Нам пришлось прервать разговор, так как Зан Кхем помахал рукой, приглашая нас подойти.
— Я и мистер Рок пришли к согласию и настоятельно рекомендуем, — произнес Созидающий, стоило нам приблизиться: — не афишировать того, что Марек Совин и Рыцарь Излома Унгор — одно лицо. Подобное разделение поможет провести более глубокое расследование без привлечения ненужного внимания. Но так как долго замалчивать пропажу Унгора будет вредно, некоторые Рыцари могут подумать, что он перестал сражаться, опустил руки и куда-то сбежал, то мы обнародуем новость о его гибели. Обнародуем без подробностей. Повернем все так, будто смерть Марека Совина и гибель Унгора — два несвязанных между собой события. Но это возможно только при вашем согласии. — Сказав это, сенс демонстративно указал на меня и Майю.
Повернулся к девушке и увидел её глаза, которые округлились до размеров монеты номиналом в десять франков. Вот-вот у меня тот же вопрос: «как он это делает?!».
Глава 4
Все же мне очень повезло с тем, что Слово формально понимает ложь. Недоговорки, двойной смысл сказанного — все это не волнует мою призрачную шпагу, если по букве лжи произнесено не было. Будь дело иначе, то во время нашего разговора, в котором мы обсуждали детали того, как подать гибель Унгора общественности и другим Рыцарям Излома, клинок бы изрядно проржавел. Но из-за этой формальности он остался девственно чист, как и прежде.
Как только мы проговорили детали, Зан Кхем намекнул, что мне и Майе на берегу делать больше нечего, и дальше они сами разберутся. Этот намек вполне прозрачно поддержал мистер Рок. Мы не стали возражать и покинули каменистый берег, перейдя в Излом. Не став уходить с острова, мы переместились на небольшую полянку, удаленную от дорожек и троп.
— Мне безмерно жаль Унгора. — Произнесла Майя, присев на старый, давно высохший пень. — Но, с другой стороны то, что эта трагедия вернула вас в реальность, меня радует.
Не ожидал от неё такой откровенности.
— Две недели вы были бледной тенью самого себя. — Призрачной ладонью Майя погладила полевой цветок, тот, разумеется, и не шелохнулся от прикосновения из Излома. — Мне… точнее нам всем вас не хватало.
— У каждого есть слабые места. — Признал я. — Гибель ученика пробила все мои защиты и ударила куда сильнее, чем мог предполагать.
— Я вас не виню. — Тут же поправилась девушка. — Просто… — Она не нашла подходящих слов и махнула рукой.
— Вы же и без меня справляетесь. — Подбодрил я. — Организация работает, тренировки проходят, в РИЗВ вливаются все больше и больше ранее независимых рейгов.
— Все так. — Кивнула она. — Но даже мне видно, что всё это происходит больше по инерции. Хотя… Вынуждена признать, та бурная деятельность, которую развил Крикс после вступления в должность, приносит свои плоды. Он действительно привлек многих из тех, кто ранее не хотел вступать в РИЗВ. Но! — Девушка поднялась с пня и принялась расхаживать по поляне, напомнив мне в этом Зан Кхема. — Но, меня начинает изрядно напрягать, что Крикс нет-нет, но позволяет себе высказываться о наших союзниках не в лучшем свете. — И тут же добавила, словно я мог неправильно понять её слова. — О Доме на Холме. Думаю, как он окончательно освоится в своей должности и сформирует преданный лично ему пул рейгов, его риторика перестанет быть такой острожной. — Она остановилась на пару секунд, а затем продолжила мерить шагами поляну. — Плюс, близняшки совсем отбились от рук. Устроили зачем-то откровенную травлю Галея! Их словно муха цеце укусила, почти в прямую обвиняют его в каком-то предательстве. И их слушают! Еще неделя в таком ритме, и Галей станет изгоем. Это Галей-то предатель? — Она в возмущении махнула рукой. — Быть такого не может.
— Последнее во многом моя вина. — Пришлось покаяться.
— А?!! — Удивилась девушка, споткнувшись на ровном месте от моего признания.
Немного подумав, рассказал ей о том, что Тора и Каэль узнали о встречах Галея и Мерска, главы Масок Новильтера. Не стал скрывать и то, что сам дал им разрешение на продолжение слежки. Пояснил также, что я, разумеется, не планировал никакой травли, а хотел только разобраться и выяснить суть.
— Не понимаю. — Покачала головой Майя, выслушав меня. — Галей и Мерск? Не может быть такого… Я точно знаю, что Галей двумя руками за сотрудничество с властями. Я поняла бы, если бы с Мерском встречался Крикс. Да! Эта парочка точно быстро бы спелась. Но Галей?!! Уверена, есть какое-то логичное объяснение их встречам, никак не предусматривающее ничего плохого.
— Повторю, моя вина. Я должен был контролировать действия сестер, но… — Замолчал и опустил голову, все было и так понятно. — Поговорю с ними.
Мы проговорили еще полчаса в основном по моей инициативе. Я уточнял, что прошло мимо меня за это время. К моему глубокому облегчению кроме того, что она уже рассказала, все остальное было обычной рутиной. Затем попрощались, договорившись встретиться завтра на ночной тренировке.
