Решив, что демонстрацию можно заканчивать, я увел видео в темноту, а закадровый голос четко и ясно сказал:
— Конец.
— Черт! — воскликнул Коллин. — Это просто феноменально! Но как… как такое возможно? Вы точно не пытаетесь меня обмануть? Это не заготовленный фильм?
— Ну что вы? — фыркнул Райс. — Зачем нам дурить вас, мистер Фрай? Мы ведь хотим сотрудничать с вами, а это значит, нам придется работать по вашим сценариям. И какой тогда смысл в заготовке?
— Ну, мало ли? Никого не хочу обидеть, но… чисто гипотетически!.. Аферисты могли бы провернуть что-то в этом роде. То есть показать якобы слепленный мыслеобразами фильм, взять под это дело бюджет, а потом скрыться в неизвестном направлении. Согласитесь, такое вполне возможно!
— Не думаю, что аферисты стали бы придумывать такие чудные приборы, — заметил я, убирая обруч обратно в коробку.
— В наше время чего только не придумают, — покачал головой Коллин. — Скоро непонятно будет, кто продает тебе выпивку — робот или человек. А вы говорите — приборы! Но подождите, почему вы убираете ваш… обруч?
— Потому что мы закончили демонстрацию, — немного растерянно ответил я. — Или нет?
— Нет, ну, прежде чем говорить о чем-то конкретном, я бы хотел, чтобы вы показали небольшую импровизированную сценку на заданную мной тему. Думаю, это не станет проблемой?
— Конечно, нет, — ответил Райс. — Давай, Марти. Надевай «Ремо» и покажи мистеру Фраю короткий ролик про…
— Удавов-баскетболистов, — выпалил Коллин.
— Удавов-баскетболистов? — переспросил я.
— Ну да. Что-нибудь про них. И пусть там будет кролик в рясе.
Похоже, мозги у него действительно набекрень.
Ну и ладно. Главное, чтобы он нам заплатил.
Я закрыл глаза и сосредоточился на удавах и кроликах.
— Ну и что скажете теперь? — нетерпеливо поинтересовался Райс.
— В смысле?
— Я так понимаю, вы под впечатлением от увиденного?
— О да.
— Ну и? Может, что-нибудь конкретное? Какое-нибудь… предложение?
— А, вот вы о чем… Признаться, я так увлекся происходящим на экране, что даже не задумывался о каких-то там… предложениях!.. — Он улыбнулся. —
Но это не значит, что их не будет. Что скажете о… ну, положим, пяти тысячах в месяц?
Я выпучил глаза.
Пять штук в месяц? Это шестьдесят в год?
Да у меня отец получал восемьдесят, и это при том, что он пашет, как вол, едва ли не семь дней в неделю. Только под Рождество он может немного отдохнуть, и то за свой счет.
Предложение показалось мне отличным, и я уже готов был согласиться, когда Райс презрительно хмыкнул:
— Всего-то?
Я удивленно посмотрел на коммивояжера. Он покосился на меня и самым уголком рта прошептал:
— Молчи.
Я повиновался, хотя и считал его действия просто глупыми. Разве можно торговаться, когда тебе предлагают так много?
С другой стороны, он ведь рассчитывает на свои десять процентов, а пятьсот баксов в месяц — это не так уж здорово. Поэтому-то, наверное, он и решил оспорить сумму.
— Всего-то? — переспросил Коллин. — А у вас что, есть другие, более выгодные предложения?
— Конечно, есть. Через два часа мы собираемся встретиться с гендиректором «Метро-ТВ» Расселом Крабсом. Вы ведь с ним знакомы?
Надо было видеть, как побагровел Фрай в те секунды. Более всего он походил на генно-модифицированный помидор с прилавков овощных магазинов.
— И… и сколько же предложил Крабе? — совладав с гневом, спросил Коллин. — Или он пока не делал вам конкретных предложений?
— Крабе предложил двадцать пять тысяч в месяц, — спокойно сказал Райс.
«Так что же мы сидим?!» — хотел заорать я, однако вовремя взял себя в руки.
Возможно, Райс всего-навсего блефовал.
К несчастью, так же подумал и Фрай.
— Это неправда, — усмехнувшись, заявил он. — Вы не говорили о цифрах!
— Да? Ну, пусть так. — Райс поднялся из-за стола и сказал: — Пойдем, Марти. Думаю, наш разговор с мистером Фраем окончен.
— Как окончен? — удивился Коллин.
Судя по всему, он до сих пор не верил, что мы можем не согласиться на его предложение.
— А вот так. Мы пойдем к Крабсу и подпишем контракт на двести сорок тысяч. Думаю, очень скоро рейтинги «Animal Planet» взлетят до небес. Надеюсь, ваши при этом упадут не слишком низко.
— Подождите! — воскликнул Фрай, когда Райс развернулся, чтобы уйти.
— Что-то еще? — с постной физиономией уточнил коммивояжер.
— Сколько вы хотите? Я готов дать двадцать семь… нет, тридцать тысяч в месяц! Вас это устраивает.
У меня дыхание перехватило.
— Дайте подумать… М-м-м… А, черт с вами! Отправлю представителю «Animal Planet» сообщение, что мы не сможем прийти.
— Значит…
— Значит, договорились, мистер Фрай, — улыбнулся Райс.
Они жали друг другу руки, радовались тому, что сумели заключить отличную сделку, а я сидел и тихо повторял:
— Тридцать тысяч…
И даже за вычетом тех трех… да черт с ними — пяти тысяч, которые я отдам великолепному мистеру Райсу, это была величайшая сумма, на которую я мог рассчитывать. По крайней мере так мне казалось тогда, за столиком в кафе «Черная орхидея».
