— Ты в любой момент можешь взять его, — сказал Дементий Александрович. — А то здесь очень сыро.
Валька наморщил лоб.
— Ты что-то хотел сказать? — спросил Дементий Александрович.
— Я, кажется, знаю, кто взял бутылку, — проговорил Валька.
— Ты знаешь?..
— Да. Это Петька.
Дементий Александрович улыбнулся.
— Какой Петька?
— Петька, внук сторожа. У него на острове целая банда.
Дементий Александрович опять улыбнулся:
— Банда — очень серьезное слово, — сказал он. — И слишком опасное в здешних краях. Но я все проверю. Только откуда ты знаешь об этом Петьке?
— Я с ним... встретился на озере. Он хотел утащить белье Магды.
— Ах, вон оно что! — Дементий Александрович засмеялся. — Магда, как обычно, купалась в чем мать родила. Придется и ей сделать внушение.
— Не надо! — взмолился Валька. — Она хорошая.
— Неужели она тебе так понравилась? А, Валентин Васильевич? Ну что же, так и быть, пощажу твою Магду. А с Петькой, внуком сторожа, если он виноват, расправимся, — шутливо заключил Дементий Александрович.
Часть вторая
Путешествие в крепость
Прошло два дня.
Первые дни на новом месте всегда самые трудные. Хотя Валька не так много лет прожил на земле, но у него уже был опыт. Поездить ему пришлось. И он знал, как неуютно бывает, когда вокруг незнакомые лица и совсем незнакомые места. Кажется, никогда не привыкнешь к ним...
Да только это длится недолго. Два, три, ну от силы четыре дня. А потом все становится на свое место. Через неделю и вовсе забываешь, что приехал откуда-то. Чувствуешь себя местным жителем, старожилом.
Для того чтобы убедиться в этом, Вальке не понадобилось на этот раз и недели. Прошло всего два дня, а Валька уже понял, что именно о таком месте он и мечтал всю жизнь.
В первый же день он на велосипеде объехал все окрестности. Места здесь были... Но сперва о велосипеде. Ах, что это был за велосипед! Новенький, блестящий, можно сказать, прямо с конвейера, он слушался малейшего Валькиного движения. Валька не удивился бы, если бы ему сказали, что на заводе эту чудесную машину делали специально для него. В общем, как говорится, велосипед был в самый раз. Валька мчался на нем, словно заправский гонщик, только ветер в ушах свистел. Любой мальчишка полжизни отдал бы за такой велосипед!
Теперь несколько слов о здешних местах. По мнению Вальки, это был самый настоящий юг. Правда, пальм и кипарисов — основных признаков юга — здесь не было. Но и без этого юг все-таки чувствовался во всем. В первой половине мая стояло самое настоящее (и даже настоящее настоящего) лето. Ночью на улице было тепло, как в комнате, а днем и в тени Вальку прошибал пот. На солнце же так пекло, что хотелось снять с себя все лишнее и остаться в одних трусах. В конце концов, по совету Магды, Валька так и сделал. Магда и сама в свободное от работы время ходила по саду без платья — в трусах и лифчике, вызывая явное неудовольствие Валькиной матери. Валька это, конечно, заметил и сказал, что в такую жару и она может раздеться. Мать только ахнула.
Дементий Александрович приезжал домой поздно вечером. Один раз он приехал совсем поздно, и Валька уже в полусне (ложился он в одиннадцать) услышал шум машины. Другой раз Дементий Александрович явился пораньше. Он словно чувствовал, что Валька ждет его, чтобы поговорить с ним. Разговор у Вальки был очень важный. Вернее, у него была просьба.
— На остров? — перебил Вальку Дементий Александрович. — А я только хотел предложить тебе, Валентин Васильич, составить мне завтра компанию. Если ты не против, отправимся утром вместе. Согласен, чтобы я был твоим экскурсоводом?
— Вы... только из-за меня? — счел своим долгом уточнить Валька.
Дементий Александрович ответил:
— Врать не буду: у меня служебное дело.
Честный ответ понравился Вальке. И он спросил:
— Во сколько вставать?
— Как обычно, Валентин Васильич. У меня дело не спешное. Поедем после завтрака.
— А вы насчет бутылки узнавали? — на всякий случай спросил Валька.
— Ну, конечно. И ты, пожалуй, оказался прав: хлопцы в замке балуются. Я приказал повесить хороший замок. Спасибо за помощь, Валентин Васильич!
Дементий Александрович похлопал Вальку по плечу и добавил, что пора ложиться спать.
Утром Валька проснулся раньше взрослых. Если не считать, конечно, Магды. В доме полковника она поднималась первой. Вслед за ней вставал Герман Тарасович. А последней появлялась из спальни Валькина мать. По ее словам, она отдыхала после дороги и «всех переживаний». Валька недоумевал: как можно отдыхать так долго! Мать валялась в постели и днем. Впрочем, она и раньше любила поспать. Но раньше, очевидно, ей было просто некогда. Восемь часов на работе, потом разные домашние дела: стирать, готовить. Теперь же готовила Магда. Поэтому она и вставала раньше всех. «Такая уж у меня должность, — сказала она Вальке. — Я за это деньги получаю».
Валька встретил Магду на веранде. Она уже знала, что на остров собирается сам Дементий Александрович.
