Вот только встревожиться по этому поводу никак не получалось. Даже бесцеремонно вторгнувшись в моё личное пространство, Хольт не вызывал отторжения. Ни зловещая репутация Ордена, ни мысли о явном физическом превосходстве малознакомого мужчины и отсутствии свидетелей не вызывали тревожного шевеления в душе.
То есть нет, вызывали, но совсем не в том направлении, какого можно было ожидать. Наоборот, мысли в моей голове собирались сплошь неуместные и не соответствующие обстановке. Кромешник был симпатичным, и чем дальше, тем больше мне нравился. Его точные скупые движения, чеканный профиль, плавные и быстрые движения, пружинистая походка… Ну какой мужчина, а! И худощавый он не болезненно, а… стройный и изящный, как стальной клинок, каким бы пошлым и банальным ни казалось это сравнение. И мы идём вдвоём, практически под руку, ну чем не романтическая прогулка?
То есть я понимала, чем, но приходилось прилагать усилия, чтобы отвлечься от этих неуместных рассуждений. Вот только этого мне и не хватало, да: с первого взгляда запасть на мужчину, меньше всего для этого подходящего. Шмырь! Ну почему это всё всегда случается именно со мной?!
Настоящий аристократ, педантичный и хладнокровный, который бросил меня после знакомства с семьёй — не выдержал такого удара по репутации. Типичный «плохой парень» — лихой авантюрист, севший за разбойное нападение, и хорошо ещё мне удалось доказать, что о таких его источниках дохода я не подозревала. Следователь, ярый противник магии, которого уже я бросила после того, как он пытался посадить моего брата. Не то чтобы совсем безвинного, но на реальный срок там точно не было, так, административный штраф…
Во всех них я влюблялась вот так вот с первого взгляда и наповал, все отношения были скоротечными и плохо кончились. И сожри меня шмырь, воин Ордена Кромешной Тьмы настолько удачно вписывался в эту компанию, что как будто был там всегда!
А я может против! Я тут сугубо по делу, мне не до интрижек, и вообще лучше бы я внимательно слушала его предупреждения! Опасность, между прочим, совсем рядом, и она гораздо существенней очередной неуместной влюблённости. И весь вид напряжённого, насторожённого кромешника, тревожно косящегося в сторону леса, давал понять, что опасность есть, и даже этот легендарный воин не считает её пустяком.
Но рядом с Хольтом такие самоуговоры не работали и испугаться не получалось. Наоборот, с ним под руку было настолько уютно и спокойно, что я окончательно перестала беспокоиться об упомянутом камнезубе и прочих опасностях. Внутри возникла твёрдая уверенность, что я оказалась в безопасном месте и можно расслабиться. А вскоре деревья ощутимо поредели, впереди, кажется, начиналась большая прогалина, и я окончательно повеселела. Похоже, дело было не во внезапной влюблённости, а пробудилось моё магическое чутьё, все эти годы крепко спавшее, а теперь вот в стрессовой ситуации давшее о себе знать. И это именно оно было уверено, что мы проскочим мимо...
Не проскочили.
— Замри! — резко велел Теодор, а в следующее мгновение в нескольких метрах в стороне уже шёл бой.
Я не то что спросить, даже моргнуть не успела, столь быстро и бесшумно переместился в сторону кромешник. И столь же стремительно выскочил из леса хищник, решивший рискнуть и не упускать незнакомую добычу. Чёрный меч чиркнул по каменному боку, пыхнув вместо искр облачком тьмы. Зверь низко рявкнул, как будто досадуя на собственный промах, припал брюхом к земле, зарычал, прицеливаясь.
Несколько мгновений напряжённого скольжения. Кромешник двигался вбок и назад, явно стараясь увести хищника подальше. Нападать он не спешил, выжидал и зверь. А я лихорадочно соображала, пытаясь придумать, чем помочь Хольту. Но магия тут бесполезна, а из оружия у меня было только два ножа. Метнуть, помочь себе магией… Я умела, мне нравилось тренировать бросок и вот так мухлевать, подыгрывая себе и не позволяя промахиваться, но я никогда не метила в живую мишень! Однако нож из поясных ножен достала, с ним в руке было спокойнее.
Новый прыжок зверя застал меня врасплох и заставил испуганно вскрикнуть. Но кромешник успел отскочить, опять чиркнуть по шкуре камнезуба и — опять не достать до уязвимого места. На мой возглас человек не отвлёкся, и это было хорошо. А вот зверь — заметил, повернулся на звук. И это было очень, очень плохо.
У него оказались зелёные глаза. Почти человеческие, с круглыми зрачками.
Остановившиеся стеклянные глаза с расширенными пустыми зрачками.
Оба меча обрушились на спину твари, щупальца тьмы обвили тело. Удар прошёл по касательной, потому что хищник вильнул в сторону, а магии он просто не заметил.
Они прыгнули одновременно, зверь и человек. Первый — высоко, метя в горло, второй — низко, изворачиваясь в полёте, чтобы достать кончиком меча по брюху.
Я вскинула руки в защитном жесте, зажмурилась в ожидании неминуемого удара, но всё равно продолжая видеть зелёные, мёртвые, пустые глаза. Почти человеческие…
Хрип, влажный удар, какой-то хруст. Я сжалась ещё больше. Пробормотал какое-то ругательство Хольт, едва слышно на фоне лесного гвалта.
