В наши дни широкое внедрение экзотов на улицы городов идет благодаря деятельности целой армии интродукторов, которые проводят испытания чужеземных древесных и кустарниковых пород в ботанических садах и на опытных питомниках и после всесторонней оценки передают их в производство. В результате иноземная дендрофлора заняла прочное место в озеленении городов. Так, в городских насаждениях Ленинграда насчитывается 18 видов интродуцированных древесных пород и 60 видов кустарников. В озеленении Москвы среди часто используемых — 94 вида. Еще больше экзотов в южных городах нашей страны, имеющих более мягкий климат. На Украине в городах культивируется 439 видов деревьев, кустарников, лиан (а в местной флоре их всего около 300). В городах засушливых регионов набор видов для озеленения, естественно, более ограничен, однако и здесь удается выращивать многие экзоты с применением поливов. Совершим небольшую экскурсию не только в пространстве, но и во времени. В 1927 г. после поездки в Баку Маяковский сделал такую зарисовку городского пейзажа:
На лужах
и грязи,
берег покрывшей,
в труде копошится
Баку плоскокрыший.
Песчаная почва
чахотит деревья,
норд-ост шатает, веточки выстегав.
На всех бульварах,
под башней Девьей,
каких-нибудь
штук восемнадцать листиков.
В наши дни в Баку созданы крупные зеленые массивы, парк культуры и отдыха, несколько небольших скверов. Насаждения поливаются, а защитой от ветра служит сомкнутая посадка деревьев — куртинами. Всего используется 169 видов (основных — 93), и среди них "королева бакинских улиц" — софора японская, платан восточный, миндаль, маслина европейская, сосна эльдарская и др.
Жители города часто и не подозревают, что привычные для них "зеленые соседи" — выходцы из других стран и географических зон. Вот несколько примеров таких знакомых чужеземцев на улицах городов европейской территории СССР.
Деревья
Ель колючая (форма серебристая) | Северная Америка
Туя западная | Северная Америка
Каштан конский | Северная Африка, Южная Европа (Балканы)
Клен ясенелистный (американский) | Северная Америка
Орех маньчжурский | Дальний Восток
Робиния ложноакациевая ("белая акация") | Северная Америка
Тополь бальзамический | Северная Америка
Кустарники
Сирень обыкновенная | Южная Европа (Балканы)
Карагана древовидная ("желтая акация") | Сибирь, Монголия
Роза морщинистая (шиповник морщинистый) | Дальний Восток
Кизильник блестящий | Восточная Сибирь (южное побережье Байкала)
Снежноягодник белый | Северная Америка
Чубушник обыкновенный ("жасмин") | Южная Европа
Хеномелес японский ("японская айва") | Японские острова
Лианы
Девичий виноград (партеноциссус) пятилисточковый | Северная Америка
Виноград амурский | Дальний Восток
А вот откуда происходят некоторые обычные обитатели наших цветников:
• из Средиземноморья — нарцисс, левкой, резеда, львиный зев, ноготки, душистый горошек;
• из Северной Америки — флокс, золотарник (золотая розга), люпин, рудбекия, некоторые лилии, годеция, эшольция;
• из тропиков Америки — настурция, ипомея, космея, петуния, бархатцы;
• из Китая, Японии, Маньчжурии — пион, однолетняя астра, дицентра ("разбитое сердце"), декоративная спаржа;
• из Южной Африки — гладиолус, пеларгония (герань), монтбреция.
Говоря о флоре городов, ботаники далеко не всегда включают в списки интродуцированные виды, может быть, и не без основания, так как эти виды, принесенные рукой человека и окруженные его заботой, конечно, не подчиняются закономерностям формирования флоры под влиянием экологических условий или разных естественных способов интродукции. Вероятно, поэтому на практике произошло разделение понятий "городская флора" (в основном чужеземная) и "дендрофлора городов" (набор древесных и кустарниковых пород, применяемых для озеленения)[6]. Однако при общем обзоре всего, что растет в городах, без сомнения, нельзя "не заметить" виды, поселенные человеком рядом с собой.
