— Это не просто «предмет», — наконец, мой собеседник снова подал голос после возникшей восхищенной паузы, — это живая частица богини, по доброй воле отданная ею для сдерживания зла. Перо, — он осторожно притронулся к материи, скрывавшей дар богини людям, — все еще исполняет волю хозяйки, частью которой когда-то являлось. Я не смог узнать имя богини, что оставила его, но понял важную вещь. Концепция насилия настолько неприемлема для этой сущности, что она не в силах применить его даже против несущих зло. Вернее, сущность двойственна, но сказанное мною верно для ее превалирующей части, ниспославшей свой дар людям. Поэтому перо не получится использовать в бою, но его сила способна ослаблять или удерживать в плену весьма могущественных темных созданий, даже темных владык.
Невероятно… Божественный артефакт такой силы — это действительно неожиданная удача. По цене он, уверен, на порядок превосходит все то, что я получил от Клеопатры за спасение ее сына. Хотя, насколько знаю, такие вещи вообще не продают, особенно за такую мелочь, как деньги. Вот только, вспомнив услышанное в прошлом, посчитал нужным уточнить:
— А смогу ли я использовать его? Ведь созданными богами артефактами могут владеть лишь те, кому они сами их вручили. Для меня обладание таким предметом не несет угрозы? — спросил и на всякий случай убрал руку подальше от пера.
— Для вас — точно нет, — уверенно ответил Мастер. — Вы сразили того, кого перо удерживало множество веков. И теперь оно будет вам служить. Если, конечно, вы не станете использовать его, нарушая принципы создательницы, частицей которой оно являлось и чью волю несет до сих пор. Возможно, в ваших руках у пера даже откроются новые свойства. Но я безусловно могу гарантировать, что вреда оно вам не причинит.
— А другим? — тут же ухватился за царапнувший меня момент: не хотелось бы, чтобы Медж или Саймира сгорели, случайно дотронувшись до частицы богини.
— О, об этом можете не беспокоиться! — снова взмахнул руками Нирис. — Смотрите: — он приоткрыл материю и попытался взять переливающееся радужное чудо, но рука просто прошла сквозь него, не сумев коснуться. — И так будет с каждым, если только он не попытается им завладеть, желая забрать себе, или помешать в выполнении предназначения. Вот тогда оно может сжечь супостата. А так, до пера можно дотронуться, только если передать его по доброй воле. Еще я хотел бы рассказать то немногое, что сумел о нем понять. Аура подавления действует примерно на сотню шагов, существенно ослабляя любые создания Тьмы. Мелкие твари в принципе не сумеют войти в зону, создаваемую частицей богини, более могущественные сущности действовать, конечно, смогут, но не в полную силу. Практически идеальная основа для артефактов, направленных против этих созданий. Теоретически, можно создать разные магические предметы, способные усилить и направить энергию, заключенную в пере. Однако для работы с ним я даже не знаю, кого вам посоветовать: здесь нужен воистину гениальный мастер, но среди смертных я таких назвать не могу.
Нагнувшись, он достал из стола, за которым сидел, небольшой листок.
— Здесь я записал все, что смог узнать о предоставленных вами предметах. И хотя гримуар в итоге подчинить не удастся, исследование я провел полностью и причину, по которой не сработал купленный вами свиток, установил. Надеюсь, я смог удовлетворить ваши пожелания.
Замолчав, он выжидательно посмотрел на меня, и я, поняв его молчаливый вопрос, призвал Книгу, чтобы извлечь из нее две золотистые пластинки по тысяче дайнов каждая, которые и придвинул к хозяину лавки.
Одну тот тут же отодвинул назад.
— Это за упаковку, — указал на шкатулку, покрытую удерживающими печатями, в которой и хранилась Книга Гузуфа.
— Она не сможет долго сдерживать ее, — покачал головой Мастер ритуалов, — я делал ее только на время своей работы…
Но все же, чуть подумав, он взял и вторую пластину.
— А так? — и сверху на ограничивающие печати я положил перо, укрытое материей. От моего действия шкатулка даже подпрыгнула на столе, и где-то на грани восприятия стало слышно возмущенный вопль.
— А вот это будет надежно, повелитель!
Нирис даже растерялся: такое простое и изящное решение, вот только почему оно не пришло ему в голову сразу? Сила богини надежно блокирует гримуар, не дав тому возможности разрушать оковы — Тьмы в книге хватало с избытком…
Мастер погрузился в размышления о неожиданном решении, но мне уже следовало торопиться: до объявления о турнире остался всего один день, и наг ждал меня, для разнообразия на этот раз не на Арене. Что и к лучшему — вчера он был чем-то очень недоволен и загонял меня чуть ли не до смерти. Ну или просто хотел компенсировать вынужденный отдых.
— Спасибо за вашу работу, мастер, — легкий полупоклон, подчеркнувший, что эти слова не просто дань уважения, и я направился к дверям, спеша на выход, едва Книга Гузуфа и перо были спрятаны в сумке.
— У нас остались незаконченные дела, с которыми следует разобраться до турнира, — Шепчущий, болезненно сморщившись, притронулся к виску и слегка его помассировал.