— А вам тоже хочется? — спросил Валька.
— Выйдем в сад, — шепнула Магда.
Когда Валька вслед за Магдой свернул за угол, она остановилась и сказала:
— Ты поменьше говори обо мне с паном полковником. Твоя мать на меня сердита. А если рассердится и полковник, он меня выгонит.
— Разве вам очень нравится эта работа? — удивился Валька.
Магда нахмурилась.
— Другой-то у меня нет.
— Ладно, Магда, я все сделаю, как вы хотите. А что касается матери, вы можете не беспокоиться: я на нее могу повлиять.
— Спасибо, Валечка! Ты настоящий мужчина! — сказала Магда. Она быстро оглянулась по сторонам, а потом поцеловала Вальку в щеку.
Валька поморщился:
— Ну вот это ни к чему. Я этого не люблю.
— Ты просто еще ничего не понимаешь, — засмеявшись, сказала Магда.
«Странные они, эти женщины!» — подумал Валька.
После завтрака Герман Тарасович вывел из гаража машину. Дементий Александрович сел за руль и усадил Вальку рядом с собой. «Победа» обогнула дом, нырнула в темную аллею, повернула направо, и не успел Валька опомниться, как впереди мелькнул полосатый, словно на железной дороге, шлагбаум. Рядом с ним стояла будка, тоже полосатая. Из нее выскочил солдат с винтовкой, почти мгновенно поднял полосатое бревно. Дементий Александрович кивнул солдату. А машина уже въехала на узкую деревянную ленту моста, стоящего на сваях. Валька почувствовал, что мост прогибается под машиной, как плот.
— Здесь проезжать надо только на скорости, — пояснил Дементий Александрович, когда «Победа» коснулась колесами песчаной дороги острова. — Иначе мост может провалиться. Знаешь этот закон физики?
Валька кивнул. Он читал книжку о ледовой «Дороге жизни», которая связывала осажденный фашистами Ленинград с Большой землей. Как прогибался этот мост, так, наверное, под колесами тяжелых грузовиков прогибался и ладожский лед...
От моста до пробоины в крепостной стене, где когда-то находились ворота, было не больше пятидесяти метров. Пронзительно загудев, «Победа» ворвалась на крепостной двор. Слева и справа Валька увидел какие-то развалины. Над ними возвышались старые могучие дубы. Дементий Александрович вдруг резко затормозил. Валька чуть не стукнулся лбом о стекло.
— Держись крепче, — подмигнул ему Дементий Александрович и открыл дверцу автомобиля. — Ну-с, как я уже говорил, у меня тут есть одно дельце, а ты пока поброди, полюбуйся прахом веков, Валентин Васильич.
Валька вылез из машины и огляделся. Справа возвышалась вторая стена. Эта стена окружала замок. Она была ниже первой. А слева песчаная дорожка вела к полуразрушенной круглой башне. В нижнем этаже ее кто-то жил. На это указывала дверь, почти новенькая, и два окошка по бокам ее.
Дементий Александрович подошел к двери и постучал в нее.
— Старик! — крикнул он. — Старик!
Дверь со скрипом открылась, и появился дедушка в соломенной шляпе. Вальке показалось, что на лице у него мелькнул испуг. Дементий Александрович что-то сказал ему, и они скрылись за дверью. Валька остался в одиночестве. Теперь он был сам себе господин.
Первым делом, конечно, нужно было обойти вокруг замка, и Валька направился к внутренней стене, вдоль которой вилась еле заметная тропинка. Он повернул влево, но не успел пройти и десяти шагов, как откуда-то сверху раздался повелительный возглас:
— Стой!
Валька вздрогнул и замер на месте. Он совсем не ожидал, что его могут остановить.
«Часовой?» — мелькнуло у него.
Он поднял голову, ожидая увидеть человека на крепостной стене. Но там никого не было. Валька обвел взглядом стену до угла и пожал плечами. Ни одной живой души.
«Может, мне почудилось?» — подумал Валька.
Он сделал новый шаг, но сверху опять кто-то потребовал:
— Стой, тебе говорят!
Валька быстро вскинул голову и увидел мальчишку, который лежал на толстом суку дуба. Это был Петька.
«Мы — мельниковцы!»
Да, это был тот самый парнишка, с которым Валька подрался на берегу озера. Он лежал на корявом суку так, словно под ним была широкая гладкая доска. Можно было подумать, что он полжизни провел на дереве.
Валька оперся на правую ногу и скрестил руки на груди.
— Ну что, попался? — сказал Петька.
— Смотря кто попался, — ответил Валька.
— Ты попался.
— Сомневаюсь.
— А хочешь, докажу?
— Докажи. Попробуй.
— Тогда иди дальше и не оглядывайся.
— Это почему же я должен не оглядываться?
— Трусишь? Пять шагов боишься пройти? — Петька засмеялся. — Только пять шагов!
— Пожалуйста, — рассердившись, сказал Валька и шагнул вперед. — Раз, два, три, четыре...
До пяти он не успел досчитать. В воздухе что-то просвистело, и вокруг Валькиной груди обвилась веревка. Сильный толчок опрокинул Вальку на спину.
Петька сидел на суку и крепко держал в руках конец аркана.
— Ну что, кто из нас попался? — злорадно спросил он.