С громким криком, мужчина с вилами бросился вперед. Здоровяк отбросил топор, который со свитом полетел к деревьям и поднял свою левую руку. Движение было странным, жестоким и неуклюжим. Рука аккуратно перехватила и заблокировала вилы. Человек зашатался. Он был обездвижен. Пришелец легко развернул вилы и оторвал сам инструмент от древка, а затем указал на человека правой рукой. К предплечью была подсоединена небольшая трубка, которая, очевидно, была оружием. Разряд словно деформировал воздух, заставив мужчину отлететь в сторону и застыть там мертвым.
Рори вздрогнул. Атакуя пришельца, мужчины совсем забыли о нем, а жестокость, с которыми чужак расправлялся с людьми, доказала Рори, что он был прав. Зеленые великаны не торговались. Они были смертельно опасны и желали избегать людей любой ценой.
В ушах Рори звенело от звукового оружия. Хоть оно и не было направлено на него, у Рори жутко болела голова, а рот наполнила кровь, которая ручейком текла из носа.
Те люди, что еще оставались на ногах, начали стремительно убегать прочь. Рори затаил дыхание, когда услышал, ка звуковое оружие выстрелило второй раз. Воздух замерцал, и человек, который успел пробежать 20 метров, взлетел в воздух и замертво рухнул в снег. А затем еще один. Укрытия не было. Следующий выстрел вполне мог бы убить его.
Они оставили дома и двинулись вверх, вдоль того, что в теплый сезон было садом и огородами. В деревне брехали собаки.
— Что это? — Спросил Доктор, вдруг останавливаясь и прислушиваясь.
— Собаки. — Сказала Бель.
Эми обернулась. Мир был все таким же снежно-синим. В воздухе пахнуло грядущим снегопадом. Это был самый заветный запах для нее еще с тех пор как она была маленькой девочкой.
— Это не собаки, — сказал Доктор.
Они продолжали идти вдоль длинной изгороди, которая отмечала участок плантаторов, когда Доктор снова остановился и прислушался.
— Ты слышала это? — Спросил он.
— Что? — не поняла Эми.
— Этот звук, я знаю, что он был.
— Что за звук? — Спросила Эми.
— Это просто собаки, — сказала Бель.
— Нет, здесь есть другой звук. Я знаю этот звук. Где я слышал его раньше?
Эми прислушалась:
— Я ничего не слышу, хотя… поняла. Забавный шум.
Доктор кивнул.
— Странный звук, — эхом отозвался он. Он вдруг обернулся и уставился на изгородь. — Я думаю, что вы должны выйти.
Человек послушно вышел к ним.
— Я думаю, ты должна сказать мне, куда идешь, Арабель, — сказал Самвелл.
Рори нырнул за дерево. Его охватила паника, и он отчаянно желал, чтобы его дыхание было не настолько шумным. Нагрузка с сочетанием паники заставляла его дышать очень глубоко.
Он еще дважды слышал выстрелы из звукового оружия пришельца. Второй выстрел сопровождался искажениями воздуха совсем недалеко от него.
Зеленый здоровяк был недалеко. Что он хотел, кроме как убить их всех? Устранить свидетелей? Но свидетелей чего? Может, это была месть за то, что человек осмелился ударить по нему топором?
Очевидно, должно было быть что-то еще, но Рори просто не мог это представить. Было трудно сфокусироваться, потому что он был в панике. Ему нужно было послушать. Рори постарался прислушаться, но было трудно услышать что-то за своим дыханием. Он затаил дыхание. Это потребовало значительных усилий. Рори прислушался, чувствуя, что его барабанные перепонки готовы взорваться. Через несколько секунд он услышал хруст шагов. Пришелец почти достиг его укрытия.
Спрятаться было негде. Снег вокруг был потрясающим фоном, на котором он неплохо бы выделялся, куда бы он не пошел. Деревья были недостаточной защитой, подсознательно Рори жалел об отсутствии валунов, кустов или какого-то отверстия в земле.
Он услышал шаги и хриплое дыхание. Это напомнило ему самому о том, что нужно дышать. Рори старался делать это беззвучно, хотя хотел со всем всхрипом насосать в себя свежий воздух.
Зеленый пришелец появился в двадцати метрах, в стороне от него. Он застыл между двумя деревьями, медленно сканируя окружающее пространство. Рори буквально распластался вдоль ствола дерева, которое закрывало его от здоровяка, который обернулся и посмотрел прямо на него. Как он мог видеть? Ведь он едва двигался. Этот пришелец выглядел как гигантская рептилия. А какие чувства развиты у рептилий? Зрение? Слух? Может, у них есть другие чувства? Как они охотятся? Рори напряг мысли, думая о том, что должен был что-то читать об этом.
Рори понял, что увиденное насилие целиком захватило его мысли. Неважно, о чем он думал на самом деле. Он должен был найти выход, сделать то, что Доктор назвал бы стратегией выживания, а Эми непоправимой глупостью. Эми. Рори знал, что должен увидеть ее еще раз. Он не собирался позволить этому ящеру убить его безо всякой на то причины. Его жена никогда не простила бы ему подобный конец.
Он побежал снова, на этот раз перпендикулярно своему маршруту. Взгляд через плечо сказал ему, что зеленый здоровяк разглядел маневр. И он был ошибкой.
