– Какой… нос? – спросила Смусси, озадаченная очередным новым словом.
– Белый. Нос тоже белый.
– Однажды королевский садовник поймал его и подарил своему сыну на день рождения как диковинку. С тех пор он томится в клетке в замке. Он так страдает, хотя с ним хорошо обращаются. Почти каждый день ему перепадает кусочек маасдама.
– На его место бы нашего Директора, – засмеялась Фри.
– Ах! – вздохнула Мисс Мюсли. – Он пишет мне чудные стихи, посылает их стрекозиной почтой. Мы собираемся пожениться. Я должна освободить его.
– Какая красивая и какая печальная история, – Смусси всхлипнула и достала ещё несколько носовых платков.
Эта история растрогала всех, кроме Фри.
– Так вот зачем вы копаете подземный ход? На случай если дерево всё-таки не вырастет, – сказала она, пока остальные вытирали слёзы.
– Какой подземный ход? – удивилась Мисс Мюсли. – Я ничего не знаю про это. Если существует подземный ход в замок, тогда давайте скорее освободим моего друга Вайта. Я знаю, что благородные мыши не имеют права проникать в замок. Но раз речь идёт о жизни и смерти, я попытаюсь. Потому что никто не имеет права сажать другого в клетку против его воли… Ах, какая хорошая новость! – Мисс Мюсли вскочила, слёзы её мгновенно высохли, и она стала пританцовывать от счастья.
Прошло немало времени, прежде чем удалось успокоить Мисс Мюсли.
– Всё не так просто, – сказала Мус, и мышки поведали всю историю про загадочное подземелье и своё расследование. Они были очень рады, что их любимая учительница не имеет отношения к мрачной загадке подземного хода.
Мисс Мюсли обещала держать всё в тайне. А друг другу они пообещали, что обязательно раскроют коварного обманщика и, конечно, спасут Вайта.
Похищение Смусси
Раньше после окончания уроков Мус, Фри и Смусси расходились в разные стороны. Смусси всегда первая торопилась домой, не забыв, конечно, покрутиться у зеркала. Фри убегала с мальчишками играть в футбол, а Мус аккуратно складывала учебники, уточняла расписание на завтра и несколько раз проверяла, правильно ли записано домашнее задание.
Теперь всё стало по-другому.
Мышки возвращались из школы все вместе, чтобы обсудить новости. Им обязательно надо было разгадать загадку подземелья, грозившую огромными неприятностями всему мышиному роду. Они использовали любую свободную минутку, чтобы попытаться что-нибудь придумать.
Впереди, как обычно, шли Мус и Фри, сзади уныло брела Смусси. Ей уже порядком надоело это расследование. Её любимое зеркальце уже не найдётся, а всё остальное ей было не так интересно. Нет, конечно, она хотела помочь освободить Вайта. Но как? Этого она не представляла. Пусть такие загадки разгадывает Мус, а ей это не под силу. Пожалуй, единственное приятное в этой истории, что, хотя на дворе осень, можно носить солнечные очки, как настоящий суперагент. Она шла, пиная упавшие жёлуди.
Вдруг её лапки оторвались от земли. Кто-то схватил её сзади за рюкзак, и она беспомощно повисла в воздухе. Она хотела закричать, но её рот заткнула меховая лапа. Дальше она ничего не помнила.
Когда Смусси пришла в себя и открыла глаза, перед ней сидел огромный рыжий котище.
– Мяуккио… – едва слышно прошептала она и чуть снова не лишилась чувств.
– Нет, юная леди, я синьор Мяуккио, попрошу обращаться ко мне уважительно.
– Не ешьте меня, уважаемый синьор, самый синьорный синьор из всех синьоров, – пролепетала Смусси и сняла тёмные очки, чтобы оглядеться и найти способ сбежать.
– Не бойтесь, я не буду вас есть. Вы столь любезны и очаровательны и к тому же напомнили мне жителей моей родной страны. Там все ходят в солнечных очках. А ещё, – Мяуккио прищурился и пристально посмотрел на Смусси, – вы ужасно напоминаете мне одну прекрасную особу, с которой я дружил в юности… Как давно это было! В те времена я был смел и силён, как лев, и жил в самом настоящем замке. Там я познакомился с чудесной особой – мышкой по имени Хвостанция.
– Мою бабушку зовут Хвостанция, и она раньше тоже жила в замке, – сказала Смусси.
– Этого не может быть! – воскликнул Мяуккио и подскочил на месте, чем ужасно напугал и без того перепуганную мышку. – Это, должно быть, она! О, Хвостанция, Хвостанция! Мне не терпится встретиться с ней. Мне ужасно стыдно держать взаперти внучку самой Хвостанции, но я не могу пока тебя отпустить.
– Вы всё-таки съедите меня? – дрожащим голоском пропищала Смусси.
– Я вегетарианец, – гордо заявил синьор Мяуккио.
Для Смусси это было очередное незнакомое слово, поэтому оно ничуть не успокоило её.
– Самое время перекусить! Сегодня у нас на обед салат с томатами, базиликом и моцареллой. – Вооружившись фартуком, Мяуккио отправился на кухню.
«Кажется, в этом салате не будет мышей», – подумала Смусси и немного успокоилась. На первый взгляд, Мяуккио не казался таким уж ужасным.
Смусси догадывается, кто копает подземный ход
После обеда на синьора Мяуккио снова нахлынули воспоминания.