Сразу после Великого аукциона кто-то попытался просканировать его память, причем воздействие было столь мощным, что наг, не ожидавший подобного, не сразу сумел отбить вторжение в свой разум. Враг даже сумел выхватить из его сознания поверхностные мысли и чувства, но дальше проникнуть не смог. То, что удалось узнать неизвестному недоброжелателю, нага не тревожило, но способ, которым это было проделано…
Это смогло удивить и даже встревожить главу Дома Змеи — он просто не мог понять, кто в силах проделать подобное. Получается, в Двойной Спирали внезапно появился столь мощный эмпат, что осмелился атаковать его, и даже сумел частично добиться успеха. Но кто это? Откуда он взялся? Кому служит? Ответов у Шепчущего не было, и это тревожило больше всего. В бою с тенью главное не начать сражаться с самим собой. Теперь он будет вынужден все время находиться настороже, контролировать свои мысли, прятать чувства и эмоции, быть готовым в любой момент к внезапной атаке, а это выматывает. Ожидание сражения порой тяжелее самого боя.
Задумавшись, он ненадолго даже забыл про Рэна, сидящего напротив, вежливо напомнившего о себе легким покашливанием.
— Медальоны охотников на монстров у меня, пора закончить историю со Скрижалями, — решительно произнес наг. — Она и так слишком долго тянется.
Взмах руки, и с соседнего столика по воздуху перелетели символы охотников за монстрами, опознавательные жетоны, которые имел каждый из тех, кто состоял в этой Лиге. Они несли в себе имена своих хозяев и записи обо всем сделанном и достигнутом ими. Убитые монстры, выполненные задания и воспоминания о последних минутах жизни, должные служить помощью и подсказкой тем, кто придет после них, чтобы отомстить за их гибель, раскрывая сильные и слабые стороны врага. Все это сумели спрятать в небольшую серебристую пластину.
— Трудно было получить их? — спросил Рэн, придвинув поближе к себе медальоны и начав поочередно вглядываться в них, мысленно сравнивая со списком имен в задании.
— Непросто, — досадливо поморщился наг, — сейчас там все осложнилось. Местные маги подавляли бунт, устроенный искателями: тем перекрыли возможность спускаться вниз за сокровищами мертвых. Сейчас, когда некроактивность упала, это стало значительно безопаснее, и владыки силы, — над столь пафосным титулом местных магов наг невольно усмехнулся, — решили присвоить их себе. Вот и перекрыли все спуски вниз, оставив местных охотников за сокровищами без работы. В итоге много погибших, город сильно пострадал. Искатели без боя не сдались: были погибшие и среди магов. Тогда те применили бьющие по площадям заклинания… В общем, пока всем было не до исследования гробниц, мои люди воспользовались моментом, хотя и пришлось отказаться от услуг нанятых мною местных команд.
— Я думаю, и остальное не оставив без внимания, — с усмешкой произнес собеседник, глядя на нага.
— Это не относится к теме нашего разговора, — сухо оборвал его Шепчущий. — Турнир — это риск, особенно если его проводит Владыка Хаоса. И ты, и я можем сделать все, что от нас зависит, и все равно проиграть, поэтому до его начала нужно уладить и завершить по максимуму все свои дела. Не тяни, — закончил он серьезно, — это дело не терпит отлагательства.
Рэн коротко кивнул.
— Хорошо, сегодня же займусь Очищающими.
— В таком случае, не задерживаю, — попрощался наг. — Время дорого, используй его с пользой. Как только все завершится, сразу же свяжись со мной.
Младший полководец, не прощаясь, быстро направился на выход из малой совещательной комнаты — время действительно дорого, а успеть нужно многое.
Палец осторожно выводит завершающие мазки, заканчивая руну «Логрис», кровь с легким шипением втягивается в куб. Я прислушиваюсь к себе в ожидании волнения или страха. С момента, когда в первый раз заставил себя воспользоваться Ключом Очищающих, прошло столько времени! Хотя нет, времени как раз прошло немного, просто событий было сверх любой разумной меры.
Невольно вспомнилось, как все это началось. Схватка Шепчущего с Тираной, забравшей себе делвмерейн, столь необходимый нагу. Мое вмешательство во время их боя, когда змеелюда сильно прижали демоны, союзники Тираны. Награда за помощь в бою — шанс на развитие без череды бесконечных убийств. Испытание и дорога в Беренхель. Проклятые Склепы, чуть не сожравшие меня, поиски медальонов, Скрижали, корона первого царя — все это сплелось в такой тесный клубок, что завершающей точкой в нем стала безумная драка демонов, духов и хаос знает кого еще. Ловушка, созданная нагом, в которую я был вынужден сунуть голову ради надежды на спасение своего родного мира…
А сейчас я не чувствую ничего, кроме желания быстрее со всем этим покончить. За последние годы я видел столь многое, что, наверное, уже утратил способность удивляться или бояться хоть чего-то. Хотя нет, страх, словно верный друг, все еще со мной, только теперь он не за себя, а за тех немногих, кто по-прежнему дорог мне.