, если честно.
Надо бы найти даму постарше; голодную и без заморочек.
- Здесь, – сказал Мохобор.
Мы остановились на просторной лесной полянке. Листва кругом, ромашки, васильки. Бабочки летают, пчёлки жужукают. А прямо посередь поляны, выбиваясь из всей это летней благодати, стоит какая-то непонятная хреновина: голые стволы деревьев переплелись между собой и образовали что-то наподобие клетки. Высокой клетки, крепкой.
- Р-Р-РААА!!! – донеслось изнутри и деревья содрогнулись.
Агам. Значит, испытание будет боевого толка. Мне нужно победить чудище, которое сидит внутри. Пиздец. Может быть, лучше выбрать дизентерию и хоть какой-то шанс на спасение?
Я рефлекторно попытался создать иллюзию себя, чтобы потихонечку свалить. Не вышло. До таких высот моя звездовидка ещё не раскачалась. Максимум, на который я способен сейчас – это статичная иллюзия размером с журнальный столик или же анимированная кошка.
- Внутри этой клетки, - Мохобор обратился ко мне, - сидит матка химер. По пророчеству, племя клюкволюдов поведёт Избранный, который научится общаться с химерами. Избранный будет понимать их, разговаривать с ними, а конце концов научится их приручать.
Отлично! Битва отменяется.
- Я понял, вождь, - как можно пафосней и серьёзней сказал я. - Дайте мне пообщаться с этой тварью. Я уверен, что всё получится.
- Иди.
- Вы хотите узнать от неё что-то конкретное?
- Узнай, чего она хочет. Узнай, как приручить её. Узнай, как сделать так, чтобы она и её отпрыски служили клюкволюдам. Тогда и только тогда твоё испытание будет засчитано.
- Будет сделано, вождь.
Я подошёл к клетке почти вплотную и заглянул внутрь.
Ох еба-а-а-ать!
Честно говоря, я ожидал увидеть всё что угодно, но только не это. В клетке бесновалась огромная тварь, похожая на мускулистого жирафа, - даже окрас такой же, чёрно-рыжий, с пятнышками, - вот только вместо милой губастой головы с маленькими рожками, у твари была огромная зубастая рыбина. Пиранья.
Жираф с пираньей вместо головы. Пиражир! Не… Жиранья!
И впрямь, пути мутагена неисповедимы.
Сердечко мое забилось чаще и звездовидка аж натянулась от переизбытка маны. Жаль, пока что я не могу пользовать её на что-то действительно годное. Хм-м-м… Звездовидка качается только тогда, когда я использую ману, верно? Чем чаще, тем лучше. Тем сильнее я становлюсь.
Сделав некоторые выводы, я снял очки, сунул их в карман и создал себе иллюзию очков. Обманул сам себя. Прекрасно. Манадреналин будет тратиться медленно и по-минимуму, но всё-таки тратиться. Представим себе, что это такая вот планка для мезенского мага.
Но вернёмся к нашим жираньям.
К несчастью, разговаривать с лесными тварями я не умел. К счастью, клюкволюды об этом не знали. Я состроил самое серьёзное щачло, на которое только был способен и положил ладонь на клетку.
- Р-Р-РААА!!! - жиранье это явно не понравилось.
Зато у меня в голове созрел план. Не самый лучший, конечно, но в нынешней ситуации очень даже ничего.
Я закрыл глаза и скорчился, изображая муки ментальной связи.
- Р-Р-РААА!!!
- Она говорит со мной, - сказал я таким тоном, будто бы я одновременно меняю баллон куллера, сопротивляюсь дементору и страдаю от запора. – Она говорит, что голодна…
- Что ещё она говорит? – заинтересовался Мохобор.
- Он врёт, вождь! – завизжал Чага. – Он всё придумывает! Не верьте ему!
- Ещё она говорит, - продолжил я, – что Чага пидарас.
- Что!?