Подождав пока Майя уйдет, вернулся в тайную пещеру и переоделся. После чего по одноразовому мобильнику позвонил Зан Кхему, надеясь встретиться с ним сегодня. Увы, тот отказал, сказав, что из-за всех формальностей и настойчивости Рока в лучшем случае освободится утром завтрашнего дня. И если сегодняшние вечерние занятия я еще мог пропустить без какого-либо вреда, то завтра у нас в расписании было сразу три теста подряд по разным предметам. А после тестов у нас лекция, которую будет читать сам граф Рунарский.
Как не жаль, но у меня не получится посоветоваться с Созидающим перед встречей с Наследником. Это, конечно, плохо, советы Зан Кхема могли реально мне помочь.
Также скинул близняшкам сообщения, предложив увидеться. Как назло, они тоже сослались на занятость в реале. Пару минут раздумывал над тем, не позвонить ли Добрыне, но все же пришел к выводу, что еще не готов к подобной встрече. В итоге, незаметно вернулся на университетский остров, где в одном из облюбованных мной мест покинул Излом.
На дневные занятия я уже безбожно опоздал, так что решил просто прогуляться. Во-первых, нужно было успокоиться и подумать. Во-вторых, уверен, что слухи о том, что кто-то из студентов погиб на Пляже Разбитых Черепов уже во всю гуляют по универу, и хотел послушать, что говорят студенты.
Разумеется, новость о том, что кто-то из студентов утонул, да еще в столь легендарном месте, быстро разлетелась по университету. Пока гулял, только и слышал разговоры на эту тему. Но к моему удивлению больше болтали не о том, что кто-то утонул, а пересказывали байки и истории о Береге Расколотых Черепов. Видимо, молодежь во всех мирах одинакова и любит различные страшилки.
Моя прогулка служила еще и другой цели, привыкал вновь смотреть на мир широко открытыми глазами. Я чувствовал, что даже дышу как-то иначе, нежели вчера. На втором часу этой прогулки заметил куда-то спешащего Кристиана. По тому, что он был непривычно для себя аккуратно причесан, а его ботинки начищены до блеска, парень скорее всего шел на свидание. Сперва хотел за ним осторожно проследить, но решил, что это будет перебором, и лезть в чужую личную жизнь, которая меня вообще не касается, как-то все же неправильно. Тем не менее, если признаваться самому себе, мне почему-то было немного любопытно, кто такая эта Мэри, и получится ли у Кристиана что-то на личном фронте. Правда, думаю, он сам нам все расскажет уже завтра, а если не захочет говорить, то Клэр из него всё выжмет.
Когда солнце клонилось к закату, вернулся в свою комнату в общежитии и занялся подготовкой к завтрашним тестам. Один из них по математике я мог бы сдать и так, но вот два других… Нет, без дополнительной зубрежки с ними рискую если не провалиться, то в лучшем случае получить оценку в районе удовлетворительно, что меня не устраивает.
К тому же учеба и копание в учебниках и других справочных материалах отвлекли от трагедии Унгора. Настолько, что заснул я вполне нормально, а не ворочался еще час после того, как лег, грызя себя изнутри различными мыслями.
Утром привел себя в порядок и вышел из общежития немного раньше обычного, хотел сделать крюк и пройтись рядом с достопамятной бухтой. Как оказалось, не у одного меня возникло такое желание, и обычно пустая обходная тропа, проходящая вдоль побережья, в столь ранний час была наводнена учащимися. Разумеется, на каменистом берегу было уже все убрано. О недавней трагедии напоминали только натянутая лента и пара скучающих охранников, не пускающих особо ретивых студентов. Впрочем, а что еще можно было ожидать?
К нужному мне учебному корпусу, несмотря на длинный обходной путь, все равно вышел почти за десять минут до начала лекции. На одной из скамеек, читая научно-популярный журнал, сидел Ян Ларсон, один из моих одногруппников. Чтобы не показаться невежливым, присел рядом и поздоровался. Ян аккуратно закрыл журнал, убрал его в дипломат, после чего развернулся ко мне полным корпусом.
— Нет! — Сдерживая себя, сквозь плотно сжатые губы произнес он. — Я многое могу понять. Но ваша троица совсем офонарела?!
Вопросительно наклонив голову, я не нашел, что ему сказать.
— Вас взяли в элитную группу, позволив учиться у лучших, а вы? — Так как не понимал, о чем речь, то по-прежнему сидел молча. — Ладно, когда кто-то из вас прогуляет одну лекцию, бывает. — Хотя по нему было отчетливо видно, что даже один прогул — для него вещь неприемлемая. — Но что за выходку вы вчера устроили?!! Все втроем пропустили целых три послеобеденных лекции!
Мог бы сказать, что эти лекции мне неинтересны, и я прекрасно знаю тот материал, который в них подавался, но не стал.
— Если вы думаете, что из-за отличающихся от других студентов учебного графика никто ваших прогулов не заметит, то вы глубоко ошибаетесь!
Сказав это, Ян поднялся с лавочки и демонстративно, по-военному совершив разворот, направился к учебному корпусу.
— Не предполагала, что он такой злюка. — Стоило Ларсону скрыться за дверями, как на лавочку из-за моей спины скользнула Клэр. — Как думаешь, он нас заложит?