И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Однако господствующее мнение (сформулированное, разумеется, думающим типом) заключается в том, что настоящая жизнь, настоящее сущностное восприятие обязательно глубоко эмоциональны. Иначе - холодный, мертвящий ум, человек-машина и т. п. Как обычно, более привлекательным представляется то, чем мы не обладаем.
Эмоции, действительно, являются более древними, чем мысли, и захватывают человека больше, но и те и другие поверхностны. Сущностные реакции обязательно вызывают к жизни и мысли, и чувства, но нисколько к ним не сводятся. Мысли и чувства - это рябь на поверхности океана нашей духовной жизни, на дне которого, глубоко в подсознании, идет медленное, но непрекращающееся перемещение - духовный рост. И люди, живущие чувствами, прекрасно это ощущают, хотя чаще всего не осознают, и испытывают как общую (духовную) неудовлетворенность, так и ощущение неполноценности по сравнению с людьми думающими.
Однако и у мыслей, и у чувств есть вполне определенные функции в эволюционном развитии человека; об этом еще пойдет речь ниже.
Умение думать по природе своей интуитивно; движение внимания по ментальному плану тонкого мира осуществляется программами подсознания. Сознательно можно воспитать лишь дисциплину ума, то есть как-то ограничить его блуждания; этому служат формальные методы, в частности, формальная логика. Творчество же начинается там, где мысль для человека неожиданна, не является логическим следствием того, что он знает. Умение чувствовать изучено еще гораздо меньше, чем умение думать и ничуть не менее важно. То, что называется культурой чувств, есть умение направить движение внимания по астральному плану тонкого мира, не снижая уровня энергетического потока. Человек, не способный воспринять поток уровня выше свадхистханы (сексуальный центр), естественно все "опошляет" в своем восприятии, опуская потоки анахаты, вишудхи и прочих чакр до уровня двух низших.
Картины мира
В соответствии с видами восприятия у человека формируется несколько картин мира: ментальная, эмоциональная и сущностная.
Ментальная картина мира - это тот образ мира, который останется в нашем сознании, если исключить энергетический аспект восприятия. Это наше сознательное "холодное" представление о мироустройстве. И одновременно - это основное средство, с помощью которого подсознание управляет сознанием, ибо сущностная и эмоциональная картины мира данного человека резко отличаются от ментальной, которая часто служит целям маскировки сущности от сознания.
Эмоциональная картина мира - это совокупность эмоционально значимых явлений мира. Эта картина гораздо уже ментальной, но одновременно она ближе к сущностной. В ментальной картине мира может быть несколько сотен людей, в эмоциональной же их обычно не более десяти (исключая ее глубокую периферию). Вообще, значимость одного и того же объекта в ментальной и эмоциональной картинах часто совершенно различна: понимая важность чего-либо, мы можем быть к нему совершенно равнодушны, и наоборот.
Совокупность сущностно значимых объектов составляет сущностную картину мира. Здесь следует иметь в виду, что сильные эмоции совсем не обязательно вызываются сущностно значимыми событиями, а эти последние человек обычно не склонен афишировать. Так что сущностно значимое будет обязательно и эмоционально и ментально значимым, однако обратное утверждение верно далеко не всегда. Сильные эмоции, как правило, поверхностны. То же относится и к мыслям: широко демонстрируемые человеком мысли часто поверхностны (для него).
Все три картины мира играют важную роль в восприятии информационно-энергетических потоков. Ориентируясь на них, подсознание создает сильнейшие фильтры, пропускающие только ту информацию, которая согласована с соответствующими картинами. Дело в том, что перестройка картины мира - вещь трудная и болезненная, и подсознание идет на это только под сильным давлением. Работу этих фильтров можно очень наглядно видеть в ситуации, когда человек (искренне!) не видит, не понимает, не чувствует вполне, казалось бы, простых и очевидных вещей. Просто даже не верится, что он не лукавит.
Жизнь, как хорошо известно, не влезает ни в какие рамки. В то же время картина мира - это дом для психики, и его стены должны быть хорошо укреплены. Поэтому подсознание располагает мощными программами защиты от информации, которая решительно не вмещается в картину мира человека, или, другими словами, от информации, к которой человек не подготовлен. При этом программы защиты ограждают человека от нежелательной информации как из внешнего мира, так и из мира внутреннего.
У подсознания есть несколько эффективных приемов для блокирования подобной нежелательной информации. Первый из них - это лишение информации энергетической составляющей. Тогда человеку просто становится скучно, хотя, казалось бы, тема (ментально) важна.
Другой прием - искажение сложности информации с целью переключения внимания. Тезис: "это для меня слишком сложно (вариант: тривиально), не буду даже слушать". Третий прием - сильная эмоциональная реакция, перекрывающая дорогу нежелательной информации, ее искажая или блокируя. Так, женщина может начать плакать, если сказать ей что-то одновременно неприятное и справедливое.