- Шучу, - я жестом попросил всех заткнуться, мол, нужна тишина. – Она говорит, что… Она не говорит, она… она как будто бы показывает мне картинки. Как будто бы передаёт эмоции. Я вижу и чувствую, но не совсем понимаю, как передать всё это словами… Ох… Как же тяжело…
Ах-ха-хах! А ведь чтение фентези в детстве не прошло даром!
Я чуть приоткрыл один глаз и спалил реакцию клюкволюдов на моё представление. Мохобор раззявил рот. Брусника сжала кулачки и поднесла их к лицу; глазёнки аж светятся надеждой. А вот Чага злится и хмурится. Да ну и чёрт с ним.
- Р-Р-РААА!!!
- Она пытается сказать мне, что боится. Она видит мир опасным местом. Лес опасен для неё. Люди опасны для неё. И клюкволюды тоже опасны. Опасность, опасность, опасность. Опасность на каждом шагу. Страх, отчаяние и бессильная злоба; ничего больше она в жизни не видела, - я скорчился ещё сильнее, как будто бы мне стало физически больно. – О боже, какой ужас!
- Что!? – Мохобор повысил голос. – Что ещё она говорит!?
- Она говорит, что никому не хочет зла. Она говорит, что если её и её детей оставить в покое и прекратить охоту, то они смогут мирно сосуществовать с другими народами. Они смогут помогать другим народам, а может быть даже служить взамен на… ха… надо же… всего-то взамен на уважение и доброту.
- Р-Р-РААА!!!
- Она говорит, что готова довериться нам.
- Р-Р-РААА!!!
- Она просится на волю. Говорит, что никого не тронет, - я резко открыл глаза и убрал руку от клетки. – Выпустите её.
И посмотрите, что будет, ага. А пока этот тверской жираф будет разрывать вас на части, я дам по съёбам. Пара-бара-пам! Свист! Пуп.
- Он врёт, вождь! – опять развизжался Чага. – Он шарлатан!
- Чага, ну ёб твою мать! – раздраженно прикрикнул я на злого визиря. – Завали уже свой…
Я не договорил, потому что внезапно услышал звук. Он доносился откуда-то издалека и был до боли похож на тарахтение мотора. Клюкволюды тоже его услышали.
Все затаились.
Никто не смел даже вздохнуть.
- Облава! – закричал Чага. – Казаки! Бежим!
- Казаки! Казаки! – закричали другие клюкволюды и тут же воцарилась паника.
Я даже не успел толком среагировать, как все эти зеленокожие ребятки прыснули в лесную чащу. Я остался на полянке один. Ну… как остался? Я рванул в противоположную сторону, на гул мотора. Не знаю, что это такое там летит, но это что-то – явно результат человеческой мысли и машиностроения. А где люди, там и имперская иерархия. А где имперская иерархия, там я вообще-то барин и право имею.
Похоже, этот эпизод моей жизни завершился сам собой, и мне даже не пришлось запачкать руки.
Через пару минут бега по бурелому, - хвойный подлесок от души нахлестал мне по роже, - над верхушками деревьев я увидел человека в массивном экзоскелете. Экзоскелет один в один походил на силовую броню из какой-нибудь постап-игры или же на доспех космодесантника. На спину экзоскелета крепился реактивный ранец или около того; на нём-то человек и летел.
На голове у человека была высокая папаха. На поясе шашка. Под носом усы. Доспех был красно-чёрным, с орденами на груди и небольшой ржавчиной на стыках металла.
Так вот оно какое, казачество альтернативного мира.
- Э-эй! – заорал я. – Эй!
Заприметив меня, человек тут же начал снижение. Знал бы я, что через пару минут меня арестуют за нахождение в зоне работы ликвидаторов без лицензии, понизят в имперском рейтинге и оштрафуют на несколько тысяч рублей, я бы, наверное… на самом деле, я сделал бы тоже самое. Кеш и рейтинг – дело наживное; целостность моей драгоценной жопки куда важней.