– Я поймал кенгуру, – «бейтельратте», – сказал он.
– Какого? – спросил судья. – У нас их много.
– Аттентетерлаттенгиттерветтеркоттербейтельратте.
– Какого это – «аттентетер», о ком ты говоришь?
– О «Готтентотенштоттертроттельмуттераттентетер».
– Так почему же ты не сказал сразу: «Готтентотен-штоттертроттельмуттераттентетерлаттенгиттерветтеркот-тербейтельратте»?»
Заканчивая рассказ о сложном слове, укажу еще на способность его слагаемых меняться местами. Хочешь – блюдолиз, хочешь – лизоблюд. Смысл один, а сложных слов уже – два. Такая же перестановка свойственна и слову зубоскал, из которого Грибоедов образовал – Скалозуб. Французы и так и сяк могут называть длинное раскладное кресло, в котором можно полулежать: шезлонг и лонгшез.
Страничкой раньше упоминались слова сорвиголова, Звенигород. Вот еще родственные им по способу образования – скопидом, болиголову вертишейка. Эти слова могут быть, пусть с оговоркой, отнесены к разряду сложных слов. А как образованы такие слова, как близлежащий, сумасшедший, вечнозеленый, долгоиграющий, впередсмотрящий, быстротекущий, глубокоуважаемый, сейчас, сегодня?
Близлежащий – из близ + лежащий, сумасшедший – с + ума + сшедший, вечнозеленый – вечно + зеленый… Или: лежащий близ, сошедший с умаА зеленый вечно, играющий долго… Видимо, перед нами образцы еще одного типа словообразования, чем-то напоминающего сложение и чем-то от него отличающегося. Так оно и есть: эти слова образованы способом сращения – слияния, стяжения в одно слово словосочетаний.
Сращение отличается от сложения тем, что «сращенные» слова по морфемному составу полностью совпадают с образующими их словосочетаниями (сравните сложное слово металлорежущий – режущий металл и сращенио быстротекущий – текущий быстро).
Я рассказал только о некоторых путях создания новых слов. Специалисты насчитывают до двенадцати способов словообразования. Часть из них осталась за пределами моего рассказа. Многие языковедческие «тонкости» но нашли места в этой книге, ибо задумана она как книга для чтения, а не как учебник, скрупулезно исследующий и разъясняющий глубинные процессы в языке.
СРОСЛИСЬ!
Теперь обратите внимание на приведенные как примеры сращений слова сейчас и сегодня. Употребляя их, вы, может быть, не задумываетесь, что они образовались из сей + час, сего + дня. Эти слова возникли давно, одна из составляющих их частей устарела, и они прочно срослись. Но в этих словах сравнительно легко выделяются составляющие части. В других участники объединения распознаются с трудом, ибо они претерпели множество различных изменений.
Предлагаю вам краткие этимологические истории некоторых слов. Только после оговорки: надо сказать, что не все еще глубинные процессы словообразования досконально исследованы, четко разграничены, еще далека от совершенства классификация способов образования новых слов.
Спасибо произносите вы, возможно, не подозревая, что возникло слово из формулы спаси (вас) бог.
Дотла, то есть «до дна, до основания», образовалось из до + шла, где до – предлог, а шла – родительный падеж единственного числа общеславянского слова тло – «дно, пол, основание».
Нет – слитое в единое словцо (а затем и упрощеннее) сочетание не есть – несть – нет (сравните выражение: им несть числа).
Теперь – союз двух слов – указательного местоимения среднего рода то и прилагательного того же рода първо (первое, имевшее значение «прежде, сначала, впервые»). Получилось топърво, которое и изменилось в нынешнее теперь (как объясняют этимологи: «в результате развития ове под действием межслоговой ассимиляции, ь>е после падения редуцированных, а также в результате отпадения безударного слога во»):
То + първо – топърво – тепърво – теперео – тепе-ря – теперь.
Компоненты слова прослушиваются лишь в ряде го-норов: «таперича», «таперя», «перво-наперво».
Дотошный со значением «пытливый, въедливый» развилось из сочетания до точи (до точки). Еще лет двадцать назад это слово писалось так: доточный. Но потом орфография подчинилась произношению, мы стали писать, как говорим. (А вот в конечно ч все еще удерживает позиции на письме, хотя каждый образованный человек скажет: «конешно».)
Подоплека. «Мы боимся даже невзначай обнаружить ту сокровенную подоплеку, которая составляла основу всей нашей жизни», – читаем мы у М. Е. Салтыкова-Щедрина. Слово подоплека употреблено здесь иносказательно: «скрытая основа, тайная причина чего-либо». Прямое же значение этого слова – «подкладка крестьянской рубахи, прикрывающая спину и грудь до половины», буквально – «подилечье»: ведь диалектное слово плеко и есть плечо. В свое время в крестьянском быту были распространены выражения своя подоплека к сердцу ближе; знает грудь да подоплека.
