— Конечно.
Она не знала, с чем согласилась, но думала, что ответила верно. Когда она посмотрела в его прекрасные голубые глаза, ее осенила блестящая идея. Почему бы им не поменяться ролями? Дать ему отведать его же «лекарства»?
И Кейт обольстительно заговорила:
— Мне нравится ваш дом. — По крайней мере, ей казалось, что она говорит обольстительно. Это было не свойственно женщине, предпочитающей прямоту, но Кейт хотела этому получиться. К тому же с добрыми намерениями. Подняв бокал, она сказала: — Тост. За мир и дружбу.
— Я выпью за это. — Бен смотрел на нее поверх очков. Он был уверен, что Кейт что-то задумала. У нее был взгляд кота, проглотившего канарейку. — За мир, — Бен сделал глоток. — И дружбу. — Он не сводил с нее взгляда. — И приключения, — добавил он.
— Вы любите приключения, Бен?
Сейчас это был Бен, задумчивый Бен, а не мэр, разговаривающий в повелительно-воинствующем тоне. Он сделал еще глоток, чтобы спрятать усмешку. «Обед будет забавнее, чем я думал». Его подмывало раскрыть планы насчет магнолии, но он любил неожиданности.
Она что-то скрывает, и он хотел это выяснить. Придя к такому выводу, он решил продолжить игру.
— Думаю, что за приключением следует нечто лучшее.
— Что нечто лучшее?
— Роман.
Она залпом осушила бокал и ринулась в наступление.
— А это, конечно, обстановка для романа. — Кейт оглядела комнату.
Стоя рядом, она ощутила запах его лосьона и увидела тень задумчивости на лице Бена.
— Наполните мне бокал, Бен. Эта жара придает вину особый вкус.
Когда он повернулся, чтобы налить вино, она щелкнула выключателем лампы. Если Бен и заметил это, то просто не подал виду.
Ничего нельзя было прочесть на его лице, когда он протягивал ей бокал.
— Музыкальное настроение, Кейт?
— Да, поставьте блюз, если у вас есть.
Пока он выбирал пленку, она искала выключатель люстры. Он оказался за горшком с папоротником. Легкое движение рукой — и комната погрузилась во мрак. Свет исходил лишь от маленькой желтой лампы и полной луны, светившей через стеклянные двери. Она довольно кивнула. То, что она должна выполнить, лучше сделать в темноте.
Подходя к дивану, Кейт остановилась у бокала с вином. То, что ей предстояло, — требовало определенной смелости.
Как только звуки песни «Я хочу любви» наполнили комнату, она откинулась на подушки дивана и поправила платье. «У меня стройные нога», — подумала она и вздернула вверх облегающую юбку, чтобы подчеркнуть их.
Бен подошел к дивану, оценивающе посмотрел на нее. От его взгляда по позвоночнику Кейт пробежала дрожь. Он сел не слишком близко, но и не слишком далеко, чтобы можно было ощутить его тепло.
— Это то, о чем вы думали? — мягко спросил он.
Она знала, что он говорит о музыке, но напрасно пыталась отвлечься от своих мыслей.
И, глубоко вздохнув, принялась соблазнять мэра Салтильо.
Из лучших побуждений.
Глава 3
Кейт не видела комнату. По лицу Бена блуждала улыбка.
Она не знала, что винить: жару, вино, соблазн или все вместе, но догадывалась, что ее план, кажется, сработал. Если этот роман его хоть немного затронул, то скоро он потеряет голову. Побежден?
Кажется, ее голова плохо соображает. В чем причина этой половой связи? Нужно же было что-то делать с оранжевыми цветами.
Она посмотрела на вино. Нет, не то, цветы магнолии. Вот что это.
Она пожертвовала собой ради дерева.
Кейт поставила бокал на кофейный столик и коснулась ног Бена.
— Тебе говорили, что у тебя великолепные ноги? — спросила она.
— Нет, ты первая, — абсолютно серьезно ответил Бен.
— Ве-ли-ко-леп-ные. — Ее пальцы пробежали по ногам. — Скажи мне, мой Бенджи, ты привез меня сюда, чтобы…
Кейт поставила локоть на его колено, уперлась подбородком в руку, улыбнулась.
— Ты заманил меня к себе, чтобы выведать мои секреты?
— Если это и было так, то мой план прогорел. Все выглядит так, как будто ты пытаешься узнать мои секреты. — Бен коснулся ее лица. — Так вот что у вас на уме, Кейт Мидленд!
— У меня?
Она широко раскрыла глаза.
— Я никогда не выдаю своих тайн.
Бен усмехнулся.
— Я тоже не выдаю своих. Даже женщинам с глазами-«подсолнухами» и невинными улыбками. — Большой палец его руки вырисовывал какие-то кружочки на щеке Кейт. — Даже женщинам, у которых и воротник выгладит соблазнительно.
Кейт было приятно ощущать его руки на своем лице, и ей не хотелось, чтобы он их убирал. Она наклонилась, и ее локоть соскользнул с колена.
— Ой! — Кейт шумно приземлилась на грудь Бена. Потом игриво посмотрела на него. Прикосновение его широкой груди, плеч было таким приятным, что она подумала о том, что же делать дальше.
— Прекрасно, — сказал Бен, обвивая руками ее голову. — Мне приятно, что ты думаешь об этом.
Он приподнял прядь ее золотистых волос и посмотрел, как через нее струится лунный свет. Бен поцеловал эти шелковистые волосы, пахнувшие лимоном, нежно и терпко. Кейт повернулась к нему. Его шея — нежная, загорелая — была совсем рядом с ее губами, как хотелось поцеловать его!
