В общем, я его ела, и мне было страшно обидно, что родители так старались, так хотели сделать мне сюрприз, а я жую торт и ничего не чувствую.
Мне тогда очень хотелось, чтобы все было как надо, чтобы праздник, хорошее настроение, чтобы я была здорова и чтобы мне нравился торт. Но было как было.
ВИТА. Только что в темноте на улице ко мне подкрался какой-то дед и радостно рявкнул: «Что, уроки повторяешь?».
Я: Да. Геометрию.
Он: Молодец!
Я: Спасибо!
С сумасшедшими важно говорить на их языке, соблюдать правила их вселенной и оправдывать их ожидания. Если человек хочет, чтобы я повторяла уроки, разве мне жалко? И он доволен, и я подкачала геометрию.
БОЖЕНА. А говорят, самый плохой вид из окна — на кладбище. Хау абоут гаражный кооператив? Мистическая тоска лиминальных пространств.
МАРИНА. Отчет со дня рождения. Электричества не было полдня, так что мы не смогли сварить глинтвейн. Пили холодное вино и ели холодную пиццу. Сегодня я проснулась и поняла, что заболела окончательно. Чувствую себя очень сонно. В новостях пишут, что с похолоданием левый берег Киева будет стабильно сидеть в темноте по 18 часов в сутки. Еще пишут, что «частичная эвакуация Киева неминуема». Что-то хуйня, хуйня.
САША. Теперь я часто вспоминаю февраль-март-апрель. Тогда все время что-то громыхало и, казалось бы, что в этом хорошего? Но оказывается, нормально жили мы тогда. А я не ценила, дурочка.
ВИТА. Шла по темной лестнице с 15-го этажа вниз. На полпути мне встретился мужчина с ребенком лет трех. Они поднимались вверх. Ребенок, увидев меня, заговорил: «Здласте!».
Я: Здравствуйте.
Ребенок: Темно!
Я: Да, темно.
Ребенок: Пака!
Я: Пака!
А что еще обсуждать-то?
САША. Прикол. Дали свет на 8 минут. Успела полюбоваться, не успела попрощаться.
ЛЮБА. За этот месяц у меня появилась привычка делать все быстро. Еда упростилась. Шансов приготовить что-то сложное почти нет. Единственный выход — простая быстрая еда. Еще в доме всегда должен быть хлеб: он сытный и его не нужно готовить.
ЮЛЯ. У нас тут дискуссии, нужна ли Киеву новогодняя елка в темные времена. Люди спорят и пишут петиции. Одновременно с этим правительство говорит, что в случае гуманитарной катастрофы они планируют эвакуировать жителей Киева. Именно учитывая эвакуацию, я считаю, что елка необходима!
Мне кажется, что эвакуировать нужно всех. И вот представьте: Киев, темнота, ни души вокруг. На Лукьяновке слышно, как на купола Андреевской церкви падает снег. А на Михайловской площади огромная красивая елка. Она светится так, что привлекает внимание летящих над планетой НЛО. Вокруг елки водят праздничный хоровод крысы. На них непонимающе смотрят туповатые голуби. Умные вороны закатывают глаза при виде этих плебейских утех. Коты залезли на елку и пытаются сбросить с нее бутафорские шары. Собаки стоят под елкой и ждут каждый сброшенный кошками шар: коснувшись земли, он превращается в мяч. В полночь на площадь прилетает Санта Клаус на оленях. Он смотрит на весь этот зоопарк и думает: «Эти восточные европейцы, конечно, странные». Олени, глядя на звериный праздник, начинают осознавать свое рабское положение и шепчутся о бунте, который вскоре возглавит Рудольф.
Из области в город по заснеженным дорогам стройными колоннами идут куры, коровы, петухи и кролики. До них уже долетели слухи о елке на Михайловской — воробьи и синицы разнесли. Великое звериное паломничество в безлюдный Киев историки потом назовут «большим новогодним исходом».
СООБЩЕНИЕ ОТ МОБИЛЬНОГО ПРИЛОЖЕНИЯ: «„Киев цифровой“ 4 раза подряд объявил тревогу в Киеве. Скорее всего, сбой программы. Не пугайтесь».
СОНЯ. Тю. Это когда мы боялись такого? За кого они нас держат?
КАТЯ. Сегодня разговорились с незнакомой девушкой о том, как ей плохо. Как мне плохо. Как мы устали и вообще. Но потом мы пришли к выводу, что это мы еще в Харькове не жили, так что все нормально у нас. Обнялись на прощание.
ЛЮБА. Зашла в дом и сразу стала к плите варить спагетти. Голодная ужасно. Стою над ними и думаю: а вдруг выключат свет и они не успеют довариться? Осенило: поставлю сразу еще и чайник, чтобы запарить мивину.
Спойлер: спагетти успели свариться, и я поела нормальной теплой еды.
ВИТА.
Я: Алла Петровна, я еще два дня назад вам звонила. У нас была уха, я хотела предложить вам. Но связи не было совсем.
Она: Ну вот я тоже не могла тебе дозвониться из-за связи. А уху надо было принести! У тебя когда будет какая-то еда, ты приноси мне в коридор! Я ночью буду вставать, забирать и есть, понимаешь?
ИВАННА. Свет сегодня словить трудно. Отключали, отключают и будут отключать. На мою долю за последние сутки перепало 3 часа. Если я не отвечаю, телефон сел или связи нет.
ВИТА. Звонила Алла Петровна, соседка моя дорогая. Беру трубку: Алло.
Она, загробным голосом: Скажи, когда дадут свет.
Я: Откуда ж мне знать.
