Ах! лели, лели,
Велит кровь пролить.
Первый молодец, который стоит вместе с девушкой в середине хоровода, опять ударяет ее жгутом:
Плетка свис<т>нула,
Кровь пробрызнула;
Ах! лели, лели,
Кровь пробрызнула.
Я и тут млада Да не взмолилася;
Ах! лели, лели,
Не взмолилася.
Девушка подходит к одной из подруг, которая постарше других, и кланяется ей:
Свекровь-матушке Да поклонилася;
Ах! лели, лели,
Поклонилася.
“ Свекровь-матушка,
Отними меня;
Ах, лели; и пр.
Отними меня От лиха муж&;
Ах, лели; и пр.
От лиха муж& —
Змея лютова”.
Ах, лели; и пр.
Свекровь-матушка Велит больше бить;
Ах, лели; и пр.
Велит больше бить,
Велит кровь пролить;
Ах, лели; и пр.
Велит кровь пролиггь.
Молодец опять бьет девушку:
Плетка свис<т>нула,
Кровь пробрызнула;
Ах! лели, лели,
Кровь пробрызнула.
Девушка оборачивается к молодцу и кланяется ему:
Вот и тут млада Взмолилася;
Ах! лели, лели,
Взмолилася.
Милой ладушке Да поклонилася;
Ах! лели, лели,
Поклонилася!
Милый ладушка,
Прости меня;
Ах! лели, лели,
Прости меня.
Прости меня,
Виноватую;
Ах! лели, лели,
Виноватую».
Девушка целует молодца.
Четвертая песня. Хоровод кружится, в середине его ходит молодец, приплясывая; песня хороводом сначала поется весело:
Вдоль было по травоньке,
Вдоль по муравке,
Лели, лели, лелюшки,
Вдоль по муравке:
Тут ходит, гуляет Удалой молодчик,
Лели, лели, лелюшки,
Удалой молодчик.
Кличет, выкликивает Красную девицу,
Лели, лели, лелюшки,
Красную девицу:
«Поди, выйди, девушка,
За вороты,
Лели, лели, лелюшки,
За вороты;
Со мной, со мной, с молодцом Постояти,
Лели, лели, лелюшки,
Постояти;
Со, со, со удаленьким Речь говорити,
Лели, лели, лелюшки,
Речь говорити».
Девушка, к которой молодец подошел, выходит к нему, т. е. на середину хоровода. Песня поется грустнее.
Что девица к молодцу Выходила,
Лели; и пр.
Что девица с молодцом Речь говорила:
Лели; и пр.
«Я тя, я тя, молодец,
Обесчещу,
Лели; и пр.
При всем, при всем мире,
При всем, при народе».
Лели; и пр.
Девушка толкает молодца:
Что девица молодца Оборола,
Лели; и пр.
Сбрасывает с него шапку:
Пухову шляпоньку С кудрей сбила,
Лели; и пр.
Треплет ему волосы:
Русые кудеречки
Растрепала,
Лели; и пр.
Размахивает полы его сибирки или сюртука, как будто рвет их:
Она, она синь кафтан Изорвала,
Лели, лели, лелюшки,
Изорвала.
Расстегивает пуговки у его жилета:
Золотые пуговки Расстегала,
Лели, лели, лелюшки,
Расстегала.
Наступает башмаком на сапоги молодца:
Козловы сапоженьки Затоптала,
Лели, лели, лелюшки,
Затоптала.
Девушка уходит на свое место, а молодец ходит один в середине хоровода и, закрыв лицо руками, показывает, что плачет.
Пошел, пошел молодец,
Сам заплакал:
Лели; и пр.
«Пойду, пойду матушке Попеняю:
Лели; и пр.
“На что, на что, матушка,
Спородила,
Лели; и пр.
Несчастливой долюшкой Наделила?
Лели; и пр.
Меня, меня девушка Оборола,
Лели; и пр.
Вдоль было по травоньке Вдоль по муравке,
Лели, лели, лелюшки,
Вдоль по муравке”».
Прежняя девушка снова выходит из хоровода и подходит к молодцу; песня поется веселее:
Девушка кланяется молодцу:
Что девица к молодцу Выходила,
Лели, лели, лелюшки, Выходила.
И девица с молодцом Помирилась;
Лели, лели, лелюшки,
Помирилась.
Приглаживает ему волосы:
Русые кудеречки Расчесала,
Лели, лели, лелюшки,
Расчесала.
Подняв с земли фуражку, надевает ее на голову молодца:
Пуховую шляпоньку Надевала,
Лели, лели, лелюшки,
Надевала.
Застегивает пуговки у жилета:
Золотые пуговки Застегала,
Лели; и пр.
Поправляет у сюртука или сибирки полы и делает рукой, как будто зашивает:
Она, она синь кафтан Зашивала,
Лели; и пр.
Вытирает сапоги:
Козловы сапоженьки Вытирала,
Лели; и пр.
Молодец показывает, что очень обрадовался:
Пошел, пошел молодец, Взвеселился,
Лели; и пр.
33
- А се грехи злые, смертные.. Кн 2
Молодец и девушка и прочие играющие целуются. Впрочем, это бывает при окончании каждой хороводной песни.
