– Вокруг тебя стало очень много странностей. Этот внезапный взлет в высшие эшелоны кремлевской власти, необычные песни, музыка… Наши аналитики голову сломали, что ты за феномен. Как у вас говорят? Фрукт?
Я автоматически кивнул.
– Для вундеркинда в тебе слишком поздно проснулись таланты, для проекта КГБ… – Саттер усмехнулся – Ну в это я не верю. Но с ответными статьями вы придумали здорово. 42-х летний майор КГБ с двумя женами?
«Журналист» задорно засмеялся.
– Вы не боитесь, что я сейчас крикну охрану – я кивнул на портьеру.
– Не боюсь – Саттер или… Мачковски, я уже запутался, отрицательно покачал головой – Ты любопытен и мне это, кстати, импонирует.
– Так импонирует, что вы скомпрометировали мою итальянскую невесту? – я нахмурился, пытаясь себя вернуть в то гневное состояние, в котором был в начале. Почему то не получилось. Именно так вербуют профессионалы? С искренней улыбкой?
– Я просто собирал про тебя информацию – пожал плечами «Саттер» – Решение о сливе принимал лично директор ЦРУ, меня даже не известили, что под моим именем выйдет статья.
– И тут вы оказались тоже совершенно случайно? – я хмыкнул, разгоняя ладонью сигаретный дым. Опять пропахну табаком насквозь.
– Нет, тут я оказался очень не случайно – лицо црушника стало серьезным – Мы подстроили эту встречу. Австрийский конферансье, Лукас работают на нас.
Ого! Вот это система…
– Все ради меня одного?
– Точно.
– Пришла пора «выбрать свободу»?
– Виктор – в голосе «Саттера» появилась страсть – Ну ты сам подумай, где тебе будет лучше. У нас или в СССР. Советы за тридцать с лишним лет в культурном плане не смогли произвести ничего стоящего. Ни одной популярной музыкальной группы, востребованной в мире, я уже не говорю о модных вещах, электронике…
– Жизнь не сводится к железкам и шмоткам.
ЦРУшник иронично посмотрел на мою майку, пиджак и джинсы.
– Издержки профессии – я покачал головой – А советский балет, театр, литература?
– Набоков, Солженицын, «философский пароход»… мне продолжить список? Уехали или высланы.
– Ну вы еще сбежавшего Шаляпина вспомните – хмыкнул я – Ну и что написал у вас Набоков? Порнографическую «Лолиту»? Да и когда был это «философский пароход»? Только-только гражданская война закончилась. Именитые перебежчики были, согласен. И, наверняка, будут еще. Но мне-то ради чего им становиться?
– Пойми! – «Саттер» некультурно затушил сигарету об стол – На Западе ты достигнешь в разы большего. Твой талант раскроется так, что весь мир ахнет. В СССР тебе не дадут работать. Одно персональное дело, другое… Эти ваши «марковы» и «сусловы» так и будут держать за руку, бить в спину… А у нас – полная свобода! Делай что хочешь, твори… Плюс полная поддержка с нашей стороны.
А црушник то подготовился. Мягко стелет.
– Я даже не буду тебе предлагать деньги. Мы знаем, что ты уже богат. А станешь еще богаче. Деньги – это лишь показатель уровня жизни. На Западе он объективно выше. А у тебя он будет в разы выше, чем мог бы быть в Союзе. И разумеется, мы с радостью поможем переехать твоей маме и деду.
Ага, вот дедушка мне голову то и оторвет.
– Вам же нужен не я – смотрю прямо в глаза «црушнику» – Вам же надо дать еще один «залп» по моей стране. В информационной войне. Как же, лидер группы Красные Звезды, Виктор Селезнев сбежал на Запад. Это сильный удар. По молодежи в первую очередь.
– Я сейчас дам согласие. А пленочка то крутится – я кивнул на слегка оттопыренный карман пиджака «Саттера» – Потом ко мне придет в Союзе человечек, может быть это будете даже вы, Дэвид или как там вас – я взглянул на визитку – Дейв. И скажет, что побег нужно отработать. «Ты же бываешь в Кремле, являешься советником Романова… Поделись с нами информацией». Если я буду брыкаться, то даст послушать пленочку.
«Саттер» возмущенно вскинул руки, но я не дал себя прервать:
– Я ваши гнилые заходы вижу на милю вперед – я наклонился ближе – Рвать буду, зубами. Слышишь? Зубами. Ничего у вас не выйдет. Променять Родину на вашу фальшивую американскую мечту? На эту дешевку?!? Запомни, Манчковски, мы вас похороним. Как говорил Хрущев, возьмем заступ побольше и могилку вам выкопаем поглубже. А знаешь, почему похороним?
– Почему?
– Нет у вас за душой ничего. Ваша золотая мечта – медяшка блестящая. Жрать в три горла, грабить всех вокруг, да срать в золотой унитаз. Только так работает ваша «свобода». Общество потребления – это тупик человечества. И вы хотите пустить наш поезд в этот тупик?
– Он уже там – пожал плечами американец – Ваша молодежь слушает нашу – црушник хмыкнул – «бездуховную» музыку – бегает за нашими джинсами и хочет жить по нашим стандартам. Ваши старики-ортодоксы вымрут как мамонты и нам даже делать ничего не придется. Союз – колосс на глиняных ногах.
– Пусть колосс. Пусть он даже рухнет – но люди запомнят мечту. Настоящую мечту. И за нами придут другие. И они все-равно построят лучшее, более справедливое общество.
Я взял визитку со стола, молча вышел из комнаты. Перевел дух. Вытер пот со лба.
