— Ши-чан! — Анко лукаво блеснула глазами и расплылась в ехидной ухмылке. — А похорошел-то как, возмужал!..
— А ты всё та же, Анко Митараши, — Шисуи улыбнулся совершенно беззлобно. — Служба в АНБУ на тебе никак не отразилась. И тебе, — он ткнул пальцем в появившегося за его спиной парня, — стоило бы брать пример.
— Не понимаю, чем вызвано подобное предложение, — невозмутимо произнёс Итачи и кивнул товарищам. — Какаши-семпай, Анко-семпай.
Какаши вполне дружелюбно кивнул ему в ответ, а вот Анко отвернулась, жуя данго. «Ходячий памятник ответственному ученику, — хмыкнула она про себя. — И его мне Ибики в пример ставит?»
— Ничего, если мы присоединимся? — не дожидаясь реакции, Шисуи уселся на свободное место. Итачи, поколебавшись миг, тоже сел. — Как жизнь вообще? Что нового?
— Ну, с тех пор, как мы виделись в прошлый раз — это же было месяцев восемь назад, кажется? — сделала себе татушку, — Анко повела плечами, сбрасывая пальто и открывая руки; на левом плече горел алый символ спецотряда. — Классная, да?
— Анко, уймись, — мягко осадил её Какаши. — Это не та вещь, с которой стоит шутить.
Она пожала плечами и вновь оделась, при этом обратив внимание, что Шисуи больше внимания уделил её груди, хорошо очерченной облегающей майкой, чем татуировке. Веселья ради придвинулась к нему.
— Ши-чан, гормоны донимают? — прошептала она ему на ухо с деланным участием. — Шестнадцать уже ведь — самое время знакомиться с миром ласк и удовольствий…
— Анко, да ну тебя! — Шисуи вспыхнул и поспешил отодвинуться, да так порывисто, что чуть не свалился со скамьи. — Вообще уже… такие вещи…
— О-о, ты так мило краснеешь!..
— Слушай, ну правда, завязывай…
— И не подумаю, пока не признаешься, что…
— Я не совсем понимаю, — пока она продолжала наседать на его друга, обратился Итачи к Какаши, — по какой причине Анко-семпай называет Шисуи «Ши-чан».
— Это ещё с Академии повелось, — отозвался Какаши, беря с новой тарелки, принесённой официанткой, палочку с данго. — Шисуи всегда было смутить проще всех, вот Анко к нему и пристала.
Итачи задумчиво кивнул, продолжая наблюдать за ними. Анко видела это и, оставив Шисуи в покое, повернулась к нему.
— Что ты делаешь в АНБУ? — прямо спросила она. — Ты — наследник клана Учиха и по идее должен помогать отцу в полиции. Какого бидзю забыл в спецотряде?
— Анко… — укоризненно покачал головой Какаши. Шисуи вздохнул. А вот Итачи, спокойно глядя ей в глаза, ответил:
— Я служу там, где могу принести наибольшую пользу.
Анко прищурилась.
— Клану или деревне?
— Деревне и клану.
«Странный ответ», — почему-то подумалось ей, но дальше пытать его расхотелось. Итачи притягивал своей тайной, но Шисуи был однозначно забавнее. «Тайн мне хватает и на службе», — решила Анко и вновь переключилась на подкалывание Шисуи.
События начали развиваться стремительно в тот самый день, когда, по ироничному стечению обстоятельств, Анко должна была пойти на своё первое полноценное свидание — ей самой всё было некогда заводить нормальные романы, и Куренай проявила инициативу и решила свести её с Умино Ирукой, начинающим сенсеем Академии. Ирука был милым, и чтобы не обижать его и заботливую подругу, Анко согласилась, прекрасно при этом зная, что ничего не получится — не под стать такой парень той, которая к своим восемнадцати ухитрилась затащить в свою постель почти всех самых привлекательных холостяков Конохи. Шисуи ещё держался, но Анко слишком дорожила дружбой с ним, чтобы наседать — он не Какаши, с ним переспать и остаться приятелями не получится.
И вот когда Анко уже приняла душ (она только вернулась с дежурства в резиденции Хокаге) и просовывала голову в узкий ворот водолазки, в раздевалку ворвалась Югао — волосы растрёпаны, маска висит на боку.
— Анко, вот ты где! — воскликнула она. — Скорее, вызывают всех, кто в штабе.
— Что случилось? — быстро заканчивая одеваться, спросила Анко.
На долю секунды Югао замялась.
— Твой сенсей…
Продолжать было не нужно. Анко застегнула жилет и нацепила маску, и куноичи выбежали в коридор. Миновав несколько лестниц, они оказались в холле и вместе с товарищами преклонили колено перед Четвёртым Хокаге.
— Уже давно ходили слухи, что Орочимару-сан занимается незаконными и опасными исследованиями, — начал он посреди тишины. — Хирузен-сама решил это выяснить и пришёл к нему в лабораторию. Увы, предположения подтвердились, и когда Хирузен-сама приказал Орочимару-сану сдаться, тот отказался и атаковал учителя, после чего сбежал. На данный момент он покинул пределы Конохи.
Анко почувствовала, как ёкнуло сердце. «Ксо, сенсей…»
— Поисковые группы должны быть отправлены немедленно, — продолжал тем временем Четвёртый. — Орочимару-сан похитил несколько свитков с секретными техниками деревни, и мы не можем допустить, чтобы они оказались утрачены для Конохи. Рассчитываю на вас.
Он исчез в вихре Хирайшина, и в тот же миг капитаны команд стали созывать своих подчинённых. Пробравшись сквозь толпу, краем глаза отметив Какаши, подле которого уже тенью маячил Итачи, Анко встала перед Ибики, ожидая приказа.
