– Вот ещё, – жизнерадостно ответил я, подходя к ней и обнимая покрепче, – а что это такое на тебе за белье такое интересное, наощупь вроде как есть, а для глаза почти и не видно!
– А тебе, что, не нравится? – осторожно спросила Адельхейд.
– Не то чтобы не нравится, милая, очень даже нравится, просто раньше ничего подобного на тебе не видел! – ответил я.
– А это от Ликвола, я даже и смутилась вначале, но он сказал, что это ты у него заказал! А сделано из той самой паутины, что ты наткал для него! – радостно ответила Адельхейд.
– А что со статами? – тут же заинтересовался я. Что белье на вид красивое, это здорово, особенно, учитывая, что у эльфа не было портняжного навыка. Видимо, навык боевых кружев шестнадцатого уровня рулит и в таком случае. Это видно и по скорости, с которой эльф сбацал и трусики, и бюстгальтер для моей милой. Совсем же недавно чисто теоретически с Ликволом это буквально на ходу обсудили!
– Плюс два к ловкости, плюс два к выносливости, плюс пять процентов к очарованию, – обрадовано заявила Адельхейд, снова завертевшись перед зеркалом, – это на трусики, а на бюстгальтер – плюс один к интеллекту, плюс три к ловкости, плюс пять процентов к отточенности мелкой моторики.
Я обнял ее и с вполне понятными намерениями потянул к постели.
– Ой, погоди, я совсем забыла, Ликвол и тебе принес трусы на пробу! – воскликнула Адельхейд, притормаживая меня, – я тебе на тумбочку положила!
Ну что сказать! Трусы на тумбочке действительно лежали, правда, я их скорее нащупал, чем увидел. Паутина-таки штука прозрачная. Как и у Адельхейд, изделие было сделано из красивых ажурных кружев! Я тупо посмотрел на статы:
Трусы мужские изящные. Плюс три к ловкости, плюс один к интеллекту, плюс пять процентов к грациозности.
И вроде бы все статы полезные, и, конечно, в моих нынешних трусах никаких статов и в помине не было, а мне поплохело. Представил я, как меня грохнут, и окажусь я в этом кружевном прозрачном воздушном творении, ярко светя причиндалами, на круге воскрешения. Нет, достаточно одного случайного свидетеля, и никогда в жизни не отмоешься, и никому ничего не объяснишь. Заявления – да я только за ради статов, мужики! – никого не впечатлят. Конечно, может открыться серия каких-нибудь специфических квестов, как раз и предназначенных для тех мужиков, что любят рассекать в кружевах на голое тело, но я же не из них, и все позорно провалю. Даже с пятью дополнительными процентами к моей неоспоримой гномьей грациозности.
– Ой, я так рада, что тебе не нравится! – рассмеялась Адельхейд, видимо, следившая потихоньку за всей гаммой выражений, промелькнувших на моем лице, хоть и делала старательно вид, что не может налюбоваться на себя в зеркало, – я Ликволу уже сказала, что не дам тебе их надеть, но он почему-то все же настаивал, чтобы ты их посмотрел.
– Передай ему завтра, если не свидимся, что посмотрел, и глубоко, по-настоящему глубоко, подчеркни это, впечатлён! Скажи также, что пусть клепает их дальше, только надо найти опытного портного в городке, способного сверху их обшить чёрной материей. Строгой, брутальной, без картинок, кружев и тиснений, простой чёрной материей. У них должна быть такая ткань, главное, пусть не обращается к дамскому портному. И я возьму себе пять пар, буду повышать свою грациозность! И что там еще случайно выпадет!
– Тогда, милый, тебе придется срочно напрясть ещё много-много сотен метров паутины! – ответила тут же Адельхейд, – мне тоже нужно ещё четыре пары такого же белья, как я уже получила от Ликвола, а паутина, что ты напрял давеча, уже полностью закончилась. Нет, нет, пока это не сделаешь, никаких шалостей! – строго сказала она, когда я снова ее изловил и потянул к постели.
А вот это уже черта, присущая каждой нормальной девушке, не только НПС. Одна мысль, что можно скоро разжиться четырьмя новыми обновками, да еще и с неизвестными, но такими желанными плюшками к красоте, изящности или там, положим, грациозности – и все остальное, пока для этой мечты не будет заложен прочный фундамент, вполне можно отложить в сторону. И опытному мужику лучше уважать эту конструктивную особенность, чем пытаться идти наперекор женской природе. Так что следующий час я послушно ткал паутину. А чтобы не терять время, потихоньку прокачивал навык мастера веса, и попросил Адельхейд озвучить статы тех вещей, что я набил с нечисти сегодня.
Совершенно особенных вещей, услышав про которые, я тут же захотел бы закричать «Эврика», среди них не было, лишь еще несколько уникалок и очень редких. Добротных уникалок и очень редких, с приличными статами, за которые можно легко выручить большие деньги. Я даже довольно усмехнулся, на секунду перекрыв дорогу ниспадающей изо рта паутине – жизнь пошла такая, что уникалки и очень редкие артефакты для меня уже стали обыденностью.
