— Можете быть уверены во мне, сагиб, — пообещал Кортес, шагая в вихрь. — Я вас не подведу.
И, оказавшись в комнате, остановился. Не потому, что так приказал нав, а по привычке: входя в незнакомое помещение, наемник никогда не лез на рожон, и поэтому на его могиле не будет траурного венка с надписью: «Извини, подвела. Твоя интуиция».
Что может быть проще? Оказался в чужом доме в отсутствие хозяев — не торопись, оглядись как следует, прочувствуй ситуацию. Интуицию ведь не просто так выдумали, а по делу.
— Ни черта интересного, — презрительно выдал Ортега. — Ни одной магической ловушки.
— Уверен?
— Я еще в лесу это знал.
Полуторная кровать, стол, ноутбук, стул, дверь на кухню, дверь в соседнюю комнату. Полки с книгами.
— Мурзин изучает Тайный Город, — пробормотал Кортес, приглядываясь к названиям на корешках. — И магическое оружие.
С места наемник не двигался.
— Да плевать, что он там изучает, — махнул рукой Ортега, направляясь в сторону кухни.
— Не спеши.
— Поуказывай еще!
Нав сделал еще один шаг, споткнулся и выругался:
— Черт!
— Что?!
— Проволока…
Деятельный характер комиссара Темного Двора давно вошел в поговорки. Жители Тайного Города были убеждены, что все сколь-нибудь значимые события происходят либо с одобрения, либо с ведома Сантьяги, и нав не спешил их в этом разубеждать. Зачем? Пусть противники думают, что в Темном Дворе узнают об их замыслах еще до того, как предварительные задумки оформились во внятные планы.
Однако подобная репутация создавала и определенные неудобства. Сантьяге не было необходимости посещать Затонную улицу, но не появиться у места гибели жрицы Нежи комиссар не мог — иначе бы его не поняли.
Именно поэтому, отправив Кортеса и Ортегу за город, Сантьяга отдал распоряжения «ласвегасам», после чего создал портал и шагнул во двор дома, в котором погибла жрица.
Шагнул, остановился, убеждаясь, что наведенный заранее морок скрыл от человских взглядов темный вихрь портала, и обаятельно улыбнулся подбежавшим дружинницам.
— Добрый день.
Ответной радости или хотя бы ее демонстрации не дождался.
— Меня зовут фата Ярица, — представилась первая колдунья.
Вторая своего имени не назвала — она тихо говорила по телефону, недружелюбно разглядывая нава.
— Сантьяга, — вежливо отозвался Сантьяга. — Комиссар Темного Двора.
— Мы знаем, кто ты, — не стала скрывать Ярица. — Что ты здесь делаешь?
— Тренируюсь в создании порталов. Ошибся в расчетах и залетел.
— Очень смешно.
— Я рад, что сумел вас развеселить, — светски отозвался комиссар. — Скучно, наверное, весь день сидеть в машине?
— Ты находишься в зоне операции Зеленого Дома.
— И где больной?
Тем временем вторая дружинница тихо произнесла: «Слушаюсь!» — и протянула Сантьяге телефон:
— С тобой хочет поговорить воевода Милана.
— Как мило. — Комиссар двумя пальцами взял трубку и осторожно поднес ее к голове, остановив примерно в дюйме от уха. — Алло-о-о?
— Что ты там делаешь?
— Добрый день, уважаемая воевода.
— Не добрый, — отрезала Милана. — Что ты там делаешь?
— Прибыл осмотреться.
— Зачем?
— Вы бы удивились, если бы я здесь не появился.
— Э-э… — Комиссар понял, что воевода сбита с толку, и вновь улыбнулся. Однако Милана быстро опомнилась: — Правильно. Ты появился, теперь можешь уезжать.
— Внутрь не пустите? На улице довольно прохладно.
— Внутрь тебе нельзя.
— Почему?
— Потому что ты под подозрением.
— Только я?
— Нет, не только ты, — не стала скрывать воевода. — И ты, и лучшие маги чудов. Смерть жрицы — не рядовое событие.
— Прекрасно вас понимаю, — поддакнул Сантьяга. — Помощь не нужна?
— Справимся.
— Как пожелаете.
Сантьяга отдал замолчавший телефон колдунье. Безмятежно посмотрел в ледяные зеленые глаза и поспешил успокоить настороженных дружинниц:
— Все в порядке, дамы, я вас покидаю.
Доверие.
Мы даже не задумываемся над тем, как облегчает оно жизнь.
Мы знаем людей и потому не проверяем их слова, по умолчанию считая их правдивыми. Мы обращаемся за поддержкой и сами спешим на помощь, потому что нам доверяют и мы не можем не оправдать надежд. Потому что в другой раз придут на выручку нам.
Но что делать, когда не доверяешь? Когда не можешь обратиться за помощью к друзьям? Что делать, когда не знаешь, кому из них можно верить? Что делать, когда собственный дом оказался западней, а в каждом близком видится коварный противник?
Кто-то предпочтет выбираться из ловушки самостоятельно, откажется от помощи, рассчитывая только на свои силы. Это правильный, но трудный и опасный путь. Потому что противник может оказаться сильнее. Потому что он, прикинувшийся другом, будет бить в спину, и тебе придется постоянно оборачиваться.