— Нет, — отрезал он. — Ты остаёшься.
— Почему?! — возмутилась она.
— Ты — его ученица.
— Я не пристрастна!..
— Ага, тогда я — дух добра из детских сказок.
— Очень может быть, — огрызнулась Анко. — Ну Ибики!..
— Никаких. Споров. С капитаном, — отчеканил он. — Уйди, не мешай работать.
Обида вспыхнула в груди, кровь прилила к щекам, но Анко сжала кулаки и сдержалась — субординацию всё же следовало соблюдать.
— Есть, — просто сказала она и побрела к выходу из штаба.
«А может… — подумала она, остановившись уже у подножия лестницы, — может, мне самой?..»
— Анко, — подошедший Шисуи редко когда бывал так серьёзен. — Третий хочет тебя видеть.
— Зачем? — мрачно уточнила она, хотя и сама догадывалась.
— У него есть вопросы касательно Орочимару-сана…
Нельзя сказать, что тот случай так уж испортил ей жизнь — то, что она после зачисления в спецотряд практически полностью перестала общаться с учителем, многие знали. И всё же неприятный осадок остался; в детстве Орочимару-сенсей был для неё всем миром, в юности — объектом преклонения и подражания, а вот теперь — целью.
Не сразу, но Анко получила место в группе, занимающейся поиском Орочимару. В этом во многом помог Ибики, рабоче-приятельские отношения с которым у неё всё крепчали, а также (кто бы мог подумать) Учиха Итачи; назначенный главой команды, он получил разрешение самому набрать подчинённых и захотел видеть среди них Анко. Почему? Ну, официальная версия была, что Анко лучше прочих понимает стиль действий и мыслей бывшего сенсея. На самом же деле… да Рикудо этого парня не разберёт. Но что второе дно было, Анко не сомневалась. А то и третье, с Итачи станется.
За полгода поисков они достигли мало чего — сведения были обрывочными, Орочимару хорошо скрывался. Много времени команда проводила за пределами Конохи и Страны Огня, идя по призрачному следу, обозначавшему путь неуловимого Саннина — всё без толку. Однако они не сдавались; капитан был упёрт, Анко — не меньше, и товарищи, Дарума и Такеши, также не заикались о том, что это дело может остаться неоконченным.
Ходили слухи, что Орочимару начал собирать вокруг себя группу, привечая нукенинов S-ранга. Это было плохо; такие шиноби сами по себе очень опасны, а сбившиеся в кучу, да ещё и под руководством хитрого интригана — вдвойне. Неизвестно было, кого переманил на свою сторону Орочимару, как и то, что он задумал, — но что это добром не кончится для Конохи, было вполне очевидно.
В одну из разведывательных миссий их команда разделилась: Итачи и Дарума отправились в сторону границы со Страной Дождя, где должны были встретиться с Джирайей-самой, а Анко и Такеши направились в Страну Водопада — по сведениям информаторов, там недавно была серьёзная заварушка.
Судьба вновь показала себя злобной ироничной сукой, сведя их в одной точке.
— О-о, — Орочимару улыбнулся с хищным умилением. — Анко-чан, не думал, что ты будешь так настойчива.
Под маской АНБУ Анко прикусила губу. Да, Кьюби её дери, она мечтала, просто грезила встречей с бывшим учителем, но… не в хреновом же глухом лесу, по чистой случайности, когда команда не в полном составе! Да ещё и он…
— Твоя ученица? — безразлично уточнил стоявший рядом с ним Сасори.
— Да, моя милая подопечная, единственная, кто выжил, — Орочимару недобро оскалился. — Впрочем, надолго ли это?
«Кажется, у нас проблемы…» Анко и Такеши приготовились к бою. Двое шиноби спецотряда могут достойно противостоять двоим нукенинам S-ранга, но вот выиграют ли — хороший вопрос.
Орочимару никуда не спешил; он улыбался, глядя на настороженных и напряжённых донельзя АНБУ. Сасори вынул из рукава свиток и раскрыл его — в облаке дыма возникла марионетка.
— Не может быть… — прошептал Такеши с тревогой.
Анко тоже узнала черты этого лица, которое видела когда-то много лет назад на церемонии. Сейчас это лицо было деревянным.
— Третий Казекаге.
«Понятно, почему Орочимару захотел с ним союз, — как-то отстранённо подумала Анко. — Если он завалил Третьего Казекаге и сделал из него марионетку — он грёбаный гений». Впрочем, она имела об этом отступнике достаточно информации, чтобы знать — это действительно так.
То ли отдавая должное силе противников, то ли банально не желая терять время, Сасори начал сразу с железного песка — Кекке Генкай Третьего. «Значит, его человеческие марионетки действительно сохраняют способности прототипов. Хреново». Её стихией был Огонь, что не слишком удобно в борьбе против такого Кекке Генкай, поэтому Анко переглянулась с Такеши и сместилась, оставляя кукловода ему — у товарища основным был Ветер, а в дополнение — Молния.
Однако оказалось, что противники имеют иные планы: Орочимару стремительно направил нескольких змей в Такеши, а в саму Анко прилетел сформированный из железного песка конус. Увернувшись от него, куноичи была вынуждена отпрыгнуть ещё несколько раз, спасаясь от новых песчаных фигур, — противник теснил её прочь. «Хотят нас разделить, — догадалась Анко. — А вот хрен они…» Додумать не дала очередная атака, более опасная, чем предыдущие. Вынужденная уклоняться каждую секунду, Анко и опомниться не успела, как они отошли на несколько километров — грохот столкновения техник Футона доносился издалека.