Сутки трудно, на первый взгляд, отнести к словам с прозрачной этимологией. А между тем это слово с распространенным способом образования, с лежащей на поверхности внутренней мотивировкой. Расчленим его, получим: су + тк + и. Су J[c, со) – приставка. Она присутствует в таких, скажем, словах, как сумерки, спутник, соратник. Тк – преображенный со временем древний корень тък, который существует и поныне в словах ткнуть, соткнуть или в космическом – стыковка. И – показатель множественного числа. Таким образом, слово сутки русский язык создал для обозначения единицы времени, образуемой слиянием дня и ночи.
Показательно, что даже в развитых европейских языках: английском и испанском, французском, немецком и итальянском – понятие «сутки» может быть выражено лишь словами день и ночь или двадцать четыре часа.
Неделя. Первоначально неделей назывался день отдыха. Все ясно, все верно: не-деля от не делати – «день,) свободный от дел». То, что мы сейчас называем неделей, во всех славянских языках именовалось седмицей – «семидневкой». Первый день семидневки назывался понедельником – он следовал за неделей.
Позже слово седмица получило отставку. Его место было занято неделей. Выходной день стал называться воскресеньем.
Слово неделя взяло на себя и другие смысловые функции. Оно обозначает сейчас и любые семь дней подряд, и не только семь дней, ибо существуют укороченные недели: неделя шестидневная и пятидневная.
Тезка. Если не мудрствовать лукаво и не приводить фонетические метаморфозы, сплавившие местоимение тот с древней частицей з, то полученное тез, тыз, тоз можно расшифровать очень просто: «тот же самый, одноименный». Присоединенный затем суффикс —к(а) образовал существительное тезка – «человек, носящий одинаковое с кем-либо имя».
Тезками, к примеру, являются выдающийся английский писатель-утопист Томас Мор и сорванец Томас Сойер, правда, последнего, по его же признанию, полным именем Томас звали лишь тогда, когда хотели выпороть.
Туземец. Это слово я в юношеские годы воспринимал как ярко выраженный экзотизм. А между тем оно совсем «нашенское», давнее русское слово. Оно легко членимо на образовавшие его части, убедительно мотивировано. Ту (местоимение) + зем (корень земь, сравни: земля)+ ец (суффикс), то бишь «тутошней (тамошней) земли уроженец».
За время своего многовекового бытования слово туземец употреблялось для обозначения то уроженца данной местности, то жителя удаленной от центров цивилизации местности, страны. (На употребление слова в этих значениях сначала не влияли даже привлеченные в ваш язык такие интернациональные термины, как греческий автохтон и латинский абориген (коренные жители страны).
Гончаров во «Фрегате „Паллада“ пишет: „Мимо фрегата редко и робко скользят в байдарках полудикие туземцы“.
У Достоевского: «Здесь я встретил одного из туземцев, старого Гаврилу? бывшего когда-то моим дядькой». («Туземец Гаврила» – сейчас, пожалуй, не звучит!)
Значение некоторых «не простых» слов можно вывести из значения их компонентов. Но есть и такие слова, значение которых уже не является простои суммой слагаемых значений. Новое смысловое содержание сложное слово может получить как в своем языке t так и при заимствовании.
Куролесить. Степка, персонаж «Господ Головлевых» Салтыкова-Щедрина, частенько «принимался куролесить. То косынку у девки Анютки изрежет в куски, то сонной Васютке мух в рот напустит, то заберется на кухню и стянет там пирог». В народной речи и доныне можно услышать: куролесить и куролесничать – «озорничать, проказничать, буянить»; куролес и куролесник – «повеса, озорник, буян».
Если судить об этих словах «по одежке», то происхождение их объясняется вроде бы само собою; куролес составлен из кур + о + лес. Но подобное толкование «куролес-но». Этимологи поясняют иначе. В древнее время на Руси некоторые церковные песни исполнялись на греческом языке, и смысл многих слов был непонятен и простому люду, и мелкому духовенству. Поэтому слова кириэ элеи-сон (а они буквально переводятся «господи, помилуй»), в которых русское ухо уловило, вроде бы, свои слова кур и лес, превратилось в куролеса. Нестройное пение, заминки, разноголосица, видимо? довершили не только звуковое переоформление слова, но и его переосмысление.
Куролесить стало означать: «говорить что-либо странное, непонятное». Ну,: а отсюда лишь шаг до образования новых слов и новых значений, с чего мы и начали рассказ.
Синекура. Латинское синэ курэ значит «без заботы» (подразумевается: «о душах ближних»). Так в средние века стала называться доходная церковная должность, предоставляемая лицам за особые услуги. Почетная и прибыльная, эта должность не была связана ни с выполнением каких-либо обязанностей, ни даже с пребыванием на службе.
Сращение в единое слово произошло в языке-источнике, и слово нерешло во многие языки со значением «любой выгодной должности, не требующей усилий», короче говоря, «теплого, доходного местечка».