Но есть и другой путь, неправильный и не менее опасный: обратиться за помощью к врагу. Хороший враг может отказать, если вы особенно ему насолили. Но может и помочь, если решит, что старый, изученный противник лучше нового и неизвестного. Помощь врага хороша тем, что ее никто не ожидает. Друг, приготовившийся бить в спину, сам получит неожиданный удар.
Но хороший враг всегда потребует плату.
Телефонный звонок застал Сантьягу до того, как он сделал обратный портал.
Не желая больше нервировать дружинниц, комиссар отошел в противоположный угол двора, навел морок и только хотел произнести заклинание, как лежащая в кармане трубка подала голос. Никуда не торопящийся Сантьяга вытащил ее, посмотрел, кто звонит, после чего активизировал лежащую в другом кармане пальто пирамидку «навского оберега» и нажал на кнопку ответа:
— Добрый день.
— Линия защищена, — вместо приветствия сообщила королева Зеленого Дома.
— А у меня включен «навский оберег».
— Хорошо. — Всеслава помолчала и тихо сказала: — Сантьяга, мне не к кому больше обратиться. Я… я под подозрением.
— Надеюсь, не под домашним арестом?
— Пока нет… — Королева опомнилась: — О чем ты?!
— Извините, предположил самое худшее.
— Впрочем, ты не так уж и не прав… — Всеслава поняла, что сейчас не время демонстрировать гордость. — Вся полнота власти перешла к Кругу жриц. В настоящий момент продолжается экстренное заседание, я едва сумела отлучиться, чтобы позвонить тебе.
— Что случилось?
— Барона Мечеслава обвиняют в убийстве жрицы Нежи.
— Очень необдуманный поступок, ваше величество, — присвистнул нав. — Зачем же так неосторожно?
— Я ни при чем. И барон тоже.
— Это точно?
— Чем поклясться?
— Да мне в принципе безразлично, убили вы жрицу или нет, — искренне ответил Сантьяга. — Если вы обратились ко мне, значит, все очень плохо.
— Чудовищно.
— Ваш трон?
— Качается.
— Кто претендент?
— Вы думаете только об этом?
— Разумеется.
Он должен знать, против кого его просят сыграть и, соответственно, подумает, выгодно это ему или нет.
— Похоже, я обратилась не по адресу.
— Обратитесь куда-нибудь еще, — предложил комиссар.
К чудам? Нет уж, если и продавать душу, то только лучшему соблазнителю. Тому, который гарантированно поможет.
— Кто претендент?
— Я еще не думала…
— Подумайте сейчас. Если вы непричастны к смерти Нежи, значит, против вас играет кто-то из своих. Я хочу знать — кто?
— Если бросят тень на меня, то все жрицы, которых я привела, окажутся под подозрением, — медленно произнесла Всеслава. — Они не смогут претендовать на трон по этическим соображениям. Параша тоже замазана — она слишком хорошо относится к Мечеславу. К тому же — стара…
— Ваше величество, прошу меня извинить, но я не вижу необходимости выслушивать характеристики всех членов Круга. Я могу рассказать о жрицах не меньше. Мне интересно ваше мнение: кто метит на трон?
— Милана.
Сантьяга задумался. Всеслава поняла, что комиссар взвешивает варианты, прикидывая, кого ему выгоднее видеть на престоле Зеленого Дома. Поняла и сжала кулаки.
«Моя судьба зависит от нава!»
Как это унизительно.
Впрочем, не в первый раз.
— Еще один вопрос, ваше величество.
— Да?
— Барон Мечеслав сильный и смелый мужчина. Отличный воин. Замечательный управленец. Очень умный. Он бы не принял Скверну Галла, не посоветовавшись с вами, а вы бы ему обязательно запретили. Ведь так?
— Скверна Галла? — опешила Всеслава. — Какая? Откуда?
Собственно, неподдельное удивление, которое прозвучало в голосе королевы, и было ответом на вопрос.
— Вы не в курсе?
— Сантьяга, что происходит?
— Расскажу позже. — Комиссар принял решение. — Ваше величество, я с удовольствием помогу. Но придется заплатить.
— Называй цену, — угрюмо попросила Всеслава.
Однажды, когда на стены Зеленого Дома накатывали штурмовые колонны чудов, она уже просила нава о помощи. И расплатилась за нее самоубийственной контратакой, в которой полег цвет дружины Дочерей Журавля. Что попросит Сантьяга на этот раз?
— Милана умрет, невзирая на результаты расследования. Не важно, виновна она или нет, метит она на престол или нет. Милана умрет.
Лучший боевой маг Зеленого Дома. Один из немногих ветеранов, оставшихся в строю после кровавой Лунной Фантазии.
«А вдруг я ошиблась? Вдруг Милана не мечтает стать королевой? Вдруг…»
«Не важно!»
— Согласна, — твердо ответила королева. — Спасите Мечеслава.
Есть такое расхожее выражение — молниеносно.
В Тайном Городе его можно применить ко многим воинам, причем в буквальном смысле. Невероятно трудно уследить за ударом хвана, за молнией, вырывающейся из пальцев колдуньи, за бегущими с поля боя Красными Шапками… Но если говорить о реакции, о скорости, с которой маг принимает единственно правильное решение, то в этом, конечно же, не было равных навам. Создавалось впечатление, что темные реагировали на опасность еще до того, как осознавали, что же происходит, успевали перебрать массу вариантов, вычленить из них нужный и задействовать его.