Современные писатели — детям — страница 3 из 18

Встрепенувшись, словно от плохого сна, Мыш быстро подошёл к столу и на листе каштана написал объявление:

«Я улетаю путешествовать. По вопросам приобретения посуды обращайтесь к Лягушке, который живёт на мокрой стороне газона».

Приколов записку к двери булавкой, Мыш закрыл замок и отправился домой. На пороге дома со скучающим видом сидел Лягушка.

– Мыш, где ты ходишь? Мы идём за каштанами или нет? Они все уже скоро попадают! – затараторил Лягушка, увидев приближающегося Мыша.

– Я же тебе вчера рассказал, я улетаю! Зайди, разговор есть, – пригласил Мыш.

Пройдя в дом, Мыш быстро сварил кофе и принялся рассказывать свой план.

– Послушай, Лягушка, ты же всегда любил посуду, каштаны. Ты всё умеешь и не раз помогал мне в мастерской. Вот тебе ключ. Будешь вместо меня мастером, пока я не вернусь, – торжественно вручая ключ Лягушке, объявил Мыш.

– А когда ты вернёшься? – всё ещё не веря в реальность происходящего, спросил Лягушка.

– Не знаю. Слушай, Ласточка рассказала мне, что есть не только другие газоны, но и луга, леса, река и даже юг, – восторженно рассказывал Мыш.

– Юг? А что это? – пряча ключ от мастерской в нагрудный кармашек жилетки, спросил Лягушка.

– Ну, это, знаешь, такой газон, где не бывает снега! Я отправляюсь туда завтра рано утром. Может быть, ты хочешь лететь со мной?

– Ой, нет-нет, – замахал лапами Лягушка. – Даже не предлагай, я на такое не способен. Я даже прыгать высоко боюсь, а летать – решительно нет!

– Ну как знаешь, – ответил Мыш.

Проводив друга, Мыш решил проверить, всё ли готово к завтрашнему дню. Много лет назад он составил список вещей, которые когда-нибудь собирался взять в дорогу. Не раз исправлял его и тщательно обдумывал необходимость каждой вещи. Наконец Мыш собрал и спрятал под кроватью маленький узелок, к которому был приколот листок каштана с надписью: «Дорожный комплект».

Он бережно вытащил из-под кровати свой узелок и развернул его. Столько лет он мечтал о путешествии! А завтра наконец отправится в путь. Счастье захлестнуло Мыша при виде маленькой кофейной чашки и блюдца, которые он сделал специально для путешествия. Аккуратно сложенная пижама и ночной колпачок, тапочки, три галстука-бабочки, новая рукоятка для трости – всё самое необходимое было давно собрано и ждало своего часа. Рядом с узелком пылился бинокль. Это был самый настоящий военный бинокль. Раньше он принадлежал каучуковому солдатику, которого дети потеряли во время игры на газоне. Теперь солдатик стоял на главной площади и был памятником. Его бинокль подарили Мышу как почётному жителю газона.

Из провизии Мыш собрал кусочек сыра из молока божьих коровок, две каштановые лепёшки и несколько крупинок сахара.

«Кофе. – Мыш задумался. – Сколько же кофейных зёрнышек брать с собой? А вдруг на юге вообще нет кофе? Возьму три, этого должно хватить на неделю», – решил он.

Пока Мыш собирался, наступил тёплый летний вечер. Это был именно такой вечер, когда приятно пройтись по городу и увидеться с друзьями. Мыш вышел из дома и отправился в сторону кафе-булочной, где, скорее всего, можно было встретить знакомых. Действительно, за столиком кафе сидел почтальон Улитка, который медленно курил сигару и читал газету.

– Здравствуй, Мыш! Ты, наверное, расстроен, но, послушай, от меня сегодня ничего не зависело. Понимаешь, я был бы рад доставить тебе газету, но эта забастовка, – опустив голову, бубнил Улитка.

– Я ничего не понял из того, что ты сказал, – рассмеялся Мыш.

– Бастуют опять, – собирая чашки с соседнего столика, пояснила Гусеница. – Теперь почтальоны бастуют. От них требуют быстрее доставлять письма и газеты, а они говорят, что улитки быстрее не могут.

– Хочешь, возьми мою газету, – виновато протягивая три сложенных каштановых листка, предложил Улитка.



– Ах вот в чём дело! – облегчённо выдохнул Мыш, – Я-то подумал, что что-то серьёзное случилось.

– Что это с вами? – подозрительно спросила Гусеница, всё ещё держа в лапках грязные чашки. – Вы же и дня без газеты прожить не можете!

– Друзья, я завтра улетаю путешествовать. Буду писать вам письма, – радостно сообщил Мыш.

Гусеница от неожиданности уронила все восемь чашек, которые до этого времени ловко держала четырьмя парами лапок. Чашки разбились на мелкие кусочки каштановой скорлупы, которая разлетелась по полу.

– Где же я буду брать посуду для кафе? – расстроилась Гусеница. – Эти неуклюжие посетители всё время бьют чашки, – посетовала она.

– Лягушка останется мастером вместо меня, вам не о чем беспокоиться, дорогая Гусеница.

– Послушай, Мыш, – наконец вымолвил удивлённый Улитка, – как же ты полетишь без крыльев?

– Я говорил с мужем Ласточки, он изобретатель и сделает мне крылья. Они называются па-ра-план, – отчётливо произнося слоги, гордо заявил Мыш.

– А кто такой изобретатель? – поинтересовалась Гусеница, подметая метёлкой осколки чашек.

– Ну, это такой волшебник, который считает, что, если ты родился без крыльев, это вовсе не повод не летать, – пояснил Мыш. – Прощайте, друзья, мне ещё надо увидеться с одним… с одной… с Бабочкой. Кстати, вы не видели её сегодня?