Кто же знал, что это было только самое-самое начало?..
— Где ты?
— Я… я не смогу прийти, — сказал я, глядя на кровать.
— То есть как это не сможешь? — удивился отец.
— Ну, тут возникли кое-какие дела… — протянул я, на ходу лихорадочно придумывая, что бы ему сказать.
— Ты у своей девчонки?
— Э-э-э… Да. У нее.
— И когда ты придешь домой?
— Честно говоря, не знаю. — Происходящее на кровати заставило меня нервно облизнуть губы. — Видимо… не сегодня.
— Что? А как же наш ужин? Это ведь наша традиция, Марти, — рождественский ужин сына и отца. Ты и я за столом, DVD с лучшими фильмами Белуши и Робина Уильямса…
— Па, — перебил его я. — Мне уже двадцать.
— Ах, то есть ты вроде как взрослый, да? Ты ведь об этом?
— Ну… да.
— Что ж, ладно. Все понимаю, сам такой был… Самостоятельный.
— Па…
— Ладно-ладно. Говорю же — понимаю. Эх… Ну заезжай, когда освободишься. Счастливого Рождества!
— И тебе, па, — сказал я и, отключившись, швырнул телефон на тумбочку.
— Ты идешь, малыш? — спросила Жанна.
Она лежала на спине, абсолютно голая, и смотрела на меня своими огромными голубыми глазами. Ее пепельные волосы были растрепаны, а роскошная грудь приковала мой взгляд, едва Жанна избавилась от майки.
Никогда прежде мне не доводилось видеть такую красоту. Похоже, это было начало новой жизни.
Тридцать тысяч в месяц…
— Иди же скорей! — нетерпеливо воскликнула девушка.
Я, словно зомби, на полусогнутых проковылял к кровати и замер, не зная, как себя вести.
Однако Жанна не дала мне времени на раздумья: перевернувшись на живот, она поползла ко мне на четвереньках.
Будто дикая кошка, которая подкрадывается к зазевавшейся антилопе.
Следующие полчаса мы были единым целым, слишком страстным, чтобы о чем-то думать, и слишком горячим, чтобы остановиться хоть на миг.
— Черт… — прошептал я наконец, откинувшись назад и раскинув руки. — Это было… божественно.
— Ну да, — сказала Жанна. — Неплохо.
Она уже застегнула юбку и теперь натягивала свою майку.
— Тебе тоже понравилось?
— Да, — пожала плечами она. — А что, не должно было?
— Ну… — смутился я. — Даже не знаю. Я не великий спец в этих делах.
— Брось. Еще пара подобных уроков, и ты любого сокурсника за пояс заткнешь.
— Сокурсника?
— Ну, ты ведь учишься в колледже, верно?
— Пока да. А как ты догадалась?
— У меня было несколько студентов. Эта нерешительность… Для студентов секс — как ритуал.
— Ты говоришь, я студент. А что, на школьника я разве не похож?
— Не-а.
— В самом деле?
— Ну, то есть внешне разница небольшая, конечно. Но школьники не успевают снять штаны. — Она подмигнула мне и глумливо улыбнулась. — Студенты все-таки более… терпеливые.
— Ага. Я понял.
— Ну ладно. Пока, Марти. — Она наклонилась и чмокнула меня в щеку. — Если будешь в наших краях, можем увидеться… Правда, тебе снова придется заплатить за это время, но, думаю, ты не станешь жалеть о деньгах, когда мы окажемся в кровати, верно?
— О да, — глядя в потолок, протянул я.
— Все. Чао-какао.
Она вышла, оставив меня наедине с моим собственным отражением в зеркальном потолке. Некоторое время я лежал, глядя на себя — худосочного пацана с растрепанными, слипшимися от пота волосами, блестящими от выпитого пива глазами и приплюснутым носом. Еще пару дней назад я и помыслить не мог, что мне удастся переспать с такой девушкой, как Жанна. Пусть она проститутка, пусть ей заплатил мой новый агент Филипп Райс, но главное — сам факт: секс ведь был! А уж как он мне перепал — дело десятое.
Ладно. Надо одеваться и спускаться вниз, к Райсу и Фраю.
Это Рождество в корне отличалось от предыдущих — хотя бы потому, что сегодня я подпишу контракт с каналом «ВОН» и буду получать триста штук в год.
Я залез в брюки и, насвистывая под нос, прошел к стулу, на спинке которого висела моя майка. Воображение, подкрепившись алкоголем, разбушевалось не на шутку; перед внутренним взором мелькали яхты, океаны, президентские люксы в отелях, шикарные горничные, стол, уставленный множеством экзотических блюд… От всего этого можно было сойти с ума.
Надев майку, я мотнул головой, дабы немного унять фантазию. Пока что я все еще студент колледжа, и в кармане у меня — мятая десятка и пара монет. Тридцать штук появятся там только через месяц… если вообще появятся. Пока же за меня платит Райс, а это значит, слишком уж наглеть не стоит.
Хотя, конечно, Фил теперь всецело зависит от меня, ведь именно я — его билет в лучшую жизнь. Наверняка он постарается задобрить свой «билет», чтобы я не отправил его пинком под зад, решив, что агент мне не нужен вовсе.
Не будь мерзавцем, Марти, сказал я себе. Если бы не этот парень и его обруч с антенной, ты бы сейчас сидел дома с отцом и пил кофе, а не кутил в доме у гендиректора кабельного канала.