В этот момент я наконец догадалась, что очередной шанс умереть молодой и красивой я благополучно пропустила, и открыла глаза, неуверенно опуская руки. Туша поверженного камнезуба с распоротым брюхом лежала почти у моих ног, мужчина на корточках сидел перед ней, уже без оружия. Окинув зверя взглядом, я поспешила отвести взгляд и сосредоточиться на человеке.
— Ты точно бытовик, а не наёмный убийца? — спросил кромешник, с лёгким прищуром глядя на меня снизу вверх.
— Что? — выдавила я непонимающе.
Вместо ответа Хольт подвинул тяжёлую лобастую голову зверя и выдернул нож, по рукоять вошедший в незащищённое горло. Мой нож. И это стало последней каплей. Мир вокруг подозрительно закружился, в ногах появилась предательская слабость, а в ушах — звон.
— Эй, ты чего?..
Не знаю, что именно спугнуло подступающий обморок — возглас кромешника или его же крепкие объятья, когда мужчина подхватил меня, не позволив упасть.
— Я что, его убила? — промямлила я невнятно, почему-то ощущая, как немеют язык и горло. Дрожащими руками попыталась уцепиться за чёрную форму и обрести устойчивость, но пальцы не слушались.
— Это был хороший бросок, — то ли всерьёз похвалил Хольт, то ли попытался меня так поддержать.
Стратегию он выбрал не самую удачную. Опять вспомнились звериные глаза, и даже от понимания того, что я спасала собственную жизнь, и спасла её успешно, легче не стало.
Я всхлипнула, чувствуя, что дрожат уже не только руки. Кромешник перехватил меня удобнее, за талию под рюкзаком, а потом и вовсе поднял на руки.
— То есть я могу считать это отрицательным ответом? Ты таким образом настаиваешь, что не убийца, а бытовик? — спросил он.
Несмотря на иронию и сомнения в голосе, бросать меня здесь Хольт не собирался, так и зашагал дальше со мной на руках, словно не замечая дополнительного веса. А остальное я ему великодушно простила и молча пристроила голову на твёрдом плече. Прикрыла глаза. Двигался кромешник плавно, держал крепко, но аккуратно, а его объятья успокаивали. Через несколько шагов я перестала дрожать, в голове заметно прояснилось.
— Я даже рыбу живую никогда не покупаю, — призналась тихо. — Как-то взяла. Решила, он задохнулся, но когда я занесла нож, а он в этот момент ударил хвостом, думала, там на месте и умру от остановки сердца. Соседку пришлось звать. Спасибо тебе, — без перехода добавила я.
— За что? — кажется, действительно не понял Хольт.
— За то, что не смеёшься. И вот за это тоже. Ну, что несёшь к школе. А мог бы там и оставить...
— Не мог, — возразил он, глянул на меня строго.
Вблизи чёрные глаза производили странное впечатление. Не пугали, но гипнотизировали, затягивали, и когда кромешник отвёл взгляд, меня остро кольнула досада. Я была не против полюбоваться ещё...
— Даже если я на самом деле убийца?
— Тем более если ты убийца, — серьёзно ответил он. — Нам в любом случае ещё предстоит выяснить, как ты вообще попала в долину без пропуска.
Я опять прикрыла глаза, делая вид, что не в состоянии разговаривать — обсуждать это сейчас не хотелось. Да и потом тоже, но как совсем уйти от этого вопроса, я пока не придумала. Всё равно ведь придётся что-то говорить…
До ворот школы нам действительно не хватило совсем немного. Здесь Хольт, увы, поставил меня на ноги для соблюдения всяких формальностей и разговора с привратником. А увидев, что я уже самостоятельно стою на ногах, подхватывать меня на руки на территории школы уже не стал. Да и не больно-то хотелось!
Впрочем, нет, вру, хотелось. Не так уж часто меня носят на руках. Прошлый ухажёр был романтиком и вообще славным парнем, он как-то пытался, но надолго его не хватило. Работа корректора не способствует обретению отличной формы. Кроме того, тот парнишка не вызывал у меня никаких эмоций, кроме умиления, и уж точно здорово уступал харизмой кромешнику.
Да и не только в удовольствии было дело. После неожиданного нападения меня до сих пор продолжало потряхивать. Стоило на мгновение прикрыть глаза или перестать сосредотачиваться на окружающем пространстве, и я опять видела взгляд камнезуба.
— Как он оказался в долине? — спросила я через десяток шагов.
— Кто?
— Хищник. Они же горные. И вёл он себя странно. Ну то есть я не специалист, но везде пишут, что это засадные звери, осторожные, а он за нами шёл. И глаза…
Хольт задумчиво покосился на меня, как показалось, с одобрением, помолчал, но потом всё же ответил:
— Разберёмся. Сейчас я сообщу ещё и об этом, его проверят.
— А куда мы вообще идём?
— К директору.
Территория школы оказалась большой, зелёной и очень живописной. И не скажешь, что тут прячется едва ли не самое загадочное и зловещее учебное заведение. Никаких чудовищ, никаких жутких пыток и кровавых ритуалов. Конечно, даже если бы они проводились, вряд ли это происходило бы вот на этой живописной тенистой полянке у реки, наверняка где-то есть подходящий подвал. Но всё равно я ожидала чего-то другого, и не могла понять, не то рада увиденному, не то — расстроена отсутствующими деталями.