Лишь с началом каникул, у меня появилось время, на воплощение планов в жизнь и приведения в порядок мастерской. Это стало чем-то вроде подготовительного этапа. Разминка и закладка фундамента в одном флаконе. На этот раз я собиралась создать не очередного дрона, а настоящего, или почти настоящего, робота.
После обеда, прихватив с собой Эрика, я отправилась в «эльдорадо», как называла завод по переработке лома. Естественно, на само предприятие меня не пускали, но мне и не надо, ведь рядом с ним находится целый склад под открытым небом (именуемого дураками презренным словом- свалка).
Именно на ней работал старый друг отца. Единственный, кто не верил в его виновность и, по-моему, до сих пор пытающийся найти истинную причину аварии. Уволили его по статье. С разгромной характеристикой, напрочь закрывшей возможность устроится на нормальную работу. Но дядя Аник не унывал.
Он всегда помогал мне советом и делом, рекомендовал книги и учебные фильмы. Подбадривал и поддерживал маму. Аник остался единственным другом нашей семьи. А еще он часто водил меня за собой по свалке и показывал наиболее целые детали.
– Дядя Аник! – машу рукой и даже подпрыгиваю от избытка чувств, давно я его не видела.
– О, Эля, – делает вид, будто удивлен.
Ага-ага, как будто я не знаю, что мама ему позвонила, стоило мне за порог выйти.
– Не поверишь, как раз тебя вспоминал, – улыбнулся Аник, доставая из кармана трубку. – Как экзамены?
– Все на отлично! – отвечаю и деланно морщусь.
Дело даже не в запахе, просто курить вредно и уже лет сто немодно, но порой мне кажется, что Аник так и родился, вместе с трубкой во рту. Знаете, про кого-то говорят, что он с серебряной ложкой на свет появляется, а вот Аник сподобился с курительной трубкой.
– Молодец девочка, отец бы тобой гордился, – кивнул он, щелкая зажигалкой.
– Я знаю, – бурчу в ответ, и солнечный день становится более блеклым.
– Ну-ну, не вешай нос. Твой папка был великим человеком.—говорит Аник и выпускает клубы вонючего дыма.
– Что-нибудь интересное появлялось? – меняю тему разговора. Не то чтобы я была против послушать об отце, но старый паровоз может увлечься, а память у него хорошая, мы так до вечера в его подсобке просидим.
– Появилось, – кивнул он, – еще как появилось. Вот сейчас ты мне бодренько отбарабанишь пункты инструкции по безопасности, и пойдем. Специально для тебя кое-что отложил. Практически на должностное преступление пошел, – усмехнулся он, выпуская дым через ноздри и становясь похожим на фантастического дракона из детского мультика.
– Может не надо? – кривлюсь, предвкушая длинный перечень глупейших инструкций, давно зазубренных, а порой так и снящихся в кошмарах. – Я же все эти дурацкие пункты…
– Надо, Эл, надо. Уж больно ты шебутная и увлекающаяся, тебе напомнить о тех случаях, когда…
– Да ладно, – возмущенно перебила его, – всего-то пару раз придавило, и разок конденсатор на себя разрядила…
– И раз так шесть-семь по голове прилетало железяками, – тут же подхватил Аник, – и швы вот ни разу не пришлось накладывать, и уха с глазом ты суть не лишилась, когда ты…
– Все-все, сдаюсь, – выставила ладони, признавая поражение и не желая тратить время.
– Итак, – Аник повернул голову, подставляя ухо и пряча улыбку за клубами дыма.
–При проведении осмотра необходимо… – уныло затянула инструкцию по ТБ, написанную кровью армейских техников.
– Вот и умница, – кивнул Аник, постучав трубкой о край импровизированной пепельницы, – идем смотреть сюрприз, – сказал он, деловито поднимаясь и отряхиваясь, словно выбравшийся из воды пес.
Захватив с собой тележку на гравитационной подушке, с закрепленной на одной стороне лебедкой, мы пошли вдоль складов. Хотя какие склады?! Так, по большей части обычные кучи лома. Над большинством даже навеса нет. Вся территория свалки делилась на секции: Б1, Б2, Б3, В1… и так далее. Раньше тут заправляли военные и строго следили за выполнением инструкций. Проводилась обработка- первичная и вторичная сортировка, велся мониторинг, патрулировался периметр и так далее. Потом кто-то решил, что все это чушь и блажь, хотя… скорее увидел возможность подзаработать. Завод ушел в частные руки, вояки куда-то перебазировались, и налаженная ими система рухнула. Впрочем, мне с этого одни плюсы.
Наш путь закончился в условной зоне В2. Судя по всему, недавно тут сгрузили партию брака. Свеженького брака! Даже очень и очень свеженького.
– Вот,– Аник сдернул брезент и продемонстрировал мне совершенно нового, абсолютно целого робота серии Q5.
– Класс,– выдохнула, любуясь этим красавцем.
В голове сам собой закрутился рекламный ролик, крупнейшей и влиятельнейшей корпорации «Kai Systems», постоянно транслируемый на каждом ресурсе сети. Даже на детских порталах для малышей от трех лет, они выпустили адаптированную версию. Правда, на прилипчивую мелодию рекламы, у меня накладывались не стандартные слова, а выдержки из справочника по тактико-техническим характеристикам серии Q5 для сервисных служб, но, в сущности, какая разница, если хочется попрыгать и похлопать в ладоши?
