Злорадно ухмыляясь, подхожу к укрытию и выведя на экраны изображения со всех доступных камер, начинаю отсчёт до начала бомбардировки.
Успеваю всего три цифры.
Один… Два… Три! — инстинктивно втягиваю голову в плечи, но ничего не происходит.
Быстрый взгляд на радар, по экранам — странно. Это что, куда они подевались? Ни точек на дисплее радара, ни падающих с неба бомб, ничего.
Разбираться некогда, пока есть такая возможность надо восстановить связь.
— Подожди! — кричит Лера, и едва я успеваю отстегнуться от кресла, выскакивает на мостик.
Лезу за ней, холод собачий, она в моих перчатках наматывает оборванный провод на торчащую из куска оплавленной брони железяку. Хватаюсь помочь, но металл такой холодный, что не выдержав, одёргиваю руку.
— Пробуй! — кричит Лера.
Лезу обратно в кабину, щёлкаю тумблером, и о чудо, рация работает на передачу.
Выяснять как девушка это сделала, нет времени, поэтому усаживаясь в кресло, просто благодарю.
— Да ладно… — машет рукой она.
«Пробежавшись» по приборам и обзорным экранам, оцениваю ситуацию, но понять удается мало. Главное — ящеры встали и даже не стреляют, похоже что так же как и я, не понимают какого лешего происходит. Истребителей в этот раз было больше, поэтому «бабах» должен быть круче, но его совсем не было, и этот удивительный факт не укладывается в их рептилоидных головах.
Дорвавшись до связи, командую перекличку, но отвечают всего одиннадцать машин. Все опытные в полном составе, не хватает только курсантов. Скорее всего просто эфир не слушают, ибо роботы на экране светятся, а некоторые даже шевелятся.
— Цель — маркер! По готовности!
«Атлас», вот главное зло. Шедший одним из первых, теперь он хорошенько поотстал, но всё ещё в пределах досягаемости орудий.
Координировать стрельбу бесполезно, чтобы бить синхронно — в расчёте пробить щиты и максимально повредить броню, нужна слаженность, а у нашей сборной солянки половина состава друг друга по именам не знает. Лично я курсантов путаю, а щитовиков вообще почти никого не помню. Так что «работать» по готовности не самая плохая идея.
Стрельба начинается одновременно с обоих сторон, наши почти все палят по «Атласу», а противник выцеливает всех кого видит.
Ракеты летят, пушки рычат, лазеры сверкают, всё по стандарту. Выхожу из-за шпиля, и тут же прячусь обратно, «Пересвет» для ящеров в приоритете, поэтому лучше перестраховаться.
Выждав несколько секунд, предупреждаю Леру чтобы готовила фронтальный щит, и дождавшись завершения проверки тестов вооружения, пробую поднять левый манипулятор. Рука слушается, но в отклик в разы медленнее. Ощущения такие будто отлежал, покалывает даже. Стрелять можно, но на счёт точности уверенности нет совсем. Выхожу, прицеливаюсь, жму на спуск, и не дожидаясь результата, прячусь обратно. Буквально секунда, и в край «моего» шпиля ударяют ракеты. Грохот, взрывы, машину покачивает, но вреда никакого, разве что осколками краску посекло.
Поднимаю левую руку, проверяю накачку лазера и не дожидаясь когда упадет температура, выхожу уже с другой стороны.
Появившийся на переднем экране «Атлас» выглядит, мягко сказать, несвежим. Конечности ещё на месте, но следов от попаданий достаточно много. Но главное не это, главное что он медленно пятится назад. Не идёт потихоньку вперёд, в атаку, а отступает. Расчет на то что мы все ляжем под бомбами не оправдался, а запас прочности иссяк. Вот он и решил больше судьбу не искушать.
Но я решаю иначе. Связываюсь с Таней — пилотом «Паука», даю координаты, и начинаю отсчёт. Стрельба по координатам без захвата цели даст шанс застать генерала врасплох, и если повезёт, эта атака может стать для него фатальной.
— Три! — кричу в микрофон, и наблюдая дымные следы целой кучи уходящих в небо ракет, слежу на радаре за точками их движения. Несмотря на то что «Атлас» отходит, он всё ещё достаточно близко, поэтому времени до контакта проходит совсем немного. Дожидаюсь когда ракеты начинают рваться вокруг робота, и добавляю из обоих лазеров.
Двери
Стрельба по площади не самая точная штука, но тут повезло, о такой кучности я даже не мечтал. «Атлас» буквально потонул в огне и дыму, а система, — отвечающая за анализ повреждений противника, просто подвисла. Хотя оно и неудивительно, белая пелена из смеси дыма и пара окутала робота так плотно, что продолжать прицельный огонь было бессмысленно. Оставались ракеты, но для того чтобы подсветить, так же нужна прямая видимость, а её нет.
Кое как поймав «Атласа» в захват, я передал целеуказание «Пауку», но захват слетел. Попытался снова, — не вышло, возможно из-за того что дыма становилось всё больше, а может заработали постановщики помех. На помощь своему подбитому командиру рванули сразу три чужие машины. «Волкодав», «Шатун» и вырвавшийся вперед «Горец», все они также были повреждены, но незначительно, поэтому двигались без особой опаски.
— Красный главный всем! Цель по маркеру! Повторяю, цель по маркеру!