Эту песню мне удавалось слышать и не в хороводе, на зимних вечерах в избе. Разница заключалась в том, что играющие молодцы и девушки становились парами в ряд, друг против друга, и каждая девушка делала со своим мблодцем то же самое, что делала в этой песне одна в кругу хоровода; одним словом, в игре участвовали все.
Пятая песня. Хоровод кружится; молодец ходит в середине хоровода, немного приплясывая. Песня поется весело:
Как из улицы в конец Шел удалый молодец;
Ай, хорошая моя!
Ай, пригожая моя!
Уж как звали молодца,
Позывали удальца;
Ай; и пр.
Во беседушку сидеть,
Красных девушек смотреть.
Ай; и пр.
Молодец становится на колени перед девушкой, которая ему больше нравится.
Посадили молодца,
Посадили удальца,
Ай; и пр.
Молодец низко кланяется девушке и как будто не нарочно роняет с головы шапку.
Вот как девушке поклон,
С молодца шляпа долой.
Ай; и пр.
«Уж ты, девушка, подай,
Раскрасавица, подай!» —
Ай; и пр.
«Я не служка твоя,
Не хочу слушать тебя;
Ай; и пр.
Когда буду твоя,
Буду слушать тебя;
Ай; и пр.
Я теперича твоя,
Буду слушаться тебя;
Ай; и пр.
Девушка поднимает шапку и, продолжая вместе с хороводом петь песню, надевает ее на молодца:
Ты изволь, сударь, принять,
На русых кудрях носить;
Ай; и пр.
На русых кудрях носить,
Меня, девушку, любить».
Ай; и пр.
Молодец встает, берет за руку девушку и обводит вокруг хоровода:
«Я за рученьку возьму,
Вкруг беседы обведу;
Ай; и пр.
Вкруг беседы обведу,
Всем соседям покажу;
Ай; и пр.
Молодец останавливается с девушкой, глядит на нее и в конце песни обнимает и целует:
Всем соседям покажу,
Еще сам погляжу;
Ай; и пр.
Еще сам погляжу,
Поцалую, обойму».
Ай, хорошая моя!
Ай, пригожая моя!
После хоровода летом очень часто играется другая веселая живая игра: «Солнце на закате». Эта игра не только играется на летних гуляньях в праздники, но даже часто и в будни по вечерам после работы, когда соберется несколько девушек. Собираются пары: молодец и девушка или одни девушки и становятся кружком; когда запоют «Солнце на закате», пары, стоящие напротив одна другой, переходят с места на место и крест накрест, весело приплясывая. Каждая пара, воротившись на свое место, вертится отдельно: молодец схватывает девушку под мышки и вертит ее. Повертятся и опять бросаются в середину кружка, где, встретившись с другой парой, ворочаются назад и опять вертятся. Потом каждая пара кружится в середине кружка, который и сам весь кружится. Впрочем, живость игры, как я уже сказал, зависит от того, как поется песня: если песня поется скоро, то и игра идет скорее; если протяжнее, то и игра тише. Я записал песню, явно не народную, но разошедшуюся в простонародье, хотя первые строки уже напечатаны И. П. Сахаровым; она также любопытна, как образчик изменения поэтических или песенных вкусов народа. Она записана в сельце Булаков прихода Благовещенья, на Ербуге.
Солнце на закате,
Время на утрате;
Сели девки на лужок,
Где муравка и цветок30,
Где мы с вечера резвились,
В хороводе веселились Во приятной тишине Под березкой здесь одне;
Где красавица мил&я,
Цветик, радость дорогая,
Цветик, Аннушка-дружок,
Садил&ся на лужок.
Она села, посидела,
На цветочки поглядела,
Со травы цветы рвала,
К себе милого ждала.
Не успела скласть в пучечки,
Едет милый из-за речки,
Из-за речки, речки той Едет парень молодой,
Едет парень красавчик,
Аннушенькин дружочек.
Не дошел до речки — лег,
У Анюши сердце рвет;
Сердце рвалось, спокорилось,
Щечки розово покрылись;
Щечки розовы-алы От природы нам даны,
От природы от такой Для девушки молодой.
Девченушка бравая,
На ней шубка алая —
Шубка, юбка алая,
Спушечка бобровая;
Спушечка бобровая,
Сама чернобровая.
Черноброва, хороша По рыночку гуляла,
Извощичка наняла,
Извощичка-ямщичка —
Молодова повозничка,
Саши полюбовничка. Вдоль по матушке Неве Едет милый на коне;
На коне ли, на коне —
На вороной лошаде,
На вороной лошаде; Сидит Машенька в окне, Машет правою рукой, Перчаточкой зеленой. Перчаточка говорит, Приворачивать велит: «Приворачивай коня Ко точеному столбу,
Ко точену, ко злачену, Ко серебряну кольцу».
ис^жхжх^ииииоииииии
А. Ф. Кистяковский
К ВОПРОСУ О ЦЕНЗУРЕ НРАВОВ У НАРОДА
Чем ближе мы вникаем в жизнь народа, тем более убеждаемся в том, что быт его до сих пор сохранил многие архаические черты. Некоторые из этих черт, уцелевшие еще в значительной свежести, по своей хронологии, несомненно, гораздо старее происхождения Русского государства. И если сравнить черты быта народного в данной местности с соответствующими чертами так называемого образованного класса в той же местности, то различие окажется крайне резким. Если бы цивилизация народа была предоставлена сама себе, то для уничтожения этого различия потребовались бы многие столетия.