Выслушав подробный отчет о полученном за день луте, я прикинул, что хотя уровней я прокачал в два раза меньше, чем мог бы при охоте на зомби с ловушками, всего четыре, заработал я в золотых монетах раз в семь больше. Не говоря уже о том полезном колечке, что украсило мой безымянный палец, увеличив длительность моего «мастера выживания» на секунду, которое я вообще продавать ни за какие деньги не собирался.
Внезапно раздался звонок будильника. Я вначале удивился, но тут же вспомнил, что сам поставил на отслеживание выставленный на торги дорогущий артефакт по обнаружению призраков. Звонок означал, что осталось пять минут до окончания аукциона. Забравшись в интерфейс, обнаружил, что цена артефакта подскочила до 78 тысяч золотых монет! Блин, да что же за цены-то!
Тут же быстро устроил новый поиск по всем вновь выставленным позициям, не появилось ли что еще похожее подешевле. Нет, ничего. Видимо, действительно, вещь редкая, поэтому за нее и выкладывают такие суммы. Утешало то, что артефакт уникальный, и потерять я его не смогу, значит, если вдруг понадобятся деньги, всегда можно продать за солидную сумму. Решено, попробую поторговаться!
Минута до конца, цена не меняется. Тридцать секунд, цена прежняя. Десять секунд, и цена вдруг подскакивает до 85000 золотых монет. Кто-то не утерпел, и сделал ставку чуть раньше, чем стоило. Жду пять секунд, и ставлю 90200 золотых. Люди обычно любят выставлять круглые суммы, поэтому, если кто добавит еще пять тысяч, я его на две сотни обойду. А новую ставку он не успеет сделать. Пять, четыре, три, два, один! Аукцион закончен! И… я владелец артефакта!
Тут же он появляется на моем столе. Золотой квадратик грамм на десять в загадочных петроглифах, на толстой мифриловой цепочке. Я с почтением посмотрел на неимоверно дорогую вещицу, ничего подобного по цене у меня раньше и близко в хозяйстве не было. Да что тут говорить, самый дорогой из других моих артефактов, заточенный на антистелс, был в десять раз дешевле этого.
Нацепил на шею. Огляделся. Ха! Я даже и не думал об этом, когда покупал вещицу, она мне была нужна исключительно для выявления потенциально враждебных призраков, но она же срабатывала и на Дхакуна! Я впервые увидел своего давнего напарника, не в тот момент, когда он сам становится видимым по своему желанию, а в обыденной ситуации. Призрак сидел на свободном стуле, задумчиво раскачивая ногами. Выглядел он каким-то потерянным.
Мне его откровенно стало жалко. Даже книгу не почитать, призрачные пальцы не могут ни страницу перевернуть, ни развернуть свиток. Сиди и слушай, что другие говорят, вот и все развлечения. Надо бы что для него придумать, чтобы не мучился так.
Пришло время подумать и над сделанными ошибками. Много где я затупил, хотя в целом все кончилось очень хорошо. Но есть и плюсы – придумал, как безопасно телепортироваться в плохо освещенных местах, используя связку полет-телепорт. И тут, как и в реале, не было бы счастья, так несчастье помогло. Придумай я эту связку раньше, я бы телепортировался несколько раз подряд еще в туннеле, вместо того, чтобы катиться там колесом, и мог грохнуть демона при помощи визуализации до того, как тот успел бы открыть портал на свою базу в кальдере. И так никогда бы туда и не попал!
Правда, подумав еще, признал, что, скорее всего, мне не удалось бы грохнуть демона, используя визуализацию в низком туннеле. Из-за его огромного роста, голова демона, пока он бежал, торчала прямо под потолком, так что над ним бы ничего скастовать не получилось бы. А скастовать валун так, чтобы демон попал внутрь и погиб, как я уже успел узнать, мне система бы не дала – мол, он слишком высокопоставленная нечисть!
После тщательных размышлений над другими ошибками, понял также, что откровенно затупил, когда взламывал тюрьму валунами, и нашумел, что вызвало набег нечисти. А ведь у меня был новый навык, позволяющий переносить звук из одного места в другое! Нужно было, роняя глыбы, всего-то перенести звук от их падения и грохот от ломаемых решетки и крыши прямо в неимоверно шумный водопад! Там бы он и бесследно сгинул! Глядишь, и отбывали бы мы от тюрьмы без такого масштабного сопровождения и с намного меньшим риском. Я же так и не знал, потеряли ли мы кого из заключенных убитыми во время этого эпизода, или отделались только ранеными. Если были убитые, то они – результат моей забывчивости.
Чтобы в следующий раз так со своим новым звуковым навыком не попадать впросак, решил эксплуатировать его все время, даже когда в том нет надобности. Пусть станет для меня привычным, как глоток воздуха, тогда и не нужно будет задумываться о его применении при необходимости.
Будь я неразумным маньяком, помешанным только на прокачке, так мог бы поступать и со всеми навыками, которые могли хоть как-то пригодиться, и нуждались в прокачке. Но пока я решил прокачивать так только звуковой навык и мастера веса. Правда такова, что человек не машина, надо и отдыхать, иначе крыша поедет под тяжестью нагрузки. И как бы я не надувал тут щеки, что я теперь гном Трой, сознание у меня было человеческим, одновременно я мог решать только одну задачу, держать в уме, таковы уж особенности человеческого восприятия, от трех до семи важных моментов, и п