— О боже! — задыхается Кэтрин.
Я улыбаюсь и продолжаю двигаться вниз, прокладывая дорожку из поцелуев прямо к груди. Потом
беру один из её жестких маленьких сосков в рот и с упоением начинаю сосать и покусывать его, пока она
ёрзает подо мной. Немного наигравшись с одним соском, я перехожу к другому, уделяя ему столько же
внимания.
Пальцы Кэтрин скользят по моим волосам, и это простое прикосновение заставляет меня
замурлыкать как кота у её соска. Я отпускаю его и продолжаю двигаться вниз по её телу. Её ноги уже
широко разведены для меня, но всё равно мои широкие плечи не помещаются.
Я раздвигаю её бёдра ещё шире и впиваюсь взглядом в самую великолепною киску, которую когда-
либо видел. Я облизываю губы, а Кэтрин немного приподнимает бедра. Я же приподнимаю голову, и
наши взгляды соединяются. Рот моей красавицы немного приоткрыт, и она дышит так же тяжело, как и я.
— Коул, — стонет она. — Я... Я ...
Не отрывая от неё взгляда, я провожу языком по её розовым нижним губкам и останавливаюсь
прямо на клиторе. Её голова откидывается назад, она падает обратно на подушку. Отпустив бёдра, я
раздвигаю её пухлые половые губки, желая добраться до клитора. Я пытаюсь засунуть в неё палец, но она
такая тугая, что я могу проскользнуть туда только мизинцем.
Меня сводит с ума горько-сладкое чувство, когда её теснота обвивается вокруг моего мизинца. Она
такая маленькая и тугая, что я не думаю, что смогу войти в неё. Но сейчас мне всё равно. Я бы с
удовольствием поедал бы её киску до конца своих дней и был доволен.
Я всасываю её клитор в рот, кружась языком вокруг него, одновременно двигая мизинцем в и из неё.
Киска Кэтрин сжимается вокруг меня, и её тело бьёт дрожь. Я чувствую, как её ноги начинают дрожать, и
она кричит мое имя. Сладкий нектар заливает её, и я с жадностью пью его, не останавливаясь. Тело
Кэтрин расслабляется на мгновение, и у меня получается проскользнуть в неё двумя пальцами.
— О боже, Коул, — выдыхает она.
Чёрт, мне нравится, как она стонет мое имя. Я чувствую, как больше спермы вытекает из члена, и
отступаю от Кэтрин на мгновение, но все еще продолжаю двигать пальцами в ней. Я пытаюсь держать
себя под контролем, и делаю глубокий вдох, но это не помогает.
Сладкий и невинный запах Кэтрин окружает меня и я, обезумев, с удвоенной силой работаю
пальцами. Я чувствую, что она на грани оргазма и вновь хочу испить её сладкий нектар.
Я быстро нахожу эту особую точку внутри неё и нежно потираю.
— Коул, — стонет Кэтрин, и её тело натягивается как струна.
— Давай, детка. Возьми то, что я даю тебе. Поверь, я поймаю тебя, — она немного расслабляется от
моих слов.
— Я доверяю тебе, — слышу я её шёпот, и эти слова наполняют мою грудь теплом. Я сильнее
надавливаю на её клитор и продолжаю двигать пальцами. Её ноги снова дрожат. На этот раз сильнее и
секунду спустя Кэтрин пронзительно выкрикивает моё имя, распадаясь под натиском оргазма. Её киска
сжимает мои пальцы, словно в тиски. Я же продолжаю сосать её клитор, желая продлить оргазм и успевая
поглотить каждую каплю божественного нектара Кэтрин.
Вскоре её тело расслабляется и я, поцеловав клитор, облизываю губы. Недолго думая, снимаю
штаны. Потом целую Кэтрин в губы. Глаза моей девочки закрыты, но как только я врываюсь языком в её
сладкий ротик, она медленно открывает их. Я хочу, чтобы она попробовала свою собственную страсть на
вкус.
— Хм, — стонет она и лениво целует меня в ответ.
Но я вдруг задаю ей вопрос, который задержался в глубине моего разума, как только я скользнул
пальцем внутрь неё.
— Ты что, девственница? — выпаливаю я.
Её глаза широко распахиваются от моего вопроса, и она вновь прикусывает губу. Я немного двигаю
бедрами, касаясь членом её клитора. Кэтрин дёргается, и я понимаю, что она все еще чувствительна от
двух оргазмов, которые я ей подарил.
Отпустив губу, она облизывает её, прежде чем, наконец, кивнуть мне в ответ. Я смотрю на неё
сверху вниз, и водоворот эмоций проходит сквозь меня. Мне, конечно, нравится мысль, что никто и
никогда не прикасался к Кэтрин, и уж точно не будет, но я боюсь проникнуть в неё членом.
Я БОЮСЬ ПРИЧИНИТЬ ЕЙ БОЛЬ!
— Мы… можем… остановиться… сейчас, если ты хочешь. Мы… не должны… делать больше, —
каждое слово даётся мне с трудом.
Но, не смотря на то, что я не хочу причинить ей боль, у меня всё ещё есть первобытная потребность
заклеймить её во всех отношениях. Связать со мной Кэтрин самым варварским способом.
— Я хочу… Я хочу, чтобы ты был моим первым… — шепчет Кэтрин и прикасается к моей щеке
ладонью.
— Первым и единственным, — поправляю я. После меня больше никого не будет. Я буду её первым
и последним. — Скажи это, Кэтрин, — приказываю я.
— Первым и единственным, — улыбается она.