– Можно? – указала на робота чуть подрагивающей рукой.
– Конечно, – улыбнулся Аник и, отойдя в сторону, принялся возиться с трубкой.
Приблизившись в два шага к роботу, не сдержалась и погладила его по прочному герметичному корпусу, сделанному из приятных на ощупь полимеров. «Облегченный каркас, высокое качество деталей, прекрасная подвижность. Один из лучших в мире ВИ, способный заменить собеседника!» – пролезли в голове слова из рекламы. «Способен к контролируемому обучению», – всплыла строчка из инструкции. По числу встроенных функций и разных наворотов с Q5 никто не сравнится. Пусть большая часть там вообще не пойми зачем и для кого, но они есть.
Посмотрела на свое отражение в цифровой пластине, которая выводила «лицо» робота. Настраиваемое, между прочим. Тоже, кстати говоря, фишка модели. Эти машины стоят очень дорого, однако именно такой был у одной Мирки. Именно такой следил за тем, чтобы эту стерву, после всех его выкрутасов, никто не трогал.
Хоть машины и не могли нанести вред человеку, но полноценно это работало только в гражданских моделях. У военных и полицейских имелись собственные протоколы. Как раз модернизированные программы последних и ставили роботам-телохранителям. Достать их нетрудно, были бы деньги и хоть какое-то обоснование.
Семья Мирки могла себе это позволить. Подозреваю, они еще и не совсем стандартное ПО на дочкиного помощника поставили. Не должен он был выполнять некоторые приказы. Конечно, собранные мной дроны, де-юре, считались бесхозными и, теоретически, могли рассматриваться как угроза, но уничтожать их по приказу малолетней дуры – это слишком.
В общем, не любила я этих новомодных жестянок, хоть и завидовала тем, у кого они есть.
– Ну как тебе сюрприз? – пыхнул дымом Аник.
– А, что он тут делает? – отвечаю невпопад, но надо же понимать, не каждый день на свалке оказывается такое.
– Брак, – пожал плечами Аник. – Кто-то невероятно криворукий напортачил при тестовом запуске. Может и конкуренты подсуетились, – хмыкнул Аник, окутываясь облаком вонючего дым. – Я тут с ними немного повозился, – кивнул он на кучу. – Проводка в ноль. Стабилизатор с камерами в ком, даже механике опорно-двигательного аппарата досталось. Похоже, они изрядно подергались и, – он затянулся дымом, – помялись, пока не сработали предохранители стендовой линии.
– Угу, – буркнула в ответ, заглядывая под нагрудный щиток «сюрприза».
– Корпуса, как видишь, не кондиция. Снаружи хороша, а внутри, – Аник махнул рукой, – Ну и так, по мелочи еще. У каждой машины свои болячки. Я тебе самого целого отобрал. В принципе, если взять детали с других и повозиться, его можно восстановить. Конечно, не все будет родным, ну да это и не важно. Внутрь никто не полезет, – усмехнулся Аник.
– Еще бы, это же на проблемы с корпорацией нарваться, – ответила, отряхивая ладони.
– Да, – спохватился Аник, – про ядро не знаю, я до него не добрался. Там отдельный кожух, да и область не моя, и времени с нужным инструментом нет, – он, извиняясь, развел руками.
– Ну, раз на месте, вряд ли с ним хорошо, – сказала и чуть не почесала нос испачканным в нагаре пальцем. – Ничего, я что-нибудь придумаю.
– Придумаешь, ты же умница, – совершенно серьезно кивнул Аник.
Через пару часов мы возвращались обратно. Платформа была набита кучей запчастей, тело Q5 под ними было почти незаметно. Мы весело болтали, споря и рассуждая о том, что и как можно заменить, и к чему это приведет, но тут мне на глаза попалась обвалившаяся секция, и я замолчала.
– А, – махнул рукой Аник, проследив за моим взглядом, – эти, – похлопал он по запчастям, – зацепили, когда привезла Q-шек, – пояснил он.
– А что там? – спросила я, указав на зону С1. – На пушку похоже, – обратила внимание на торчащую из обвала трубу.
– Не смотрел пока. Сегодня утром нам доставили партию лома. Понятия не имею, из какой дыры приволокли этот древний хлам, там балки всякие, арматура, бытовая техника и прочий хлам времен войны, а может и раньше. Так что… куда?! – закричал он, но было уже поздно, я спрыгнула с платформы и рванула к секции.
– Мне интересно! – крикнула на бегу, не желая упускать возможность познакомиться с раритетами ушедшей эпохи.
– Вот егоза, вся в отца, – ворчливо полетело вслед.
Пушка оказалась обычной трубой, помятой, а потому и имеющей специфическую форму. Хлам, увы, оказался обычным хламом. Старая техника не представляла никакого интереса. Нет, умом-то понимала, что так все и будет, но сердце верило в чудо. Правда, какое чудо может найтись на свалке…
– Ну и что тут интересного? – Спросил Аник, останавливая платформу рядом со мной и неспешно вынимая трубку с кисетом.
«Лом, просто гнутый ржавый лом», – вздохнула про себя, но не признавать же это с ходу, вот и крутила головой. Порой, во мне пробуждается маленький бес, дух упрямства и противоречия, да и верю я в свою счастливую звезду. Правда, чаще всего… «Ага!» – обрадовалась, разглядев кое-что интересное.