Генеалогия Романовых в последнее время (наряду с генеалогическими справочниками Жака Феррана) пополнилась «Родословием Дома Романовых», составленным В.В. Антоновым и Н.А. Фадеевой для книги М.В. Назарова «Кто наследник российского престола?» (Третье издание – М., 2004. С. 168–235, включены и потомки по женским линиям), выполняющим вспомогательную функцию для этой книги и потому лишённым иных биографических данных, кроме имён и дат жизни, а также книгами К.В. Рыжова «Дом Романовых в семье европейских династий» (М., 2011; представлена полная восходящая родословная Николая II, в этом отношении автор как бы продолжает дореволюционные исследования Н.А. Баумгартена, посвящённые восходящей родословной цесаревича Алексея Николаевича) и Е.В. Алексеева «Закон и корона Российской Империи» (М., 2012; родословные потомков Романовых по женским линиям в связи с вопросом о престолонаследии; к сожалению, с отдельными неточностями).
Помимо этих существенных для истории Романовых изданий (здесь обозначены только наиболее примечательные книги и оставлены в стороне статьи и другие публикации – за подробной библиографией отсылаю читателя к справочнику Ю.А. Кузьмина) постоянно выходит и та литература, которую с полным правом можно охарактеризовать как «информационный шум». Модная тема привлекает внимание многочисленных беллетристов, журналистов и дилетантов, пекущих подобно блинам популярные книжки на потребу невзыскательной публике. Уже давно замечена характерная тенденция – как только выходит какое-либо более или менее серьёзное издание, сразу же находятся активные авторы, которые в облегчённой форме представляют читателю «собственные» размышления на ту же тему. Бесконечное перелицовывание одних и тех же сведений, почерпнутых через пятые-десятые руки и изложенных в разухабистом стиле бульварных романов, погоня за псевдосенсациями и открытие неких тайн – всё это яркие черты подобного рода литературы.
В последние годы сформировался и целый пласт того, что можно назвать «женской литературой» о Романовых. Как правило, такие книги имеют в заглавиях слова «красавицы», «богини», «женщины на троне» и т. п., а по своему содержанию представляют чистую беллетристику, не имеющую серьёзного значения.
Выходят книги и с нарочито громкими названиями, предлагающие пересмотр устоявшихся мнений, претендующие на сенсационные открытия и, конечно, находящие живой отклик у непритязательного и не слишком грамотного читателя. К числу авторов разнообразного «информационного шума», пишущих об истории Романовых, можно отнести Л. Третьякову, Ф. Гримберг, А. Широкорада, Н. Коняева, И. Громову, В. Долматова и Л. Лыкову и многих других. Чего стоят, например, безграмотные и безобразные в своей развязности названия глав в книге И.А. Соколовой «Великие князья Дома Романовых» (СПб., 2010) – «Генералиссимус Николай Романов», «Миш(к)а-дурак» и т. п. Как правило, представители профессионального исторического сообщества не имеют ни малейшего представления о том, кто все эти люди, столь «плодотворно» возделывающие популярную ныне ниву… К слову сказать, одна из характерных ошибок, которую зачастую допускают даже профессиональные историки, заключается в наименовании представителей Дома Романовых, например императриц или великих князей, по фамилии «Романов» («Великий князь… Романов»), что совершенно некорректно.
К сожалению, погоней за мнимыми сенсациями порой увлекаются и некоторые исследователи, претендующие на вполне профессиональный подход к теме. Нельзя не упомянуть в этой связи о книгах П.В. Мультатули (например, «Николай II. Отречение, которого не было» (М., 2010), в которых автор подменяет чисто источниковедческий вопрос об истории конкретного документа (вернее, его экземпляров) – отречения Николая II, глобальным общеисторическим выводом о масштабной фальсификации – якобы не имевшим места в действительности факте отречения Николая II от престола в марте 1917 года. При этом ничтоже сумняшеся он обрушивает обвинения в подлоге на головы как современников, так и позднейших исследователей, объявляя сфальсифицированными чуть ли не все источники об этом событии, включая дневниковые записи самого императора. Такие выводы, за которыми стоят, по-видимому, определённые идейные установки, не могут считаться обоснованными с точки зрения корректного исторического исследования, о чём уже говорилось, в том числе и в средствах массовой информации.
* * *
Настоящая книга имеет генеалогическую структуру. Биографические данные о Романовых расположены по поколениям в порядке родового старшинства. Перед каждой персоной стоит двойной номер: вначале её собственный, а через дробь – номер отца. Таким образом легко можно отыскать предков любого из персонажей книги. После биографических сведений следует информация о супругах, при этом буква «М» означает мужа, а «Ж» – жену. Биографическая справка включает годы и места рождения, смерти и захоронения, должности и чины с датами их получения. Ко многим очеркам даётся библиография самого общего характера. Более подробные биографические и библиографические сведения о Романовых XIX – начала XX века читатель может найти в уже упоминавшемся справочнике Ю.А. Кузьмина. Родословная Романовых доведена до 2012 года включительно. Я сознательно не касался столь болезненного в ситуации после 1917 года вопроса, как проблема престолонаследия, поскольку считаю её не имеющей отношения ни к исторической науке, ни к актуальному настоящему. Информация по этому поводу оставлена в книге без комментариев.