– Она направлялась в школу танцев, сегодня у неё урок, – сообщила знавшая всё обо всех Гусеница.

Попрощавшись с друзьями, Мыш поспешил в школу танцев. Он всё ещё надеялся, что уговорит Бабочку лететь с ним. У дверей школы Мыш остановился. Из открытых окон доносились звуки вальса, которые старательно выводил на своей скрипке Кузнечик. В школе танцев он по совместительству работал концертмейстером. Мыш заглянул в окно. Бабочка порхала по залу, демонстрируя ученикам своё мастерство. Её глаза были закрыты. Она еле заметно улыбалась. В танце Бабочка казалась совершенно счастливой. Мыш понял, что никакие его слова не заставят её оставить свою школу и улететь с ним неизвестно куда.

Расстроенный, Мыш развернулся и медленно побрёл домой. Но вскоре предвкушение предстоящего приключения заставило его улыбнуться.

«Какой замечательный вечер, – подумал Мыш. – Интересно, где я буду встречать его завтра?»

Дома, магазины и даже сам Каштан сегодня выглядели иначе. Мыш остановился и взглянул наверх. Сквозь крону Каштана просвечивали яркие звёзды. Мыш никогда раньше не замечал, как они прекрасны. Он решил лечь спать. Завтра предстояло вставать рано, ещё до восхода солнца.

Глава пятаяВ путь!


Узелок с вещами лежал наготове у двери. Быстро позавтракав, Мыш взял его и вышел из дома. На полпути он остановился и посмотрел вниз. Родной газон начинал просыпаться. Вот Кузнечик скачет с полным коробом маленьких бутылочек с молоком, улитки поползли разносить газеты. Тётушка Гусеница выносит на улицу стулья и стелет скатерти на столики кафе. Газон зажил своей привычной размеренной жизнью, и только Мыш с бешено колотящимся сердцем взбирался всё выше и выше к своей мечте.

На пороге дома Ласточек Мыш отдышался и постучал. Изобретатель открыл дверь, держа в крыле маленькую отвёртку.

– Это вы? Отлично! Сегодня ветрено, вас быстро унесёт отсюда, – объяснил он, демонстрируя Мышу непонятную конструкцию из большого листа Каштана и нескольких черенков. – Я закреплю это крыло у вас за спиной. Если потянуть за черенок, крыло отклонится вправо или влево.

Ласточка закрепил параплан за спиной Мыша, и через пару минут всё было готово к вылету.

– Когда вокруг всё будет зелёное, не будет домов, дорог и машин, можно потянуть вот за этот черенок и приземлиться где-нибудь в поле, а потом продолжить путь пешком, – пояснил изобретатель.

– А куда продолжить?

– А куда угодно! Сейчас утро, и, чтобы попасть на юг, солнце должно быть слева. Я столкну вас с Каштана, и вы полетите, готовы?

Мыш не был готов, но отступать было уже некуда, и он кивнул головой. Подтолкнув Мыша, Ласточка полетел рядом, чтобы убедиться, что параплан работает правильно. Затем взмахом крыла попрощался с испуганным Мышом и вернулся к Каштану.

Мыш смотрел во все глаза. Внизу проплывали дома, другие газоны, казавшиеся с высоты маленькими зелёными блюдцами. Машины выглядели игрушечными, и Мыш даже засомневался, что что-то столь маленькое может причинить вред. Мимо пролетали необычные птицы, которых Мыш раньше никогда не видел. Они с удивлением разглядывали маленького путешественника и желали ему удачи.

Неожиданно яркий свет ослепил Мыша. На горизонте вставало солнце, это был самый настоящий и самый прекрасный рассвет.

«Надо же, – подумал Мыш. – Я сделал всего один шаг, и мечта осуществилась».

Мыш развернул параплан так, чтобы солнце оказалось с левой стороны. Тёплый ветерок подхватил его и понёс навстречу новым захватывающим приключениям.


Глава шестаяЭто правда! Другие газоны существуют!


Через неделю после того, как Мыш покинул газон, его отъезд всё ещё оставался самой обсуждаемой темой. О нём писали все газеты. Репортёры вспоминали подробности жизни Мыша, его отца и деда, думали, почему он улетел и вернётся ли ещё на газон.

Лягушка решил стать заменой Мышу. Принялся важно прогуливаться по газону, размахивая новой каштановой тростью. На его голове красовалась красивая шляпа-цилиндр. Ещё вчера он прыгал с корня на корень, но сегодня он был уже не просто помощником Мыша, а его заместителем. Он оформил подписку на газеты «Ведомости Газона» и «Каштановый Вестник». И всем своим видом давал окружающим понять, что теперь именно он и никто иной является главным посудмейстером всего газона! Он был так занят собой, что собрал очень мало каштанов. В глубине души он надеялся, что в этом году жители газона разобьют не слишком много посуды.

Лето двигалось к концу. Дети Ласточек выросли, и в одно прекрасное утро вся семья дружно улетела на юг. Постоянных пернатых обитателей на газоне не было, а чужие птицы облетали Каштан стороной. Жителям самого обычного дома всегда было некогда, поэтому они не оставляли на газоне корм для птиц и не сооружали кормушек. Помимо Ласточек, летом на газон прилетал Дрозд. Всё лето он жил на газоне, повторял азбуку Морзе и ждал. Ждал, когда упадёт первый каштан, чтобы немедленно оповестить жителей о каштанном предупреждении. Дрозд был очень важной птицей, ведь от его работы зависела безопасность всех жителей газона. Потом он собирался в дорогу, паковал всем известный красный чемодан и планировал маршрут. Он улетал не очень далеко, всего лишь в соседний лес, чтобы весной как можно раньше вернуться. Но провожать Дрозда приходил весь газон.