– Я люблю сына и всё понимаю, что он сердится, все тебя жалеют, Аня, что я такой подонок бросил тебя, несчастную, а то, что я мучился и разлюбил тебя, меня никто не понял! У нас же рамки: если есть жена, пусть и с опостылевшей, но надо до конца жизни!
У меня пропал дар речи. Я не могла даже произнести ни слова. Опостылевшая жена… Караван историй отдыхает. Это я – опостылевшая жена? Как мне в этот момент противно стало. Первые ночи, зная, что он с ней, я глаз не сомкнула.
Я с ума сходила от ревности и боли. Я плакала очень сильно. Рыдала… Поверить не могла. Мне было так плохо, а я уже опостылевшая, и разлюбил он меня давно… Как это всё больно…
– Скажи мне, а зачем тогда ты спал со мной, раз я опостылевшая жена? По инерции или как? Просто трахал? Подонок ты, Вильмонт, я тебе лучшие годы своей жизни отдала, свою молодость, а выясняется, что я опостылевшая… Какой ты низкий человек, Егор… Человек ли ты вообще… Как ты падаешь в моих глазах…
Встаю и, дав ему пощёчину, бегу в сторону машины. Ничего больше не хочу… Ничего… Скорее бы нас развели…
Глава 6
– Мама, я останусь у Пашки?
Макс посмотрел на меня, как я допиваю второй бокал вина. На душе было так погано… Она беременна, он счастлив, а то, что сын взрослый, его не желает знать, его не волнует… Светка у мамы, каждый день и у неё, и у меня про папу спрашивает, а мой папа мрачный ходит. Как он говорил, что всегда чувствовал в Вильмонте гнилую натуру, но не стал меня расстраивать.
Родители Егора полностью встали на мою сторону. Антонина Алексеевна, его мама, весь вечер твердила мне, что никаких других внуков от шалав ей не надо и что её внуки – это только Светик и Макс. Конечно, это было очень эгоистично, и я не имела права так себя вести, но я заручилась их поддержкой со свёкром и была счастлива.
– Только чтобы звонил! Я переживаю! И я позвоню его маме, чтобы никаких девчонок! Макс! Я в тебя верю!!!!
Макс кивнул и сел рядом, а потом порывисто обнял меня за плечи. Я так растерялась, как вырос мой сын. Такой взрослый…
– Я тебя очень люблю, мама, и никогда вас со Светкой в обиду не дам! Я не прощу ему тебя! Никаких девчонок, мы будем рубиться в компьютерные игры, на хрен эти девчонки! Они нам не нужны!
В носу защипало. Какой он у меня взрослый стал. Настоящий мужчина. Я очень сильно его люблю.
– Всё хорошо, Паша, ты не должен так говорить! Он твой отец!
– Какой он отец? Пусть своей жизнью занимается!
– Перестань, Паша, он твой родной папа!
– Я никогда ему тебя не прощу, никогда, мама, ты у меня самая дорогая и родная!
Я обнимаю сына, а у самой глаза на мокром месте. Как он вырос, как я не хотела, чтобы однажды мои дети услышали страшное слово «развод», хорошо хоть Светик маленькая и ничего не понимает… А вот Макс уже много понимает, слишком, даже больше чем надо…
Я распахнула дверь и замерла. Из машины уже на моей территории вышел Николай. В его руках был пакет с продуктами, бутылка вина, и взгляд у него был весьма озабоченным.
– У вас всё хорошо, Аня?
Он так смотрел на меня, а я не понимала, зачем я ему позвонила, про паштеты начала свои рассказывать. Дура глупая… Зачем? Взрослая женщина. Четвёртый десяток, тридцать пять лет будет, а я ерунду какую-то несу. Незнакомого мужчину в дом привела… Что я о нём знаю, да ничего, только то, что его зовут Николай, он чертовски красив и нравится мне.