Даты событий, происшедших в России до 1918 года, даются, как правило, и по юлианскому и по григорианскому календарям («старому» и «новому» стилям, т. к. в ряде исследований из-за неверного перевода дат возникают ошибки), для датировки же событий, происшедших в Европе до 1918 года и после него, как правило, используется только григорианский календарь.
Имена царствовавших представителей династии выделены жирным шрифтом.
Происхождение царской династии Романовых
Род Романовых принадлежит к числу древних семей московского боярства. Первый известный нам по летописям предок этой фамилии – Андрей Иванович, имевший прозвище Кобыла, в 1347 году находился на службе у Великого Владимирского и Московского князя Семёна Ивановича Гордого.
Семён Гордый был старшим сыном и наследником Ивана Калиты и продолжал политику своего отца. В то время Московское княжество значительно укрепилось, и Москва стала претендовать на лидерство среди других земель Северо-Восточной Руси. Московские князья не только установили хорошие отношения с Золотой Ордой, но также стали играть более важную роль в общерусских делах. Среди русских князей Семён почитался старшим, и немногие из них осмеливались перечить ему. Его характер ярко проявился и в семейной жизни. После смерти первой жены, дочери Великого Литовского князя Гедимина, Семён женился вторично. Его избранницей стала смоленская княжна Евпраксия, но уже через год после свадьбы московский князь по каким-то причинам отослал её обратно к отцу, князю Фёдору Святославичу. Затем Семён решился на третий брак, на этот раз обратившись к давним соперникам Москвы – тверским князьям. В 1347 году в Тверь отправилось посольство – сватать княжну Марию, дочь тверского князя Александра Михайловича. В своё время Александр Михайлович трагически погиб в Орде, пав жертвой интриг Ивана Калиты, отца Семёна. И вот теперь дети непримиримых врагов соединялись узами брака. Посольство в Тверь возглавляли двое московских бояр – Андрей Кобыла и Алексей Босоволков. Так впервые на исторической арене появился предок царя Михаила Романова.
Посольство добилось успеха. Но неожиданно вмешался митрополит Феогност, отказавшийся благословить этот брак. Более того, он приказал закрыть московские церкви, чтобы не допустить венчания. Такая позиция была, видимо, вызвана предыдущим разводом Семёна. Но князь отправил щедрые дары константинопольскому патриарху, которому подчинялся московский митрополит, и получил разрешение на брак. В 1353 году Семён Гордый скончался от чумы, свирепствовавшей на Руси. Об Андрее Кобыле больше ничего не известно, но его потомки продолжали служить московским князьям.
Как сообщают родословцы, потомство Андрея Кобылы было обширным. Он оставил пять сыновей, которые стали родоначальниками многих известных дворянских родов. Сыновей звали: Семён Жеребец (не в честь ли Семёна Гордого получил он своё имя?), Александр Ёлка, Василий Ивантей (или Вантей), Гаврила Гавша (Гавша – то же, что и Гавриил, только в уменьшительной форме; такие окончания имён на «-ша» были распространены на Новгородской земле) и Фёдор Кошка. Кроме того, у Андрея был младший брат Фёдор Шевляга, от которого произошли дворянские фамилии Мотовиловых, Трусовых, Воробьиных и Грабежевых. Прозвища Кобыла, Жеребец и Шевляга («кляча») по смыслу близки друг другу, что неудивительно, поскольку у нескольких дворянских родов известна подобная традиция – представители одной семьи могли носить прозвания как бы одного семантического круга. Однако каково же было происхождение самих братьев Андрея и Фёдора Ивановичей?
Родословные XVI – начала XVII века ничего не сообщают об этом. Но уже в первой половине XVII века, когда Романовы укрепились на русском престоле, появилась и легенда об их предках. Многие дворянские роды возводили себя к выходцам из других стран и земель. Это стало своего рода традицией древнего русского дворянства, которое, таким образом, чуть ли не поголовно имело «иностранное» происхождение. Причём наибольшей популярностью пользовались два «направления», откуда якобы происходили «выезды» дворянских родоначальников: или «из Немец», или «из Орды». Под «немцами» подразумевались не только жители Германии, но и вообще все европейцы. Поэтому в легендах о «выездах» основателей родов можно встретить следующие уточнения: «Из Немец, из Прус» или «Из Немец, из Свейской (т. е. Шведской) земли».
Русские бояре. С картины В.Г. Шварца. 1865 г.
Все эти легенды были похожи друг на друга. Обычно некий «муж честен» со странным, непривычным для русского слуха именем приезжал, часто с дружиной, к кому-либо из Великих князей на службу. Здесь он принимал крещение, и его потомки оказывались в составе русской элиты. Затем от их прозвищ возникали дворянские фамилии, а поскольку мно