– Что за прекрасная жизнь была в замке! Я был там хозяином! Знал замок как свои четыре лапы. Меня можно разбудить ночью и спросить: «Сколько ступенек на третьей потайной лестнице в пятой башне?» – «Двадцать восемь», – отвечу я… Мимо меня не проходила ни одна новость, ни один званый ужин, ни одна тайна. Я знал о том, о чём даже не догадывался сам король: о сокровищах, спрятанных в подвале!
– В подвале замка спрятаны сокровища? – Смусси была в восторге от историй, похожих на сказки.
– Сокровища, сокровища. Почему они всех волнуют? Один мой приятель – Мышье Хамон – тоже очень интересовался ими. Всё расспрашивал, что да где. А я ему говорил, что есть вещи и поважнее драгоценностей. Чуть не забыл! – спохватился вдруг Мяуккио. – Мышье Хамон просил меня об одной услуге. Я скоро вернусь. У меня ещё дела.
– Синьор Мяуккио, – спросила Смусси, – если вы не едите мышей, зачем вы меня похитили?
Мяуккио смутился:
– Я и сам толком не знаю. Об этом попросил меня Мышье Хамон. Кстати, двух твоих подружек я тоже должен недолго подержать тут. Только не вздумай бежать – разобьёшься. Я живу на дереве.
Смусси боязливо выглянула в окно: дом Мяуккио находился высоко в дупле старого дуба. Рядом между двумя ветками висела железная цепь, покрашенная золотой краской.
– Зачем вам это? – удивилась Смусси.
– Ах, это. решил побаловать себя на старости лет… гуляю тут иногда, вправо, влево. – И синьор Мяуккио скрылся между деревьев.
Смусси осталась сидеть одна в странном жилище кота.
В голове у Смусси всё окончательно перепуталось: золотая цепь, Мышье Хамон, салат с базиликом, её похищение, двадцать восемь ступенек в пятой башне, сокровища в подвале. Даже в самых запутанных сказках всё было проще и понятнее. А потом вдруг всё встало на свои места. Она поняла, что золотая цепь, салат и двадцать восемь ступенек здесь ни при чём, а вот сокровища, Мышье Хамон и её похищение. Ну конечно!
Смусси вскочила с места и быстро нацарапала записку на обрывке бумаги. Сложила вчетверо и подписала: «Для Мус и Фри из Школы благородных мышей. Срочно!»
– Ну вот, как нарочно, ни одной почтовой стрекозы рядом нет, – сказала она, выглядывая из дупла. – Эх, придётся пожертвовать браслетом.
Раньше она ни за что на свете не стала бы этого делать: ни выглядывать из дупла, потому что она жутко боялась высоты, ни расставаться со своими украшениями. Но теперь речь шла о жизни и смерти. Смусси сняла красивый блестящий браслет и положила на вытянутую лапку. Через секунду прилетела сорока, довольно щёлкнула клювом и застрекотала:
– Красивая штучка, что мне нужно сделать, чтобы получить её?
– Отнеси письмо, только быстро!
Мус и Фри, заметив, что Смусси пропала, конечно, подумали, что она просто сбежала.
– Я так и думала! – важно заявила Мус. – У неё только наряды в голове, она даже не пытается нам помогать. Только бы не разболтала всему классу обо всём. Она такая легкомысленная.
– Точно! «Не хочу, не буду, слишком грязно», – стала передразнивать Смусси Фри, подражая её тонкому голоску. – Она просто Ряженка! Я так называю неженок, которые любят только наряжаться. А ещё она трусиха, но больше всего боится испачкать туфли, – не унималась Фри, шагая прямо по лужам, по пути набивая карманы лопуховыми колючками.
И тут письмо свалилось на Мус и Фри как снег на голову, то есть сверху.
«Со мной всё в порядке. Берегитесь Мяуккио! Я знаю, кто копает подземный ход. Это Мышье Хамон».
Мус и Фри просто ахнули. Этого они никак не ожидали. Значит, Смусси не сбежала – её ПОХИТИЛИ! Мышки не успели толком прочитать письмо, не успели даже удивиться, каким образом Смусси обо всём догадалась. Из кустов раздалось деликатное покашливание, и показался пушистый и ужасный Мяуккио.
Ему было совестно пугать мышек. Он хотел просто выполнить странную просьбу своего друга – ненадолго похитить их – и не желал ничего плохого.
Мус взвизгнула и пулей бросилась бежать. Фри сперва бросилась за ней, но вдруг остановилась, опустила лапу в карман и со всей силой метнула в Мяуккио целую пригоршню лопуховых колючек.
Такого отпора Мяуккио не ожидал. Он отскочил назад, едва не врезался в дерево, зацепился хвостом за куст и подумал, что и одной похищенной мышки на сегодня будет достаточно. Не пристало почтенному коту гоняться за мышами. Он развернулся и отправился домой, облепленный колючками, стараясь никому не попасться на глаза в таком неприглядном виде.
А Мус и Фри ещё долго бежали: позади им слышалось мяуканье, сопение и грозное рычание. А когда сухие травы щекотали мышкам пятки, им казалось, что это кошачьи усы и они вот-вот попадут в хищную пасть Мяуккио.
– Здорово я его, да? – Фри остановилась первая, в её глазах горели озорные огоньки. – Будет знать, как обижать маленьких мышек.
– Уф… Я… никогда… так… быстро… не бегала… – Мус была перепугана до полусмерти и еле могла дышать.