Она слегка укусила его. Кажется, это то, что надо.
— Ты такой нежный и приятный.
— Я всегда восхищался прямолинейными женщинами, поступающими прямо и откровенно.
— Ты знал многих? — Ее губы почувствовали биение пульса под загорелой кожей. Она языком нащупала бьющуюся точку. Это напомнило ей бабочку, попавшую в ловушку.
— Немногих. Но таких, как ты, ист.
Язык Кейт подобрался к подбородку Бена и скользнул по его губам. Бен не думал, что дело зайдет так далеко. Ему нравилась Кейт. Она ему очень нравилась, но он не хотел осложнять отношения, хотя для любого мужчины это было бы слишком большим искушением.
«Будет преступлением, — подумал он, — не поцеловать эти губы. Об этом, вероятно, даже в книгах пишут». Бен решился на поцелуй, зная, что завтра об этом будет жалеть.
Поцелуй стоил того. Ее мягкие податливые губы отдавали вином и сладостью. Кейт, расслабившись, лежала в его объятиях и так чувственно целовалась, что Бену казался этот поцелуй бесконечным.
Ее ноги скользили по его коленям, и она еще больше прижалась к нему. Собравшись с силами, Бен едва удержался от того, чтобы не уложить ее на диван и заняться любовью при луне.
Он прервал поцелуй. Глубоко вздохнув, посмотрел на нее.
О Боже, какой доверчивый и ранимый взгляд! Кейт была похожа на маленькую девочку, играющую взрослую роль. Как взгляд может быть таким обманчивым?
— Я принесу кофе, Кейт, затем отвезу тебя домой.
— Зови меня Кэти. Мне нравилось, когда меня так называла бабушка.
Она улыбнулась, затем нахмурила брови.
— Я что-то хотела сделать, но не помню, что, — Кейт потрясла головой.
Бен рукой коснулся ее лица.
— Я тоже собирался что-то сделать, Кэти, но это может подождать. Если я скажу это тебе сейчас, то потом ты уже не вспомнишь.
Она рассмеялась.
— А вы попробуйте, Бенджи-мэр.
— Это подождет. — Он прислонил ее к подушкам и удалился за кофе.
Когда Бен вернулся, она сидела на том же месте. Он приподнял ее голову и поднес чашку к губам.
— Ты много пьешь, Кейт?
— Кофе или чая?
— Вина.
— Нет, только когда в гостях, — сказала она мрачно.
Он засмеялся.
— Я верю. — И опять поднес кофе к ее губам.
— Еще один глоток.
Кейт сделала глоток и строго посмотрела на него поверх чашки.
— Ты меня соблазняешь.
— Нет. Это твоя роль. А я хочу тебя отрезвить.
Она оттолкнула чашку.
— Мне нравится моя роль больше, чем этот кофе.
— Мне тоже. Но завтра наступит новый день.
— Мудро сказано, Бенджи. Ты же должен себя показать. Президент Салтильо.
— Некоторые думают, что я занимаю этот пост. — Бен поставил ее на ноги, но устоять она не смогла. Он отнес безвольное тело Кейт в машину и повез ее домой.
— Сиди здесь, я отнесу тебя, — сказал Бен, припарковав машину у дома.
Но ему не нужно было это говорить, Кейт не пошевелилась бы, даже если бы стадо буйволов неслось по дороге. Бен достал ключи из ее сумки и отправился к дому.
— Как в кино, — сказал он, — а завтра ты меня за это возненавидишь.
Он уложил Кейт на плетеный диван.
— Хорошо, что ты легкая, как пушинка, иначе пришлось бы укладывать тебя на что-нибудь основательное.
Кейт не ответила. Она спала.
Оглянувшись по сторонам, Бен заметил мягкий плед на верхней полке чулана. Он укрыл Кейт, сел в плетеное кресло и некоторое время смотрел на нее, затем, успокоившись, что с нею все в порядке, сел в машину и поехал домой.
Сначала Кейт показалось, что в доме взорвалась бомба замедленного действия. Затем она поняла, что в дверь звонят. По привычке выпрямившись, Кейт сделала важные открытия: она не в своей постели, в одежде и не побита. Кейт скатилась с дивана и шлепнулась на зад.
Придерживая раскалывающуюся голову рукой, она, шатаясь, побрела к двери.
— Шш, иду.
Она распахнула дверь, и перед нею предстал в шикарном виде бодрый и веселый Бен Адамс. Солнце выглядывало из-за его плеча, многоголосый хор птиц возвещал о его приезде. Кейт было не до этого.
— Ты выглядишь как герой Уолта Диснея, — проворчала она.
— Вот как ты встречаешь человека с хорошими новостями.
Бен прошел без приглашения, уселся в плетеное кресло. Кейт бросилась к нему и тут же пожалела об этом. Затем, держась за голову, она рухнула на диван.
— Наверное, в бифштекс подмешали порох.
Она поджала ноги и посмотрела на мятую одежду.
— И что же со мной случилось?
— А ты не помнишь?
— Нет, все смешалось после второго бокала вина.
— Ты пыталась соблазнить меня этой ночью.
Услышав это, Кейт напрягла память. Последнее, что она помнила, — было намерение соблазнить его, чтобы узнать планы насчет дерева.
Она решила, что лучшая защита — нападение.
— Ну, и почему же ты не остановил меня?