Рождённый в пятницу — страница 2 из 4

– Мы вмешались бы, если бы могли. Мы не одобряем убийств.

– Это не было убийством, – холодно сказал Мааб. – Мы дали моему брату возможность умереть с честью. Это революция.

– Меня совершенно не интересует, как Вы это называете. Но Вы не тот человек, которому мы доверили свои приборы. Я хочу, чтобы нам их вернули.

Нетрудно было догадаться, каков будет ответ Мааба, но ему даже не пришлось отвечать, ибо в этот момент из шатра, споткнувшись, вышла Элиин, подгоняемая мечом Кила и второго воина. Она уже была напугана, но при виде тела Акаара страх её перерос в ужас. Мааб дал ей подножку и одновременно ударил плашмя мечом, так что она упала в догоревший костёр, где всё ещё тлели уголья.

Она пронзительно вскрикнула, частью от боли, частью от ужаса, ибо Мааб занёс меч над её головой. Кирк молниеносно оттолкнул Мааба, в то же время вывернув ему запястье в одном из немногих направлений, поворачиваться в котором человеческое запястье не приспособлено; сереанин выронил меч. Маккой склонился над Элиин; Спок быстрым движением подхватил меч.

Вулканцы весьма сдержанны, но родословную свою ведут от расы воинов. Вид Спока с мечом поубавил решимости даже у сереан. Они осторожно сомкнулись вокруг.

Когда же Маккой осторожно попытался поднять Элиин, чтобы осмотреть её обожжённую руку, у окруживших их сереан разом вырвался вздох изумления и ужаса, и сама Элиин с отвращением отпрянула.

– Что такое? – резко спросил Маккой. – Без глупостей! Я хочу Вам помочь.

– Вы сами обрекли себя на смерть, – медленно произнёс Мааб. – Я отпустил бы вас. Но теперь…

– Что за вздор, – сказал Кирк. – Убить вооружённого мужчину, который может защищаться – это одно. Убить беззащитную женщину – это совсем другое. Вы же стали вождём – она ничем не может Вам помешать.

– Это Вы говорите вздор. Раал мёртв, но ребёнок, который должен родиться, тоже от Акаара. Для того чтобы я смог стать вождём, он также должен умереть – почётной смертью, от меча. Более того, капитан: согласно нашему закону лишь муж имеет право коснуться жены; для любого другого мужчины наказание – смерть. Я не коснулся Элиин и не стал бы касаться, но ваш офицер…

– Мы не подчиняемся вашим законам. Любые обвинения против нас должны быть сделаны перед командованием Звёздного Флота, которое рассмотрит их и вынесет решение с учётом и ваших, и наших законов.

– Мы знаем, в чью пользу будет это решение, – сказал Мааб. – В нашем мире действуют только наши законы.

– Если мы не выйдем на связь, с нашего корабля вышлют группу на поиски, – сказал Спок, нацеливая острие меча точно между глаз Маабу.

Мааб даже не дрогнул.

– Вряд ли. – Он как-то странно, криво усмехнулся. – Думаю, им хватит других забот.

Кирк и Спок обменялись быстрыми взглядами. Каждый точно знал, о чём подумал другой. Своим совершенно излишним хвастовством, от которого он просто не сумел удержаться, Мааб выдал, что тут замешано нечто большее, чем племенная борьба за власть – гораздо большее.

Теперь предстояло самое трудное: терпеливо ждать, даже на волосок от смерти, чтобы узнать, что же это.

В шатре для гостей, ставшем теперь их тюрьмой, Кирк, Спок и Маккой сидели вокруг стола, где совсем недавно их так щедро угощали. Теперь в палатке у входа стояли двое вооружённых часовых. Элиин забилась в самый дальний угол, закутавшись в лёгкий плащ, словно пытаясь укрыться от них за этим плащом. Рука её так и оставалась неперевязанной; она отказывалась от помощи и ничем не выдавала своей боли.

Опёршись локтями о стол, невесело глядя на своих коллег, Маккой произнёс на смеси английского, вулканского, старомарсианского, медицинской латыни, греческого и фортрана – языка, используемого для программирования древних примитивных компьютеров:

– Мааб утверждает, что отпустил бы нас, не дотронься я до этой бедняжки. Но теперь плохи наши дела. Как вы думаете, почему Скотти до сих пор не послал никого на поиски?

– По моим подсчётам, – отвечал Спок, – прошло уже на час больше того максимального времени, которое стал бы выжидать мистер Скотт прежде, чем что-либо предпринять. Единственно возможное объяснение – что его, как намекнул Мааб, отвлекли другие обязанности, которые он счёл более важными.

Поскольку помощник капитана, уловив намёк Маккоя, часть фразы произнёс на каком-то ещё более сложном языке программирования, ему пришлось повторить эти фрагменты на веганском, прежде чем Кирк и Маккой могли быть уверены, что понимают его; но поняв, вынуждены были признать его правоту.

Кирк оценивающе оглядел присутствующих и медленно заговорил по-сереански:

– Боунз, думаю, тебе стоит закончить то, что ты начал. У бедняжки до сих пор не перевязана рука.

Часовые насторожились.

– Тоже правильно, – отвечал Маккой также на сереанском. – В конце концов, я уже коснулся её, и больше одного раза они меня за это не убьют.

– Мистер Спок, что Вы скажете?

– Полагаю, капитан, что это оправданный риск.

Хорошо; они понимали друг друга. Маккой встал и направился к Элиин. Когда тень его упала на неё, женщина взглянула снизу вверх и вся сжалась. Маккой присел рядом с ней.