– Ну как там? – ко мне подошел напряженный Вячеслав – Вербовал?
– Ты знал? – я удивленно покачал головой.
– Был сигнал – Вячеслав забрал у меня из рук визитку – Надо же… У ЦРУшников есть визитки для вербовки.
– Ага и телефон колл-центра для перебежчиков.
– Колл-центра?
– Не бери в голову, устал. Ерунда всякая в голову лезет. Пошли к нашим.
Нашим было хорошо! На низком столе стояло шампанское, вино, тарелки с деликатесами. Вокруг стола суетились официанты и Лукас. Девчонки задорно смеялись, музыканты чокались бокалами и ели черную икру. И это все прохладительные напитки?! Десять минут меня не было. Боже, верни мне Клаймича. Сейчас. Сию же минуту!
Внезапно я понял, что за нашим столиком сидят еще двое незнакомцев – та самая пара мужчин, что курили кальян, когда мы пришли в клуб.
– Трамп. Фред Трамп – усатый с залысинами мужчина в тройке привстал, пожал мне руку – Очень рад познакомиться. А это мой сын Дональд.
Рыжий нагло кивнул и тут же вернулся к разговору с Верой. Его рука уже лежала на колене девушки и не похоже, что та была против. Трамп, Трамп… шестеренки моего мозга с хрустом провернулись и я вспомнил, что этот рыжий ухарь пытался баллотироваться ни много не мало аж на пост президента США. В 2000-м году. Разумные американцы, конечно, не могли выбрать этого клоуна на важнейшую мировую должность. Но каков наглец! Не успел познакомиться, уже лапает Веру. Я скрипнул зубами. Эх, Марков рядом. Да и Леха с Вячеславом не дадут мне пересчитать зубы Дональда.
– Мы американские девелоперы – Фред сделал страшные глаза сыну и тот убрал руку с коленки – Прилетели в составе делегации Картера. Нам обещали устроить разговор с мистером Романовым.
– Вообще-то это политические переговоры, не торговые – я просто упал на свободный пуфик. День адский. Два раза надо было дать в морду и два раза я себя сдерживал просто чудом.
– Политика – это тоже бизнес – пожал плечами Фред – Я слышал, что в Москве и Ленинграде Советы собираются начать высотные стройки. Наша компания хочет поучаствовать в тендерах. Мистер Картер обещал замолвить словечко.
Высотное строительство в Ленинграде? В городе-музее?? Похоже, девелоперов кто-то банально «развел». Может быть даже на деньги.
– Сам Картер замолвит?? – я скептически усмехнулся.
– Ну, допустим, его помощник – поморщился Фред.
– Эй, парень – на меня обратил внимание раскрасневшийся от спиртного Дональд. Рядом с ним уже стоял третий пустой бокал из под виски – У тебя классные песни. Сколько стоит твой концерт? Споешь нам в Нью-Йорке?
– Дональд! – отец еще раз попытался одернуть это хамло.
Я переглянулся с Лехой. «Мамонт» показал мне как берет за шкирку клоуна и выкидывает его в окно. Я отрицательно покачал головой.
– Частный концерт? А что, это тема.
Ко мне в удивлении обернулись все. И «звездочки» и «музыканты». Даже Вера перестала глупо хихикать и сделала круглые глаза.
– Дональд, я тут дачу купил недавно. Мне штукатуры нужны. И маляры.
– И? – Рыжий явно «не догонял».
– Ты бы подошел.
Народ засмеялся. Те, кто понимал по-английски переводил тем, кто понимал не очень. Смех усилился.
– Виктор, прекрати! – Альдона пихнула меня в бок.
Тут до Дональда наконец, дошло и он покачнувшись встал. Сжал кулаки. Лицо красное, аж прикуривать можно. Позади него уже маячила наша охрана. Фред тоже встал.
– Я прошу прощения за поведение сына, он выпил лишнего – Трамп протянул мне руку – Мы постараемся загладить вину.
Я тяжело вздохнул, пожал руку. Фреду, но не Дональду. Да тот и сам не горел желанием. Лишь сказал что-то на ушко Веры и не прощаясь ушел из зала. Вслед за ним ушел и отец.
– Так? Что мы тут пьем?
16 июня 1979 года, суббота
Вена, Австрия
– Вить, вставай! – в голову мне прилетела подушка. Я ее схватил и попытался накрыться с головой. Башка болела и трещала, похоже, вчера я перебрал лишнего.
– Сейчас оболью водой – голос Лехи угрожающе прозвучал над ухом – Я обещал!
– Кому? – простонал я – И что?
Неужели на мою голову еще одна Альдона??
С трудом продрал глаза. Солнце над Веной только-только вставало. На часах было 7 утра.
– Ты изверг!
– Киселеву! – безапелляционно заявил «Мамонт» – Обещал ему тренировать тебя, собирайся на пробежку.
Леха уже был одет в синий тренировочный костюм сборной СССР по боксу. И где только выцыганил форму? Или это Киселев с ним рассчитался за тиранство?
– Все, встаю – я поднялся и покачиваясь отправился в ванную. Умылся, оделся, нацепил на пояс Волкман. В коридоре нас уже ждали охранники также обряженные в красные спортивные куртки. Жарковато им будет. Вчера днем в Вене было плюс двадцать семь. С другой стороны, где еще прятать пистолеты?
Мы спустились вниз и на выходе ко мне бросился какой-то азиат. Низенький, узкоглазый, в черном костюме. Точнее попытался броситься. И тут же попал в заботливые руки Вячеслава.