Николай развёлся, занимался бизнесом, и Таня, моя постоянная клиентка и по совместительству подруга, была его родной сестрой, у них были одинаковые ясные глаза…
– Почему развелись?
Спросила в лоб и сама на себя рассердилась. Какого хрена ты творишь, Аня, зачем такие вещи спрашиваешь…
Николай отпил кофе и посмотрел в окно.
– Алкоголь! Она пила по-чёрному, как сапожник!
Я вздрогнула. Вот это да… Пила по-чёрному… Это очень плохо. Я бросила взгляд на бокал с вином.
– Я мало пью, сейчас просто…
Я запнулась, а что просто, вот зачем я это делаю. Сейчас его позвала, а что дальше. У меня дети. Это не выход из положения, у Егора своя жизнь, его Люда беременна, и он, наверное, счастлив…
– Таня рассказала о твоём муже, он подонок! Оставить тебя, прости, что на ты… Ты красивая, ты особенная!
Я растерянно смотрела на него, а Николай внезапно протянул ко мне руку.
– Знаешь, когда я тебя впервые увидел, у меня что-то сжалось внутри! Я голову потерял, не буду говорить громких слов, просто понял одно: я без тебя не смогу! Я хочу, чтобы ты была моя женщина, только моя!
Я не успела ничего ответить, как он встал, обошёл стол и, взяв меня за руки, поднял. Наши взгляды встретились, его сильные руки сжимали моё тело, от вина кружилась голова, а лёгкая музыка расслабляла всё сильнее… Кажется, сейчас я совершу глупости, о которых буду жалеть, но жалеть я о них буду завтра, а не сегодня. Сегодня я буду счастлива, сегодня мне будет хорошо…
– Кофе!
Я открыла глаза и натянула на себя простынь. В спальню вошёл Николай. В мою спальню, в чужую, некогда нашу с моим мужем, а сейчас здесь был другой человек. Он поставил поднос с ароматным кофе и мармеладом… С пирожными.
Также делал Егор. В носу защипало. Вот и всё, у Егора другая беременная женщина, а я переспала с другим. Да, я не юная девчонка, а взрослая женщина, и ни о чём не жалею, мне было очень хорошо, Николай прекрасный любовник, только всё это…
Я отвернула глаза. Николай сел рядом и сжал мою руку.
– Поедешь сегодня ко мне, у меня тоже дом! Шашлыки пожарим! Я хочу с тобой быть! Вот проснулся, только не смейся, и понял, просто понял, что хочу быть с тобой! Весь день, всю ночь!
Шашлыки… Только для полной картины мне шашлыков не хватало.
– Прости, я сегодня…
Произнесла и сама замолчала, а что я сегодня… Почему я ему отказываю. Он привлекательный мужчина, классный любовник, так почему нет… Что со мной. Почему я в каких-то канонах… Нужно наконец отпустить, понять, что всё…
– Я что-то сделал не так?
Николай пристально смотрит на меня, а я в этот момент себя ненавижу… Что же я делаю, что… Ведь жизнь не стоит на месте. Не будем мы уже вместе никогда. Надо смириться. Никогда.
Таня с мужем и мы с Николаем жарили шашлыки. Макс был у родителей, Светик тоже, а я наслаждалась ароматом мяса… Когда-то мы с Вильмонтом тоже жарили шашлыки…
Тут же на себя рассердилась, у меня такая прекрасная компания, а я опять со своим Вильмонтом… Вот зачем он мне сдался… Я опять его вспоминаю, его глаза, как строили беседку, в которой кушали шашлыки.
– Всё хорошо?
Руки Николая ложатся мне на плечи, а я вся дрожу. Как мне хорошо. До жути. Меня давно так не обнимали, давно так не трогали. Я не чувствовала себя такой счастливой… Счастливая… А в чём заключалось моё счастье…
– Тебе хорошо?
– Очень! – ответила я, прижимаясь к нему.