Она: Они меня лишили последнего удовольствия. Я сериал не могу посмотреть.
Я: Мне очень жаль.
Она: А ты видела, что в доме напротив свет всегда есть?
Я: Видела.
Она: Ну вот как так? Ну почему мы все время в темноте, а у них, понимаешь, нормальная жизнь?
Я: Да откуда ж мне знать.
Она: Я тебе вот что скажу: эти люди из соседнего дома, они нам не товарищи. Они не знают, какую жизнь мы живем, с ними дела иметь нельзя.
Я: Да я там и не общаюсь ни с кем.
Она: Вот и хорошо. Им нас никогда не понять. Ладно, буду спать, раз делать нечего.
ЛЮБА. Смотрела видео, где женщина рассказывает свой рецепт десерта для бедных. Мол, в самые голодные времена она пекла его. У нее в рецепте, кроме муки, сливочное масло, яйца, молоко, сахар и ванилин! Это называется десерт для голодного времени? Аймсори, с каких пор нам стали доступны яйца, масло и молоко в таких количествах, чтобы не жалко было пустить в десерт?
НАСТЯ. Дали свет. Оказывается, была воздушная тревога, а я и не в курсе. Нет связи, поэтому нет оповещений. Сирена-то у нас тут не работает. Через час свет снова отключат, и я предусмотрительно сделала себе ванну с пеной. Разложила там свои руки-ноги, выдохнула-вдохнула и поняла, что я очень хочу… в тир.
Последний раз я была в тире в детстве. Наверняка сейчас мне понадобился бы какой-то компетентный человек, который научил бы стрелять. Но так захотелось, ты бы знала. Не понимаю, зачем. А главное, не понимаю, что у меня с головой.
САША. Я была уверена, что в аптечке есть успокоительное. Перерыла всю аптечку, а нет его. Возможно, его украли домовые. Наглотались и сидят по углам, спокойные, как овощи. На их месте должна быть я.
НАДПИСИ НА СТЕНКЕ ЛИФТА: «Номер диспетчера: 044–229–88–32. Номер психотерапевта: 098–818–6828».
ЯСМИНА. Я человек, который патологически боится конфликтов. Не люблю ссоры и споры, потому что, во-первых, это неприятно. Во-вторых, мне жалко оппонента. Если я начну говорить все что думаю, человек потом себя не соберет.
Недавно у меня случилась первая ссора за всю войну, и я сама начала. Видимо, потому что не могу бесконечно «контейнировать агрессию». Этого можно было бы избежать, если бы я не услышала 100 500 раз предложение выехать из страны. Мне одной выехать. Оставить мужа. Отца. Всех. И пить кофе в мирной жизни. А эти, любимые, пусть остаются замерзать. Чик-чирик, я в домике, а они лохи, потому что мужчины.
Поостыв, я пожалела об этом конфликте и обо всем, что сказала тому человеку. Но я себя понимаю и прощаю. При этом мне жаль, что я становлюсь хуже. Раньше я была собой довольна: мне всегда хватало терпения и великодушия. Теперь великодушия не хватает. Но особенно не хватает электричества.
ВИТА. Приходила Алла Петровна. Спрашивала у меня, какая ситуация в Чехословакии — может, в интернете какие-то новости. Говорит, ее племянница туда уехала и не звонит. В Чехословакию уехала. Давно уехала, наверное, если в Чехословакию.
Я сказала, что давно ничего не слышала про Чаушеску. Может, он помер.
ЖУРНАЛИСТ. Как вы оценили бы вероятность полного блэкаута и эвакуации Киева?
ЭКСПЕРТ. Вероятность этого отличается от нуля.
КАТЯ. Помнишь историю про душного деда? Про сотрудника ФСБ, или КГБ, или СБУ, который настиг меня на лестнице? Сегодня это случилось вновь. Мы ведь соседи. Он написал для меня стихотворение. Очень плохое. И торжественно вручил. С подписью и датой. У него все серьезно.
Я даже хотела позвонить в СБУ, чтобы они убрали его от меня. Это же невыносимо! Стихи правда очень плохие. Но сегодня весь день не было связи.
Больше всего меня взбесило не стихотворение, а подпись. «Спасибо за все. Ваш Сергей». За что — за все? Слышишь, ты, Сергей, что вообще между нами было?
После этой встречи я шла по улице. Потом переходила дорогу, и что-то начало громыхать. Видимо, ПВО сбила ракету, потому что в небе над головой образовались маленькие горелые облачка.
Люди на пешеходном переходе, включая меня, замерли и посмотрели вверх.
А я при этом думала: если бы меня сейчас убило осколком, то при осмотре моего трупика нашли бы это дебильное стихотворение с подписью: «Спасибо за все. Ваш Сергей».
Представляю, как удивился бы мой муж.
БОЖЕНА. Реклама, глупая ты сука. Зачем ты рекомендуешь мне путешествия? У меня в планах есть только одна поездка — на тот свет. Но ее почему-то не рекламируют.
ЮЛЯ. Недавно мне снилось, что я наблюдаю войну прямо из окна. По двору бегают солдаты с автоматами. И знаешь что? Во сне я чувствовала фантастическое умиротворение. Я смотрела и думала: вот уже прямо в Киеве бои. Теперь-то уж точно все закончится.
ЛЮБА. Военный сон: приснилось, что мне подарили 50 термосов и я во сне счастливее всех.
ВИТА. У меня закончился курс лечения. Точнее, закончились таблетки. Врач расписал курс на полгода. Но я смогла найти только одну упаковку таблеток, на месяц. Месяц закончился, таблетки тоже. И аптеки закончились. Так что лечение на этом все.