Аналогичен по своей традиционной поэтичности и песенный портрет девушки «белой и румяной», с русой косой «до пояса».
Любовное счастье девушки и молодца изображается в песнях на фоне поэтической обстановки их любовных свиданий в цветущем саду, в зеленой роще и т. д.
Любовь несчастная, неудачная, любовь-разлука, также имеет в любовных песнях типичные способы художественного показа. Это мотивы прощанья и провожанья милого, грусти в разлуке, различных «весточек» при помощи письма или «птицы-пташечки» или изображения засыхающего сада и поблекших цветов. Характерно, что такая разлука девушки и молодца в песнях часто является насильственной, она происходит по воле родителей или «рода-племени», которые сами распоряжались их судьбой, что вполне соответствовало устоям патриархального семейного быта: девушку «отдавали» замуж за нелюбимого, молодца «женили» по воле родителей. Эти типичные черты дореволюционного семейного быта нашли отражение и в самом запеве некоторых песен, например:
Не велят Маше за реченьку ходить,
Не велят Маше молодчика любить…
Причиной любовных несчастий в песнях часто оказывается и социальное неравенство, бедность и богатство. Эти жизненные причины несомненно увеличивали число песен о несчастной любви, о разлуке. Не имея возможности ее предотвратить, девушка и молодец утешали друг друга обещаниями помнить их любовь «до гробовой доски» и печальным напутствием:
Если лучше меня найдешь — позабудешь,
Если хуже меня найдешь — воспомянешь.
Цикл традиционных семейных песен по своему содержанию был прямым продолжением песен любовных. Их центральными образами были образы «мужа» и «жены», изображенные на фоне большой патриархальной семьи. В семейных песнях, в отличие от песен любовных, редко можно было встретить поэтические картины полного счастья. Наиболее типичной темой семейных песен была жизнь замужней женщины в чужой семье, часто с нелюбимым мужем. Тяжело переживая разлуку с своей родной семьей, она обращалась мечтой к родительскому дому, желая побывать на родине хотя бы «горькой кукушечкой» или передавая привет родным с «соловушкой»:
Соловушек, вольна пташечка,
Ты взвейся высокохонько,
Полети-ка далекохонько,
Скажи батюшке низкой поклон,
А матушке жалобней того…
Большая патриархальная семья мужа встречала невестку насмешками, недоверием и пересудами, а свекор и свекровь безжалостно будили ее до свету, посылая на ту или другую работу. Это отношение мужниной родни к невестке особенно ярко раскрыто в таких песнях, как «Спится мне, младешенькой, дремлется», «Отдают меня, младу» и в знаменитой «Лучинушке», один из вариантов которой был записан Пушкиным.
Тяжело складывались отношения молодушки и с ее мужем, который часто изображался в песнях как муж «грозный», «старый» или «неласковый» и редко жил с ней «в ладу». На почве таких неладов между мужем и женой в семейных песнях нередко изображались тяжелые семейные драмы.
Однако наряду с семейными песнями такого нерадостного содержания существовали и многие другие, содержание которых неоспоримо показывало, что в русском народе всегда существовал идеал семейной жизни как жизни «в ладу», «в любви и в совете». Это нашло свое выражение в целом ряде песен, в которых замужняя женщина, протестуя против «старого» и слишком «младого» мужа, видела свое счастье только в жизни с мужем-«ровнюшкой», добрым и любимым. Она горько сетовала на жизнь с немилым мужем-богачом. Например, в замечательной песне «Ах, кабы на цветы да не морозы» она обращалась с такими словами упрека к родному отцу:
И я батюшке говорила,
И я свету моему доносила:
«Не давай меня, батюшка, замуж,
Не давай, государь, за неровню,
Не мечись на большое богатство,
Не гляди на высоки хоромы:
Не с хоромами жить, с человеком,
Не с богатством жить мне, с советом».
Отношения мужа к жене в ряде песен также изображались с точки зрения положительного семейного идеала. Так, например, в песне «Спится мне, младешенькой, дремлется» муж в противовес родителям, будившим «сонливую» и «дремливую» невестку, обращался к ней с ласковыми словами:
Спи, спи, спи ты, моя умница,
Спи, спи, спи ты, разумница,
Загонена, забронена, рано выдана!
Тяжелые обстоятельства жизни «молодушки» в чужой семье как бы преодолевались в песнях и тем, что она активно протестовала против них, выступая против мужниной семьи, уходя гулять от мужа в хоровод, насмешливо обращаясь с «старым» мужем, мужем-«невежей» или мужем-«недоросточком» (песни «Во поле береза стояла», «Я малешенек у матушки родился» и др.). «Уж я мужнину грозу в узелок завяжу» — кратко и выразительно определялся в песнях протест жены. Это же стремление к правде и справедливости в семейных отношениях было типичным и для песен о детях и мачехе.