Тяжесть, сжимавшая мне грудь, ослабевает. Я целую её, вкладывая в поцелуй всё, что могу и хочу
ей отдать. Я хочу, чтобы она знала, как много это значит для меня.
Раздвинув коленом ноги Кэтрин, я скольжу членом, имитируя секс. Несколько секунд спустя, моя
девочка начинает двигаться мне на встречу, впиваясь ноготками мне в спину.
Я задеваю головкой члена её вход и Кэтрин вздохнув, замирает. Мой взгляд прикован к её лицу, и я
тоже замираю.
— Больше, — наконец выдыхает она, и я даю ей то, что она просит.
Тихий стон срывается с губ Кэтрин.
— Ты самое прекрасное, что я когда-либо видел в своей жизни, — рычу я и одним мощным толчком
вонзаюсь в её лоно. Крик срывается с губ Кэтрин, и я, заглушив его поцелуем, не двигаюсь. Я просто
продолжаю целовать её, позволяя телу Кэтрин привыкнуть ко мне.
Я отрываюсь от её губ и покрываю лёгкими поцелуями лицо, шею и ушко Кэтрин. Я шепчу ей,
насколько она идеальна, и как долго я ждал её. Я шепчу ей, что теперь она принадлежит только мне и
пока я жив, буду давать ей всё, что она когда-либо захочет.
Скользнув рукой между нами, я поглаживаю её клитор.
Тихие стоны и вздохи срываются с её губ, и она начинает подмахивать мне. Мой член уже истекает
спермой внутри неё, но я держусь.
Я сделаю для неё всё, что угодно. Я чувствую это до самых костей. Она моя единственная. Впервые
я благодарен бомбе, разворотившей моё плечо. Именно это отправило меня домой. Отправило меня к
Кэтрин. Туда, где я и должен быть. Защищать и заботиться о ней, это самое главное в мире.
Киска Кэтрин вновь и вновь сжимается, пока я поглаживаю её клитор. Её спина выгибается, и
твердые как камешки соски прижимаются к моей груди. От этого ещё больше спермы вытекает из моего
члена, и он дергается внутри неё. Я стискиваю зубы, используя всю внутреннюю силу, оставшуюся во
мне, чтобы не сорваться и не начать сумасшедший «забег» внутри её маленького тела.
— Прости, детка, но мне нужно двигаться, — рычу я, и Кэтрин пытается двигать своими бедрами
вперёд и назад. Я немного выскальзываю из неё и снова вхожу. Полные губки Кэтрин принимают форму
буквы «O».
Я сильнее надавливаю пальцем на клитор, желая приблизить её оргазм, потому что знаю, что не
продержусь долго.
Чёрт, у меня несколько лет не было секса, хотя каждая женщина в городке, одинокая или нет, пыталась залезть ко мне в штаны. Я даже не мастурбировал. У меня вообще пропала тяга к сексу после
возвращения домой.
И вот теперь рядом с Кэтрин всё изменилось и я готов взорваться в любую секунду. Я уверен, что
мог бы провести неделю внутри неё, и даже после этого мне было бы её мало.
Я двигаюсь немного быстрее, и глаза Кэтрин закрываются.
— Смотри мне в глаза, детка. Смотри на меня, — рычу я, и она выполняет мой приказ. Взгляд
Кэтрин затуманен от страсти, и это лишает меня остатков контроля.
Наклонив бедра, я попадаю в идеальное местечко внутри неё, и она стонет моё имя. Снова и снова я
врываюсь в неё. Мои яйца сжимаются, и я чувствую, что могу лопнуть в любую секунду.
— Детка, пожалуйста, мне нужно, чтобы ты кончила для меня. Отдайся мне. Мне нужно
почувствовать, как твоя киска стискивает мой член.
От моих слов тело Кэтрин содрогается, и она сжимает меня внутри себя. Я рычу и «выстреливаю»
спермой. Её так много, что она просачивается наружу. Секунды спустя, когда я, наконец, полностью
опустошаюсь, моё тело слабеет, растворяясь в Кэтрин. Я зарываюсь лицом в её шею, чувствуя, что не
могу пошевелиться.
Она же нежно гладит мои волосы, а я, поцеловав её шею, смотрю на неё.
На лице Кэтрин расцвела широкая улыбка, и я теперь точно знаю, что проведу всю свою жизнь, следя за тем, чтобы эта улыбка никогда не сходила с её лица.
Глава 8
Кэтрин
— Мне нужно накормить тебя, — бормочет Коул. Я лежу у него на груди, а он играет с моими
волосами. Он как будто очарован ими. Я качаю головой и крепче прижимаюсь к нему. Я голодна, но не
хочу двигаться. По крайней мере, пока. — Детка, тебе нужно поесть.
— Мы так и сделаем. Просто дай мне ещё немного времени. Я пока не хочу вставать, — признаюсь
я. Я люблю, когда он называет меня деткой. Каждый раз, когда он называет меня так, рой бабочек
начинает порхать в моём животе. Мне нравится это чувство. Коул рычит мне в ответ, и я улыбаюсь. Не
знаю почему, но когда он рычит, моё сердце сжимается. Мне нравится этот звук.
Мне кажется, что я люблю Коула. Я не совсем уверена в этом, потому что не знаю, что такое
любовь, но то, что он заставляет меня чувствовать, кажется и называют любовью. А ещё я не хочу его
отпускать. Слова Коула, когда мы занимались любовью, почти заставили меня плакать. Никто раньше не
говорил мне таких приятных вещей.
Мои глаза вновь наполняются слезами, и слезинка скатывается по щеке на грудь Коула, когда я