Между этими двумя подразделениями городской флоры есть и неожиданный "мостик". Это растения — беглецы из культуры, или, как официально именуют их в ботанике, "ускользнувшие из культуры". В истории акклиматизации хорошо известны случаи, когда интродуцированные виды натурализовались, т. е. проникли в состав природной флоры нового для них района и начали возобновляться без помощи человека. Нередко они вели себя при этом столь агрессивно, что начинали вытеснять аборигенов или превращались в злостные сорняки. Так, Петербургский Аптекарский огород в 40-х годах прошлого века неосторожно выпустил в мир одну из североамериканских диких ромашек — ромашку непахучую, которую сейчас в массе можно встретить на мусорных городских местообитаниях, а кроме того, и на полях, и вдоль дорог по всей Европе; распространилась она и в отдельных районах Сибири и Дальнего Востока. Весьма агрессивным оказался клен ясенелистный (американский) — широко применяемая в городском озеленении древесная порода североамериканского происхождения. Он не только активно проникает в насаждения других видов в садах и парках (это о нем мы читаем в журнале "Цветоводство" под рубрикой "Они засоряют парки"), но и в некоторых районах, например на Урале, нередко вытесняет местные древесные породы из пойменных лесов. Источником пришлой флоры продолжают служить городские цветники. Городская флора Киева, в частности, за последние 200 лет обогатилась такими одичавшими декоративными "беглецами", как маргаритка, водосбор, бриония, гвоздика бородатая, маттиола и др.
Флора города глазами ботаников
Итак, мы немного познакомились с источниками и путями формирования флоры городов. Теперь пора выяснить, что известно о ней ботаникам, и перейти к характеристике ее основных черт.
Изучать флору городов непросто. Одна из трудностей — большая территория, которую нужно обследовать, выявляя все растущие на ней виды. Здесь не поможет обычный метод "ключевых площадок", по которым создается представление о составе флоры более или менее однородной местности; ботанику нужно обойти и "облазать" все улицы и закоулки, ибо очень уж разнообразны места поселения городских растений.
Притом не все местообитания доступны; таковы частные дворы, крепостные стены и т. д. Нелегко бывает разобраться в принадлежности находок к тому или иному виду растений — ведь для определения нужен взрослый экземпляр, как правило, с цветками или плодами, а в городских условиях растения далеко не всегда достигают этих фаз развития и многие остаются "заморышами". Иногда пришельцев можно найти лишь в виде всходов, а определить растение по всходам не всегда технически возможно. Наконец, существуют и чисто психологические препятствия: не всякий специалист решится выйти с копалкой и ботанической папкой на улицу или площадь, под любопытные и недоумевающие взгляды прохожих (а то и милиции...).
Тем не менее в последние десятилетия флора городов становится объектом не только сбора и составления списков, но и глубокого научного анализа. В нашей стране еще в прошлом веке были составлены списки флоры городов (или отдельных местообитаний) Риги, Астрахани, Казани, Воронежа и некоторых других. В недавние годы исследована флора Еревана, Владивостока, Воркуты, изучается флора Москвы и Ленинграда. За рубежом, где растительный покров индустриально развитых стран уже давно подвергается более сильному влиянию человека, флора и растительность городов исследованы во многих странах: Австрии, Бельгии, Нидерландах, ФРГ, ЧСФР, США и др. Наиболее полное и последовательное изучение проведено в Польше, где городская флора была предметом обсуждения на нескольких симпозиумах и конференциях. Для таких крупных зарубежных городов, как Лондон, Прага, Братислава, Будапешт, Дели и др., составлены полные флористические списки. Многие города имеют списки адвентивной флоры или флоры отдельных антропогенных местообитаний (портов, железнодорожных станций, улиц, обочин дорог, свалок и т. д.).
Насколько велико разнообразие растительного мира городов? Полные списки городской флоры насчитывают по несколько сот видов: в Казани — 914, в Познани — 551, в Бирмингеме — 547, в Дуйсбурге — только вдоль дорог 252 и т. п. Эти цифры говорят о значительной "видовой насыщенности", по выражению флористов. Однако они будут более информативны, если сопоставить их с числом видов в естественной флоре в тех же районах. Здесь нет общей картины, соотношение с объемом местной флоры складывается по-разному. В одних случаях городская флора оказывается заметно (и даже значительно) беднее там, где произошло интенсивное изгнание местных видов, а сильно урбанизированные условия постоянно производят жесткий отбор пришельцев. В других случаях, напротив, списки городских растений обширнее, чем местной (зональной) флоры. Это чаще всего отмечается в городах, которые являются крупными транспортными узлами или имеют большой набор разнообразных местообитаний для поселения растений, в том числе сады и парки, пустыри, огороды, водоемы и др.
Интересен вопрос: какое участие принимают во флоре городов местные (аборигенные) виды? Отметим кстати, что те виды, которые нормально обитают в естественном растительном покрове, но охотно переходят на антропогенные местообитания (и даже лучше на них растут), называются апофитами в отличие от антропофитов, появившихся в данной местности вместе с человеком. Процент апофитов обычно значителен лишь во флорах молодых, недавно возникших городов, где видовой состав растений еще только формируется, а среда обитания для них пока мало изменена. С ростом урбанизации доля апофитов во флоре города уменьшается. Это означает, что большинство видов местного происхождения не способно жить в городах и уступает жизненное пространство более выносливым (а зачастую и более агрессивным) пришлым антропофитам.