Николай ещё крепче прижал меня к себе, а я закрыла глаза. Его надо забыть и не вспоминать. Его надо забыть. На этом всё. Егор Вильмонт предал меня, этого человека больше нет в моей жизни, он больше не мой муж…
– Это прекрасные новости, дочка!
Мама всплеснула руками и налила мне чай. Я смотрела на чашку и не понимала, правильно ли я делаю вообще. Прошло несколько месяцев, Николай предложил мне замуж. Светик называла его Колясик, а Максу он тоже очень понравился, Макс так и не смог простить своего родного отца. Егор, если честно, вёл себя ужасно, беременность Люды проходила тяжело, конечно, я понимала, что он её очень любит и что беспокоится за ребёнка, но Макс и Светик тоже были его детьми.
– Даже не вздумай сказать, что ты против! Николай прекрасный человек! Ты не можешь так поступить! Егор нам с папой никогда не нравился, детка!
Я молчала. Никогда не нравился… Хрупкая, мягкая мама на фоне бойкого папы была неконфликтная. Папа сразу сказал Егору: «Обидишь – убью». Обидел… Но папа был уже не молод, и я прекрасно понимала, что все эти разборки ни к чему. Да и правда, зачем… Для чего… Он полюбил другую, это было его сердце, а сердцу не прикажешь.
– Мы скоро будем гулять на свадьбе!
Я вздохнула. Мама сияла, как начищенный пятак, а я понимала, что она счастлива, Николай и вправду был замечательным человеком, я очень ценила его, и за эти месяцы он показал себя только с лучшей стороны.
Я была счастлива, вроде привычный уклад, Николай занимался фермерским хозяйством и был против, чтобы я работала, но работа и клиенты – моё всё. От работы я отказаться не могла…
В один прекрасный день, за пару недель до свадьбы, я вышла из магазина. Настроение было прекрасным, платье и туфли уже были куплены, даже моему Светику выбрали белое платьице. Всё должно было быть по лучшему разряду, Коля арендовал роскошный ресторан, все подруги были счастливы за меня, только я не знала, что со мной, счастлива я или нет…
– Люда, хватит, ты меня полностью разорила! Я понимаю, лекарства и лучшие продукты, но при чём тут брендовые духи! Какое они отношение имеют к ребёнку?
Я резко обернулась, из пакета вылетела банка с консервированными ананасами, любимое лакомство Макса. Он обернулся тоже. Пристально смотрел мне в глаза. Сразу узнал, да и как не узнать, столько лет вместе прожили, двое детей.
– Я перезвоню тебе, Люда! – холодно произнёс Егор и положил трубку.
Он подошёл ко мне, а его глаза, казалось, обжигали. Да уж, вот это встреча перед свадьбой. Егор переводил солидные суммы на детей, Коля просил ничего у него не брать, но я понимала, Коля – это Коля, а Егор – их отец, их родная кровь. Я не хотела, чтобы дети забыли его, почему-то я хотела, чтобы они общались постоянно. Папа и дети… А у него же скоро родится свой ребёнок.
– Я рад тебя видеть! Отлично выглядишь!
В его глазах читалось восхищение. Надо же, столько времени прошло, понадобилось развестись, чтобы он начал мной восхищаться, весьма не радостно…
Я знала, что поговорка «имевши не храним» работает на все сто процентов, и понимала, что это правда, он не ценил и не хранил меня, а последнее время я действительно выглядела ужасно. Только с Колей я по-настоящему расцвела, только с Колей я поняла, что такое настоящая женщина. Я просыпалась и засыпала с мужчиной, я была не одна. Мужскую работу по дому делал мужчина, во всём помогал мне мужчина, и ночью меня имел мужчина, так что я расцветала. Женщина гаснет одна, это не просто философские доводы, это не просто разговоры, это правда. Я гасла без Егора, он оставил меня, он выбрал другую, а с Колей всё было не так…