Возникновение народных хороводных песен относится к древнерусской эпохе, когда они, очевидно, исполнялись в ряду обрядовых песен. Однако в своем дальнейшем развитии хороводные — песни целиком утратили эти первоначальные обрядовые функции, став в народном быту любимейшей песенно-драматической игрой, постоянной принадлежностью народных праздников и гуляний на протяжении ряда веков. Обычно хороводные песни исполнялись поющим кругом, хороводом молодежи, который двигался при этом «по солнцу». Каждая песня при ее исполнении тут же и «разыгрывалась» внутри хоровода соответственно ее содержанию. Это особое назначение хороводных песен — быть массовой песенной «игрой» — определило и их тематику и их художественный стиль. Так, типичным содержанием многих хороводных песен были самые хороводные игры: девушка и молодец гуляют в хороводе и встречаются там друг с другом, молодец, гуляя в хороводе, выбирает себе невесту, иногда вводя в него и всю свою будущую родню.
Хороводные песни складывались и на темы семейных отношений. Удовлетворяя требованиям драматической выразительности и «сценичности», многие хороводные песни повторялись при их исполнении два-три раза, каждый раз с новыми окончаниями, благодаря чему они превращались в достаточно широкое драматически-песенное представление. Очень развитым в хороводных песнях был и диалог как важный компонент стиля игровой песни.
Некоторые народные хороводные и игровые песни, пользовавшиеся в народе широкой известностью, были использованы в XIX веке и в операх русских композиторов («Заплетися, плетень», «А мы просо сеяли», «Ай, во поле липонька» и др.).
К любовным и семейным народным песням по своей тематике примыкали шуточные и плясовые песни. Однако разработка бытовых тем в них была очень своеобразной. Отказываясь от изображения тяжелых сторон народной жизни, шуточные песни как бы «снимали» всю серьезную тематику любовных и семейных песен своей установкой на комизм при изображении различных жизненных явлений. В этом ярко выраженном бодром и веселом тоне шуточных и плясовых песен, в их внутреннем оптимизме проявилось неиссякаемое духовное здоровье русского народа.
Особенно характерными для таких песен были образы: нерадивой жены («Дуня-тонкопряха»); жены-модницы, которую учит «уму-разуму» муж; мужа-лентяя («Мой муженька, работяженька»); старого мужа. Часто затрагивались в шуточных песнях отношения тещи и зятя («Как теща для зятя пирог спекла», «Было у тещеньки семеро зятьев»), кума и кумы, хозяев и гостей и т. д. К шуточным песням относятся и такие оригинальные по темам песни, как «Жил я у пана», «Гриб-боровик», «За морем синичка непышна жила», «Протекло синее море» и др.
В плясовых песнях большую роль играли их четкие быстрые мелодии; до появления гармоник под плясовые песни обычно происходили народные пляски и танцы.
Из плясовых песен выделяются по своим художественным достоинствам такие песни, как «Ах вы, сени, мои сени», «Во лузях», «Из-под дуба, из-под вяза» и др. Наиболее распространенными плясовыми песнями были песни с очень несложным текстом, который играл при их исполнении второстепенную роль по сравнению с мелодиями (например, песни «Камаринская», «Барыня»).
Соответственно богатству тематики и глубине содержания народных традиционных песен в народе веками складывался и их поэтический стиль. В его основе лежало реалистическое восприятие народом жизненных явлений. Это сказалось не только в глубоко типических образах песенных героев, но и в построении всего содержания песен.
Они обычно не имеют развитого сюжета, однако их содержание не сводится только к излияниям чувств героев и изображению их переживаний. Песенные герои всегда рисуются как бы в процессе самой жизни, в типичных для них обстоятельствах. Основное содержание песни представляет собою маленькую картинку жизни, жизненный эпизод, событие, в которых песенные герои не только чувствуют, но и действуют соответственно жизненной правде их положений. Поэтому в общем лирическом содержании традиционных песен всегда заметно выступают те или другие мотивы действий, своеобразного «повествования», событий (гулянье молодца и девушки, встречи молодушки с ее родными, хороводные «действия», походы солдата и его смерть в чистом поле, путь-дорога ямщика).
Большую роль в песнях играют и различные сопоставления человеческих переживаний с миром природы, что позволяет еще полнее и глубже раскрывать внутренний мир человека. Одним из видов таких сопоставлений является так называемый образный параллелизм. Как и в других жанрах народного творчества, в лирических песнях основными видами образного параллелизма являются положительные и отрицательные параллелизмы. Положительный параллелизм, наиболее распространенный, представляет собою прямое сопоставление образов из мира природы с теми или другими чувствами и переживаниями действующих лиц песен, например:
Туманно красно солнышко, туманно,