— Ты чё, — спросил Костолом, — спрыгиваешь, что ли?
— Да, — не оборачиваясь, ответил Соломон. — Выражаясь вашим языком, спрыгиваю.
— Спасибо, батя, — сказал по телефону мускулистый молодой мужчина.
— Ты можешь объяснить так, чтобы я понял, — послышался в ответ сердитый мужской голос, — зачем тебе понадобилась эта станция?
— Подстанция электрическая. Понадобилась она не мне, а твоему знакомому. Он указал место, где ее можно взять. И все вышло просто класс, но участковый, козлиная морда…
— Эдик, а ты не подумал, что участковый просто выполнял свой служебный долг?
— Ну, чуть-чуть не получилось, батя. Извини, что так вышло…
— Когда я узнал, почему задержан Руслан, был поражен. Господи, мои сыновья попались на краже какой-то подстанции от сельской фермы. И тебе не стыдно?
— Положим, подстанция доставлена, и никто не попался. Руслана взяли за драку с ментами. Тут, конечно, они сплоховали, не могли отделать этих…
— И слава Богу, что не отделали. Тогда пришлось бы постараться, чтоб срок был минимальным. Я очень прошу тебя, Эдик, и, надеюсь, ты услышишь меня. Ничего подобного больше быть не должно. — И телефон отключился.
— Да, — пробурчал Эдуард, — батя психанул. Пусть сам с Петровым разбирается. Хотя если бы Ленка не поднапряглась, хрен бы я подписался на это. Руслан, придурок хренов, не мог ментов сделать. Штангист этот по сто двадцать килограммов жмет, а толку чуть. Пижоны! — Раздался вызов сотового. Он взял телефон. — Как в камере отдыхалось? — ехидно поинтересовался он.
— Да мы не хотели по-настоящему делать этих, — ответил Руслан, — а то…
— Ты где?
— В тачке. В столицу едем, к бате на ковер.
— Звонил он мне, злой наглушняк. Даже не попрощался. Не завидую я тебе! — Эдуард засмеялся.
— Да ведь это ты уговорил на эту подстанцию, я бы на такое не подписался.
— Ни хрена себе, как ты заговорил. Базарь бате все, что хочешь, но про меня забудь.
— Да хорош тебе, Эдька, я скажу как надо. Хотел развлечься, вот и подписался. А если не поймет и наезжать станет, уеду к тебе.
— Маман не даст бате с тебя шкуру снять. А тех двоих запомнили?
— Я с ними сам разберусь.
— Не сразу. Конечно, так оставлять это нельзя, но выждем немного.
Галина села в машину.
— Вперед и с песнями, — улыбнулся сидевший за рулем Масловский.
«Жигули» отъехали от дома. Впереди на асфальтированной дороге стояла синяя «пятерка». Выехав на дорогу, Масловский остановился. Сидевшая на заднем сиденье Наташа вышла.
— Едем не быстро, — предупредила Ольга Теленькова. — Хорошо?
— Конечно, — согласился Масловский.
— Две «тихие воды» не позволят развернуться бурным потокам мужского авантюризма, — подмигнул Александру Виталий.
Наташа разговаривала с Аленой. Сережа дремал в машине.
— Это точный адрес? — спросил Цыган.
— С паспорта списан. — Надежда, зевнув, прикрыла рот ладошкой.
— Что-то ты сонная какая-то…
— Не выспалась. А сегодня в ночную. Пойду я. — Она побежала к больничному корпусу.
— Поехали, — усаживаясь в темно-зеленый джип, буркнул Цыган.
— Погоди трохи, — наливая из термоса в кружку кофе, попросил водитель. — Что-то меня тоже в сон тянет.
— Давай я поведу, — предложил сидевший на заднем сиденье Додик.
— После Воронежа, — проговорил Цыган. — Сейчас поведешь ты, — посмотрел он на водителя. — И если что, пристрелю сразу.
— Ты чего, — испуганно спросил сидевший рядом с Додиком худой мужчина в очках, — пистолет с собой взял? А если…
— У меня разрешение есть, — усмехнулся Цыган.
— Какое у тебя может быть разрешение? — нервно спросил худой. — Я сейчас позвоню Олегу Васильевичу, и пусть он…
— Сиди спокойно, — остановил его Додик, — а то нарвешься. Череп с тебя тогда черепушку снимет.
Худой вздохнул.
— Вперед, — кивнул Цыган, — и не гони особо, менты в этих краях хреновые, договариваться трудно. Они не любят парней из джипов.
— Да все они бабки любят, — усмехнулся водитель.
— Я тебе говорю, не гарцуй! — рявкнул Цыган.
— Вот и Воронеж, — кивнул Александр.
— Виталий моргал, — сказала Галина. — Что-то случилось, наверное.
— Почему сразу — случилось? — Александр притормозил и вышел.
— Надо заправиться, — вышел из своей машины Виталий.
— На первой заправке и заправимся, — ответил Александр, — заодно и кофейку попьем. Мы легли около четырех, я поздно из милиции вернулся. Скорее всего Серов еще и крайним окажется. Этим сразу позвонить позволили, какой-то адвокат приедет. А я протопал там до семи. Зато Наташка спала вовсю. Но она немного волнуется. Интересно, что там и как?
— И не говори, — улыбнулся Виталий. — Мои, как узнали о поездке, шелковыми стали. Все, что ни скажешь, делали. Поехали, а то наши «тихие воды» бурлить начинают.
— Воронеж, — сказал Цыган. — Остановись вон у той кафешки. Перекусим и с собой возьмем. Здесь, кстати, ништяк готовят, не то что на трассе.