Наводил вручную, стараясь выцеливать конечности. Выстрелил, отошёл, дождался перезарядки, снова вышел, ещё выстрелил и снова ушёл. Маркер не менял, но визуально мог видеть что по «Волкодаву» бьют не все, часть команды обрабатывает «Горца», еще часть «Шатуна», а кто-то из легких вообще палит просто «в тут сторону».
— Красный главный всем! Цель по маркеру! Для особо одарённых повторяю, цель по маркеру!
Чтобы пробить энергетическую защиту и нанести существенный урон нужно не просто стрелять по одной цели, а делать это с умом, чередуя и комбинируя атаки, тем более когда перед тобой такой серьёзный противник.
Судя по манере ведения боя, за пультом Волкодава сидел кто-то матерый, резко выделявшийся на фоне остальных участников атаки. Не обращая ни на что внимания, он упрямо шёл вперёд. Пушки его грохотали, выплевывая стальные гильзы, которые, поднимая пар, с шипением падали на снег. Куда он стреляет, непонятно, но наверняка не в молоко, скорее всего выбрал кого-то из курсантов и обрабатывает. Может я ошибся, и Генерал здесь, а не на «Атласе»?
Как бы там ни было, Волкодава надо тормозить. Выделив его маркером, я навёлся в ноги, дождался зарядки и выстрелил.
Не попал. Луч прошёл буквально в метре от робота, а вот ответная атака не заставила себя ждать.
«Повреждение центральной цепи электроснабжения!»
«Ошибка доступа!»
«Отказ системы стабилизации!»
«Критический перегрев реактора!» — заверещала оповещалка, и едва я успел шагнуть за шпиль, как пропищав — «Аварийное отключение!», замолкла.
Это как должно подогреть машину, чтобы вырубило реактор? Наверняка стреляли как минимум в три руки, и не просто так с бухты-барахты, а скоординировав свои действия. Мы, значит, Атласа сообща выбивали, а они меня в приоритет поставили.
Мысленно потянувшись к лисёнку, я запросил данные о состоянии машины, но отклика не получил.
«Ты тут?»
В ответ тишина. Демоны редко покидают даже подбитые шагоходы, в отличии от пилотов физическое уничтожение им не грозит, но вот лисёнок куда-то делся.
Отшвырнув нейрошлем в сторону, я, матерясь и чертыхаясь, попытался запитать компьютер машины от аккумуляторов, дабы получить хоть какую-то информацию о повреждениях. Вообще это должно было случиться автоматически, резервные цепи подключались одновременно с отключением реактора, продляя функционал техники ещё на какое-то время, вот только не в этот раз. Индикаторы на пульте мигали, в чреве панели что-то жужжало и щёлкало, но этим всё и ограничивалось.
— Ну связь… Ну хотя бы связь… — бормотал я, судорожно пытаясь оживить строптивый аппарат. Наверняка будь «Пересвет» обслужен как надо, такого бы не случилось, но горевать теперь поздно, надо думать как выкрутится.
Реактор заглушен, его пока точно не реанимировать, а вот с резервным питанием странно выходит. Знать бы куда попали, не факт, но возможно это поможет.
— Дашь куртку? — спросил, развернувшись к притихшей девушке.
— Я поставила щит, поставила… — глядя на меня полными ужаса глазами, едва слышно бормотала та.
На самом деле атаку такой мощности даже полноценные щиты редко выдерживают, а уж то что смогла «наваять» Лера, вообще не аргумент. Вот если бы я успел среагировать, тогда у нас был бы какой-то шанс. Но слишком занятый «Волкодавом», атаку я проворонил, и кроме самого себя, винить в этом некого.
— Всё нормально, я видел, не грузись, тут бы и трое щитовиков не справились. Ты лучше куртку мне дай, на воздух выйти надо.
Не знаю как подействовали мои слова, но куртку я получил, и намотав её на голову, вышел на мороз. Вообще, в теории, можно создать вокруг себя некий кокон, который будет защищать от внешних природных воздействий. Но теория теорией, а на практике эта штука не особо работает. От дождика, или палящего солнца, ещё как-то прокатит, но с морозом так не выходит.
Вниз спускаться не стал, масштаб бедствий отлично осознавался и с мостика. Удар пришёлся в левую часть груди робота, расплавил броню, как минимум добрался до внешнего контура системы охлаждения, и судя по обильным потекам подгоревшего масла, в очередной раз повредил гидравлику. Теперь даже если реактор запустится — во что я с трудом верил, воевать «Пересвет» сможет лишь до первого сделанного выстрела.
Выстрелит, перегреется, и снова в отруб. И это если не взорвётся.
А вот с причиной отказа переключения на аварийное питание, я кажется разобрался, во всяком случае появилась идея как эту проблему обойти.
Глянул ещё раз, убеждаясь в своей теории, и в кабину, радуясь что снова оказался в тепле.
Идея оказалась удачной, пару минут «поколдовал» над пультом, и вуаля, загорелась аварийная подсветка и, что самое главное, пусть только и на приём, но всё же заработала рация.
Настройка автоматическая, руками не поправишь, хрипит-скрипит, да и не факт что вручную получилось бы лучше, — кабель расплавился, от самой антенны мало что осталось, но суть разобрать удалось, — ящеры отступали.