11
В дверь постучали. Хольмер убрал листки с донесениями в железный ящик — этому его научили еще в начале карьеры, потом поднялся и, поежившись, взял стакан с ванильным молоком.
— Входите! — сказал он и сделал глоток.
Дверь приоткрылась.
— Разрешите, сэр?
— Ну я же сказал — входи, значит, можно, — ответил капитан. — Как съездили?
— Спасибо, сэр. Нормально, — ответил Джек, уже сомневаясь, что правильно сделал, придя к командиру роты. — Я хотел… Я хотел сказать по поводу лейтенанта Хирша, сэр.
— А что ты хотел сказать, Стентон? — спросил капитан, и глаза его сузились, став колючими и неприветливыми.
— Сэр, это, конечно, вам решать, но мне кажется… Мне кажется, лейтенанту нужно дать нормальную боевую работу, а то он пропадет.
— Вот как?
Хольмер отставил стакан и, встав со стула, подошел к Джеку ближе. Он не ожидал, что Стентон явится защищать своего командира взвода, ведь пока на того все только жаловались, уверяя, что он выжил из ума и ему пора в отставку.
— А с чего ты взял, что это ему поможет?
— Я подумал, сэр, что его недомогание быстро пройдет, как только он снова переживет настоящую опасность.
— Клин клином вышибать, что ли?
— Думаю, под прицелами арконовских пушек ему будет не до нервных болезней, сэр.
— А ты знаешь, Стентон, я ведь тоже так думаю. Я тут давеча наблюдал за тем, как он сел в кабину своего «грея». Сразу переменился человек, сразу стал прежним, хватким и надежным, а потом выбрался из машины и снова — дурак дураком, даже жалко стало.
— Я тоже это видел, сэр, — признался Джек и вздохнул.
— Ну что же, раз мы уже вдвоем так думаем, значит, мы принимаем коллективное решение. Через два дня у нас патрулирование прифронтовой зоны, вот пусть он и поведет свое подразделение.
— И я тоже пойду?
— Ты — нет.
— Почему?
— Потому, что твой «таргар» еще маслом моросит. Я сегодня говорил со старшиной, он сказал, что будут менять сальники.
Джек не нашел, что возразить, и вышел за дверь. Его мысли все еще были заняты лейтенантом Хиршем.
Между тем капитан уже думал о задании для Джека. Он еще не знал, примет ли начальство предложенную им операцию и поставит ли он на нее Джека, но все же не исключал этого.
Хольмер допил молоко и, достав из ящика документы, снова погрузился в вязкий текст, составленный нерадивым писарем: «Означенные выше обязанности командиров надлежит выполнять в соответствии с ранее означенными пунктами, предварительное ознакомление с которыми было возможно…»
Капитан прервался, открыл дверцу шкафа и достал початую бутылку коньяка. При работе с такими документами молоко не помогало.
12
Услышав звук будильника и еще не до конца проснувшись, Роджер подумал, что нужно сменить батарейку — слишком уж заунывно попискивал звонок. Однако, пробудившись окончательно, он понял, что это не будильник, это был голос его жены — Зельды, которая кричала ему из кухни:
— Роджер, тебе звонят! Проснись, Роджер!
Она, конечно, могла бы подойти и растолкать его, а не кричать из кухни, однако по утрам Зельда любила стряпать и отдавалась этому занятию целиком.
Павловский не глядя протянул руку, и Зельда, подбежав, сунула ему трубку, попутно испачкав каким-то то ли медом, то ли повидлом.
— Слушаю… — хрипло ответил он.
— Привет, Родж! Как поживаешь?
— Кто это? — спросил Павловский и спустил ноги на пол. Сна как не бывало — его насторожил странный тон незнакомца.
— Это же я, Сид! Мы познакомились в «Лангурии» два месяца назад. Неужели забыл? Мы тогда здорово посидели, и я угостил тебя ромом. Ну, что, вспомнил?
— Да, вспомнил.
— Слушай, тут есть одна темка, чтобы обсудить.
— Мне неинтересны твои темки, я сейчас завтракаю и иду на работу.
— Ничего, надолго не задержу. Давай, Родж, выходи, а завтраком я тебя и сам угощу, прямо в кафе — тут неподалеку.
Делать было нечего, и Роджер пошел умываться, вспоминая подробности знакомства с Сидом или кто он там был на самом деле.
Примерно два месяца назад, после получения небольшого бонуса, он с двумя сослуживцами пошел в ресторан — отметить премию. Там они хорошо посидели, выпили и познакомились с тем самым Сидом. Он предложил Роджеру продолжить праздник за его счет, и Роджер с готовностью согласился, тем более что был вечер пятницы.
Они переходили от бара к бару, зашли в игровое бюро, потом познакомились с какими-то девицами в ресторане «Бристоль», и везде Сид платил не задумываясь, так что Роджер чувствовал себя на настоящем празднике.
Девицы были симпатичные, по крайней мере на тот момент Роджеру так казалось, а потом вся компания перебралась в какой-то гостиничный номер — просторный и дорого обставленный, и так получилось, что Роджер был там с обеими девицами, а Сид его фотографировал. Роджер, по понятным причинам, не сразу обратил на это внимание, а когда заметил, накричал на Сида, и тот сразу убрал фотоаппарат. Но Роджер после этого обиделся и уехал.