— И куда ты сейчас? — спросил плешивый невысокий мужчина.
— В Ростов, — ответил сидевший напротив худощавый парень. — Не хотел я в такую канитель лезть, — вздохнул он. — Просто так срослось, грех было не воспользоваться.
— Не греши да не наказан будешь. — Плешивый отпил глоток кофе.
— Поэтому я и уехал из Москвы. Не знаю, совпадение это или разборка началась.
— А то, из-за чего смылся, с тобой?
— Не со мной. Припрятал в надежном месте вроде страховки. Я мало что понял, но ясно одно: кому-то это очень нужно.
— Гладкий, — к столику подошел плотный парень с бутылкой пива, — там Цыган с тремя.
— Отваливай, — кивнул худощавому плешивый. — Клавка, — шепнул он официантке, — выведи его через пожарный выход.
Худощавый, подхватив спортивную сумку, быстро пошел за женщиной.
— Похоже, хана Жорке, — допивая кофе, сказал плешивый. — Ты вот что, — увидев, что Цыган с парнями уселись за столик, сказал он парню, — потусуйся рядом с ними. Послушай, о чем базарят. Но без запала чтоб. Если усечешь, что внимание обратили, отваливай.
— Понял! — Парень отошел к игровым автоматам, вблизи которых сели Цыган и его компания.
Худощавый подбежал к белой «восьмерке», сел за руль и уехал.
— Они что-то о Ростове говорят, — вернувшись к Гладкому, негромко сообщил парень. — И молчат о том, что кто-то им нужен. Ничего про это, ни слова не сказали.
— Значит, зря Бурлак сорвался, — пробормотал Гладкий. — Но надо выяснить, в какую канитель он попал… или лапшу на уши вешает?.. Вообще-то Бурлак никогда фуфла не двигал. Посмотреть бы на эту ксивоту…
— Пьем кофе, — взяв термос, вышел из машины Масловский.
Галя обернулась и взглянула на Наташу. Девочка спала. Галя поправила на ней сползший плед и тоже вышла.
— Не устала? — присаживаясь за столик, спросил Виталий.
— Нет, — улыбнулась Галя.
— А может, здесь нужно что-то заказать, чтоб за столиком сидеть? — спросила Оля.
— Да мы быстро, — разливая в чашки кофе, сказал Александр.
На заправку въехала «восьмерка».
— Слышь, Банка, — сказал по телефону Гладкий. — Ты не знаешь, что за дела у Бурлака? Почему он из Москвы сдернул?
— Ты знаешь, сколько времени? — зло спросил мужчина.
— Почти девять. Ты ответь и дрыхни хоть до вечера.
— Да не в курсе я дел Бурлака. Он тут с зеленоградскими сошелся. Что делали, не в курсе, но жил в последнее время Бурлак кучеряво. А ты с чего это…
— Кто с ним тесно общался? — перебил его Гладкий.
— Да ты шкуру его потревожь, Алку. Ты ее знаешь, из Ростова он ее привез. Так с ней и крутится. Любовь-морковь. Они до сих пор вместе. И братан Алкин тут объявился. Он тоже в Зеленограде обосновался.
— Я сегодня приеду, ты меня на Кольце встреть, а то по столице я ездить так и не научился.
— Позвонишь, когда будешь на МКАД.
В кафе было немноголюдно. Масловские и Теленьковы допивали свой кофе, когда в кафе вошел Бурлак и направился к бару.
— Пачку «Парламента» и кофе. — Он протянул женщине пятитысячную купюру.
— Извини, — покачала она головой, — сдачи нет. Все почему-то дают крупные, а у меня только что сняли с кассы деньги.
— И что делать? У меня других нет.
— Понятия не имею!
— Извините, — смущенно обратился Бурлак к двум водителям «КамАЗа», — не разменяете?
— Нет, — отказался усатый толстяк.
— А вы не разменяете? — обратился Бурлак к Гале.
— Нет.
— Поехали! — Виталий поднялся.
Александр тоже встал.
— Надо Аленке чипсы купить, — вспомнил Виталий. Он пошел к бару. Александр за ним.
— Может, все-таки разменяете, мужики? — попросил подошедший Бурлак. — Мне до Ростова ехать, а без курева…
— Держи. — Виталий сунул ему пятьдесят рублей.
— Я обязательно отдам! — обрадовался Бурлак.
— Это на кофе, — засмеялся Александр, сунув ему тоже пятьдесят рублей, — а то видок у тебя заспанный.
— Спасибо, мужики, — пробормотал Бурлак. — Я…
— Тише, — остановил его Виталий, — а то наши жены будут не в восторге.
— Пакет чипсов. — Виталий протянул деньги буфетчице.
— Мне пачку «Парламента» и кофе, — подождав, пока отойдут благодетели, попросил Бурлак, — покрепче.
— Привет, Жорка, — услышал он. Обернувшись, увидел рослого парня с мотоциклетным шлемом в руке.
— Привет, Витька! — Бурлак протянул руку. — Ну что, все по дорогам и тропинкам.
— Да не совсем. Ты не один? — Парень посмотрел на садившихся в машины Виталия и Александра. — Догоняй, а то уедут.
— Да просто денег они взаймы дали.
— Понятное дело — взаймы! — Виктор рассмеялся.
— Кулак, — позвали его двое парней, — давай сюда.
— Пока! — Виктор отошел к ним.
— Кто такой? — Рыжеватый парень кивнул на выходящего Бурлака.