Против нежелательной эмоциональной информации есть такое мощное средство, как спокойный ментальный анализ, который резко уменьшает ее энергетическую составляющую.
Что же касается программы защиты сущностной картины мира, то она гораздо эффективнее и сложнее программ защиты ментальной и эмоциональной картин мира, и имеет в своем распоряжении очень тонкие средства. В первую очередь она, подобно мудрецу, который, как известно, не попадает в положение, из которого просто умный найдет выход, бдительно следит за тем, чтобы человек не попадал в ситуации, угрожающие его сущностной картине мира. При малейшей опасности (а часто и без нее) эта программа надевает на человека жесткую маску, определенную роль, и пока человек в ней находится, ему ничто не угрожает, так как маска - это не он. Другими словами, маска блокирует доступ к сущности; правда, и восприятие, и поведение человека в этот момент являются не сущностными, а поверхностными, формальными: он не живет, а играет роль, исполняет функцию. Одна из наиболее гибких масок - это ментальная маска "разумного" человека, рассуждающего с точки зрения разума, материи и здравого смысла. У него два основных лозунга: "Давайте не будем..." и "Давайте представим себе...". Такой человек может смоделировать в уме всю жизнь целиком: и ненависть, и любовь, и науку, и искусство, и даже смерть. Однако и жизнь свою он не проживет, а смоделирует, постоянно пытаясь защитить свое эго от посягательств как своего духа, так и от внешнего мира.
В случае, когда человек все же попадает в ситуацию, где появляется информация, угрожающая его сущностной картине мира, подсознание включает жесткие аварийные программы защиты. Они примитивнее и надежнее обычных программ подсознания, и обычно они более древние. При этом происходит следующее: человек словно на глазах деградирует, резко глупеет, перестает владеть собой, впадает в сильное эмоциональное состояние (ярость, гнев, отчаяние, истерика):
Стеснилась грудь его. Чело
К решетке хладной прилегло,
Глаза подернулись туманом,
По сердцу пламень пробежал,
Вскипела кровь. Он мрачен стал
Пред горделивым истуканом
И, зубы стиснув, пальцы сжав,
Как обуянный силой черной,
"Добро, строитель чудотворный! -
Шепнул он, злобно задрожав, -
Ужо тебе!.."
Понятно, что в подобном состоянии подсознание, получив уже полную власть над человеком, отключив высшие программы регулировки, может сделать с поступившей нежелательной информацией все, что сочтет необходимым: проигнорировать, исказить до неузнаваемости, вытереть из памяти и т. д.
Но все же аварийные программы работают редко. Обычно подсознание включает программу, лишь слегка редактирующую, подвергающую слабой цензуре и затем адаптирующую поступившую информацию к виду, пригодному для восприятия сознанием, и согласованному с картиной мира. Человеку, чтобы не менять картины мира и жить спокойно, достаточно изредка закрыть на кое-что глаза и иногда себе прилгнуть. Все дело в том, что есть очень жесткие и отработанные (часто всем обществом) программы восприятия, которые всем доступны, абсолютно безопасны для сущностной картины мира и потому весьма распространенны. Это штампы восприятия.
Штампы восприятия
Штамп как программа подсознания обладает жестким форматом для информации на входе и выходе. Применительно к штампам восприятия это означает, что человек воспринимает информацию, априорно (подсознательно) предполагая, что она относится к одному из нескольких заранее определенных типов, причем для обработки каждого из этих типов уже имеется свой подход. Вот типичный пример. К молодой интересной женщине на улице подходит незнакомый человек и спрашивает, который час. Если она замужем, у нее включается программа-штамп, которая на входе имеет облик, манеры и интонации незнакомца, а на выходе - формат, имеющий одну позицию и в ней два варианта ответа (программы): "хочет пристать" - "не хочет пристать". Если же наша особа не замужем, то к этой позиции добавляется еще одна, также с двумя вариантами ответа: "знакомство перспективно" - "знакомство бесперспективно". Таким образом, у замужней женщины два варианта ответа программы-штампа и соответственно две программы дальнейшего восприятия ситуации, а у незамужней - четыре.
Достоинством и одновременно недостатком штампа является то, что он резко ограничивает информационно-энергетический поток, оставляя от него лишь малую часть, что обедняет восприятие, но зато облегчает обработку полученной информации. Гораздо более серьезным недостатком штампа является необходимость втиснуть в рамки его фиксированного формата любую поступившую информацию; ее при этом приходится порой искажать и даже сильно извращать. Именно поэтому люди так не любят сплетен (о себе) и ценят понимание. Сплетня обязательно упрощает, сводит невыразимое к стандартной схеме; напротив, человек понимающий избегает штампов восприятия (и суждения).