Потом все как-то забылось, и он решил, что инцидент остался в прошлом, но, видимо, не остался. Теперь этот непонятно откуда взявшийся Сид ждет его, чтобы… Роджер даже представить не мог, что именно мог потребовать от него этот Сид.
Съев через силу парочку печений, Роджер поцеловал жену в щеку и, кисло улыбнувшись, отправился «на работу». По крайней мере, так он ей сказал. Потом спустился во двор и увидел незнакомый автомобиль, однако тот оказался пустым.
Роджер перекинул портфель из руки в руку и подумал, что этот Сид, наверное, все же оставил его в покое, но это было не так — Сид ждал на улице, прохаживаясь вдоль тротуара, и оба сразу узнали друг друга.
— Здорово, приятель! — воскликнул Сид, протягивая руку, но Роджер сделал вид, что не заметил.
— Ты как в прошлый раз добрался? Без приключений? — ничуть не смутившись, продолжал Сид. — Давай зайдем вот в это кафе, я там сегодня уже был — омлет просто пальчики оближешь.
Роджер остановился и посмотрел прилипчивому Сиду в глаза, надеясь своей решительностью заставить его отступить, но Сид не зря ел свой хлеб, он в ответ только усмехнулся и, толкнув Роджера в плечо, сказал:
— Ну-ну, дружок, давай не будем друг друга задерживать. Тут делов-то на пару минут, и разойдемся миром.
13
В кафе было жарко, по крайней мере так показалось Роджеру. Они прошли к дальнему столику, и Сид попросил у сонного официанта две порции «волшебного омлета с грибами». Тот неопределенно пожал плечами и ушел.
— Что тебе нужно? — спросил Роджер, стараясь, чтобы его голос звучал твердо и бескомпромиссно.
— Да пустяк, просто дружеская помощь.
— И в какой же области?
— Да понимаешь… — Сид вздохнул. — Тут дело подвернулось — вывести на чистую воду одних хапуг.
— А я при чем?
— Ты можешь помочь достать документы для сверки.
— Для какой сверки?! — вскинулся Роджер, ясно представив себе лицо начальника службы безопасности компании. Даже не имея никаких прегрешений, Роджер невольно затаивал дыхание, проходя мимо этого человека, а теперь что же? Прямая измена? Должностное преступление?
— Там все просто. Пришел товар, часть его провели вбелую, а часть списали, понимаешь? Продали налево, деньги по карманам. Ну, обычное дело.
— Ну так сделаете запрос продавцу, и он вам вышлет всю документацию!
— Нет, если сделать запрос официально, тот человек, который наводит со стороны продавца, сразу обо всем узнает, сообщит подельникам, и доказательная база рухнет. Допустить этого никак нельзя, Родж, поэтому требуется твоя помощь. Я люблю работать с профессионалами.
— Я не работаю с документами об отгрузке, Сид, я снабженец! Мое дело — тара, металл, гвоздевая лента, кругляк, медный пыц!
— Что медный?
— Пыц. Это такая литейная форма.
— Вот! Видишь, как много тебе известно! — заметил Сид и со значением поднял кверху палец. — Нам без твоей помощи никуда.
— Я же сказал… — прошипел Роджер, вцепляясь в грязную столешницу. — Я работаю совсем в другом отделе.
— Но ведь наверняка в отделе отгрузки у тебя есть знакомые. Ты же в компании больше двадцати лет, каждую собаку в лицо опознать можешь.
— Нет у меня там знакомых!
— А Ферлюр? Поль Ферлюр, с которым ты тогда выпивал? Отличный, между прочим, парень.
— Так почему же ты не обратишься к нему?
— Не знаю, — пожал плечами Сид и вздохнул. — Как думаешь, здесь курят?
— Понятия не имею.
— Вот и я не знаю. Просто ты мне тогда больше понравился, приглянулся как-то. Это вопрос личной симпатии, понимаешь? Вот взглянул на человека, и он тебе симпатичен, а другой, сколько ни смотри, — клизма жеваная.
— Что?
— Я говорю — негодный инвентарь, сколько на него ни смотри.
Подошел сонный официант и поставил на стол две порции.
— Что-нибудь еще?
— Два чая, пожалуйста, — сказал Сид. — Ты не против, Джерри?
— Не против, но я вообще-то Роджер!
— Да, я вспомнил, — сразу согласился Сид и, обращаясь к официанту, спросил: — Скажите, а у вас можно курить?
— Нет, ни в коем случае!
— Тогда принесите, пожалуйста, пепельницу.
Официант кивнул и удалился.
— Поль Ферлюр не одобрит моего желания получить эти документы, — сказал Роджер, машинально пододвигая к себе тарелку. — Он честный человек и весьма педантичен, когда дело касается документации.
— А никто и не говорит, что нужно извещать старину Ферлюра. Просто приди к нему в гости, подложи в чай слабительного и, пока он будет в сортире, скопируй файлы.
— Но у него в комнате еще два человека!
— Значит, пусть пьют чай вместе. Придумай что-нибудь, Роджер, ты же смышленый парень.
— Это не настоящий омлет! — заявил Роджер капризным тоном, тыкая вилкой в синеватую массу.
— С чего ты взял?
— Да тут даже кусок этикетки остался! Вот!
И он выдернул из-под омлета клочок упаковочного пластика с подробным описанием состава грибного омлета. Ни яйца, ни грибы там ни разу не упоминались.