Как он обнаружил движение? Это было тепло? Поскольку Рори было жарко, то это вполне имело бы смысл.
Поему он не стрелял из своего ужасного пистолета? Он мог просто пристрелить его и все. Казалось, на это есть всего три варианта ответа. Он бежал быстро, оказался вне диапазона действия оружия, его хотели взять живым. Третий вариант казался наиболее вероятным.
— Он нас замедляет, — шепнула Эми.
Доктор вел их в лес с характерным только для него неиссякаемым энтузиазмом. Ей приходилось прикладывать значительные усилия, чтобы не отставать.
— Мы действительно ведем его за собой?
Они оба обернулись. Вслед за ними бреда Арабель, а за ней тащился Самвелл, который, по мнению Эми, был весьма хорош собой. Он казался надежным, и Эми слышала, что он говорит Арабель:
— Это преступление, Бель! Зачет ты это сделала?
— Я ищу Весту.
— Но ты выпустила их, Бель? Что скажет Избранный?
— Я не знаю, Самвелл. Ты собираешься рассказать ему?
— Я должен. Давай просто остановимся и поговорим? Подумай об этом, ты общалась с носителями Запрета!
— Я ищу свою сестру, — сказала Бель.
— Избранный найдет Весту, — сказал Самвелл. — Где твое терпение?
— Заткнись, Самвелл.
— Плантаторы должны проявлять терпение и…
— Не смей цитировать Руководство! — Прорычала Бель.
— Я думаю, что придётся позволить ему пойти с нами, — вздохнул Доктор.
— Потому что если он вернется, то расскажет остальным, где мы?
Доктор кивнул:
— я не думаю, что он собирается с нами бороться.
— Я думаю, что он хочет переубедить ее, — сказала Эми.
— Что?
— Он любит ее. Это же очевидно.
— Потому что они спорили?
— Потому что он продолжает идти за нами. Иначе бы он просто поднял тревогу.
Доктор нахмурился и задумчиво кивнул.
— Да, понимание, Понд. Загадочная работа человеческого сердца. Хорошая работа.
Он остановился, чтобы убедиться о том, что они забрались достаточно высоко.
— первые морфаны должны были представить себе, как будет выглядеть это место, — сказал он. — И это наверняка отразилось в названиях. — Он повернулся к Бель. — Третья группа плантаторов называется Сторона? — Спросил он.
— Да, — ответила она.
— откуда ты знаешь?
— Это знают все. Морфаны, Сидельцы и Сторона. Три группы.
— Ах, — Эми улыбнулась. — Значит, море мы не увидим.
— Я думаю, что нет, хотя мне нравится быть рядом, — признался Доктор.
Они на мгновение остановились, слушая тишину.
— И что дальше? — Спросила Эми.
— Эта планета — одна из человеческих колоний во время Великой Эры Расселения. О чем тебе говорит имя «морфаны»?
— Что-то вроде «сирота»?
— Да, но здесь также есть ссылка на то, чем занимаются эти люди, о том, что они поддерживают устройство по терраформированию. Изначально люди просто нашли подходящий мир и стараются сделать его более похожим на Землю.
— Земля — Иш?
— на самом деле, да.
— Что на счет настоящей Земли? — спросила Эми.
Доктор пожал плечами:
— наверняка осталась где-то в прошлом. Я думаю, что Земля и Солнечная система исчезли своим естественным способом — погибли из-за расширения Солнца. Люди должны были найти что-то еще, и морфаны были одними из тех, кто ищет новые пути.
— Как долго они здесь? — Спросила Эми. Она видела времена, когда Земля оставалась заброшенной, но идея того, что мир больше не существовал казалась особенно печальной.
— Поколения, — сказал Доктор. — Многие поколения.
— 27, — сказала Эми. Она понимала, что преобразование мира достаточно сложная задача, и, вероятно, ныне живущие морфаны не успеют насладиться тем, что они делают. Все готовится для следующих поколений. — Так в чем же проблема? — Спросила Эми. — Ты беспокоишься на счет снега.
— Процесс пошел не так, — сказала Доктор тихо и спокойно, чтобы Бель и Самвелл не смогли подслушать. — По какой-то причине программа терраформирования не удалась. Эта планета становился все меньше и меньше похожа на Землю. Морфаны пришли сюда, чтобы освоить новый мир, а вместо этого просто умрут.
— Почему?
— Не знаю.
— У тебя какое-то предчувствие.
— Возможно, они просто не рассчитали, — сказал Доктор. — Возможно, преобразование планеты оказалось слишком сложным. Или…
— Или что?
— Ничего, — тихо сказал он.
— Или все же? — Отрезала Эми.
— На самом деле ничего.
Эми посмотрела на Доктора своим фирменным взглядом, и тот сдался.
— Ладно, — сказал он. — Это может быть влияние, которое кто-то оказывает на работу местных систем. Я видел что-то. Один или два раза.
— Что за влияние? — Спросила Эми.
— Я не собираюсь беспокоиться о нем, пока не буду до конца уверен, — сказал Доктор, первым двинувшись в сторону деревьев. — Будем надеяться, что это глюк. Просто сбой в системе, который я смогу исправить.
— Глюк? — Спросила Эми, прищурившись и посмотрев на него.
— Даже не глюк.
— Нет?