– Ваша рука, – мягко сказал он.

– Не прикасайся ко мне!

Часовые сделали шаг вперёд. Маккой протянул руку. В мгновение ока Элиин превратилась в царапающуюся, кусающуюся дикую кошку. Во время скоропалительного и в силу необходимости зашифрованного обсуждения их плана никому из них не пришло в голову, что Элиин станет ещё и кричать. Маккой зажал её рот ладонью.

Видимо, это решило колебания часовых. Они кинулись от входа к Маккою и отбивающейся от него Элиин. На каких-то три секунды они оказались спиной к Кирку и Споку. Спустя эти три секунды оба сереанина уже лежали без сознания.

Пока Спок забирал их оружие, Кирк склонился над женщиной, которой Маккой всё ещё зажимал рот.

– Послушайте, Элиин, – сказал Кирк. – Мы уходим. Мы можем оставить Вас здесь, если хотите. Или можете уйти с нами. Возможно – возможно – мы сумеем благополучно доставить Вас на наш корабль. Выбор за Вами. Хотите идти с нами?

Маккой осторожно отнял ладонь от её рта, готовый вновь зажать его, если она вдохнёт, чтобы закричать. Но она лишь молча смотрела на них широко раскрытыми глазами. Наконец, она заговорила.

– Я опозорена. Но я хочу жить. Я пойду с вами.

Маккой помог ей встать, поддерживая под здоровую руку. Она отстранилась от него и стояла неподвижно, не произнося больше ни слова, пока Спок передавал Кирку и Маккою отобранное у часовых оружие. Клугат вулканец оставил себе.

– А теперь, – сказал Кирк, – давайте-ка заберём наши фазеры и коммуникаторы.

Это было легче сказать, чем сделать. Снаружи почти все мужчины посёлка собрались полукругом вокруг вновь зажженного костра на открытом пространстве. Мааб стоял перед всеми, а за спиной у него маячил Киил. Украдкой подобравшись сзади к шатру Акаара, Кирк и Спок разрезали полог и проскользнули внутрь. Занятые поисками, они слышали доносившийся снаружи голос Мааба: «Осталась только эта женщина. Вы все знаете её. Она должна умереть. И не только из-за ребёнка».

Последовал гул согласия.

Кирк откинул ковёр, прикрывавший крышку сундука. Внутри находились их пояса с прикреплёнными к ним коммуникаторами, но фазеры бесследно исчезли. Очевидно, кто-то среди этих туземцев знал, что именно является оружием – ещё одна странность. Он и Спок принялись искать дальше, но тут снаружи донеслось какое-то движение, и в следующий миг сквозь разрез в пологе просунулась голова Маккоя.

– Джим, – торопливо прошептал он. – Совещание закончено. Сейчас они заметят, что нас нет.

И тут же, словно в подтверждение его слов, совсем близко раздался тревожный крик, и Кирк со Споком поспешили выбраться из шатра.

Трое мужчин и Элиин продирались сквозь густой кустарник, пока свет от костра и факелов не превратился в едва различимый отсвет позади, прежде чем Кирк решился сделать остановку. Опустившись на колени и сделав знак остальным спрятаться – насколько позволял кустарник – он открыл свой коммуникатор.

– Кирк вызывает «Энтерпрайз»… Кирк вызывает «Энтерпрайз»… Ответь, Скотти… Кирк вызывает «Энтерпрайз»…

Никакого ответа. Может, коммуникатор испорчен? Кирк взял коммуникатор у Спока, но результат был тот же.

– Коммуникаторы исправны, – сказал вулканец. – Очевидно, «Энтерпрайз» находится вне пределов слышимости.

– Вне пределов слышимости? – переспросил Маккой. – Куда их понесло?

– Ответ на этот вопрос, доктор, потребовал бы от нас множество совершенно необоснованных догадок, поскольку фактами мы не располагаем. Гораздо более насущный вопрос, что нам предпринять до возвращения корабля?

– Вам нигде не скрыться от макин, неожиданно сказала женщина.

– Кто это? – спросил Кирк. – Или что?

– Легенды, – сказал Спок, – говорят, что среди сереанских племён существует гильдия убийц – тайное общество, стоящее вне закона.

– Они не вне закона, – сказала Элиин. – Они часть нашего общества. Некоторые смерти… необходимы.

– Таких преступников, как мы? – спросил Кирк. – Или «изменников», как Ваш муж? И Вы?

– Не я, – резко, с горечью отвечала Элиин. – Это из-за того, что я ношу ребёнка Акаара. Я не хочу его. Я готова убить его сама, если это может меня спасти.

Твёрдо взяв её за руку, Маккой с не меньшей резкостью заявил:

– Послушайте-ка меня, мисс. Вы никого не убьёте, пока я здесь, чтобы помешать этому. Мы собираемся спасти и Вас, и Вашего ребёнка, хотите Вы этого или нет. Вы меня поняли?

С лицом, искажённым отвращением и гневом, она вырвала руку.

– Я слышу. И я иду с Вами, потому что так я смогу прожить на несколько часов дольше. Но в конце концов нам не уйти от макин.

– Возможно, – сказал Кирк. – Но мы всё же попробуем.

При первых же проблесках утра стало ясно, что за ними гонятся. Кирк почти пожалел, что начинается рассвет, ибо в темноте он хотя бы мог судить по отдалённому свету факелов, насколько они опережают своих преследователей.