Некритическая оценка противника и непомерное расхваливание его образа действий видна и из следующего.
В книге сообщается, что командир американского авианосного соединения готовился нанести свой первый удар в то время, когда «японские авианосцы будут заняты приемом и заправкой самолетов, возвратившихся после налета на атолл Мидуэй». Из описания этих действий следует, что расчет был сделан якобы настолько тщательно и точно, что американским самолетам удалось упредить вылет японской авиации на «пять роковых минут». Надо заметить, что в данном случае, как и в ряде других, японские авторы настолько превозносят военное искусство американских командиров, что последние были вынуждены ряд утверждений авторов опровергнуть. В предисловии к книге адмирал Спрюэнс отмечает: «Авторы незаслуженно хвалят нас за то, что мы сумели выбрать наиболее подходящий момент для нападения на японские авианосцы, когда они находились в самом невыгодном положении». По его словам, в тот момент «мы стремились застать противника врасплох и хотели поскорее нанесли ему решающий удар всеми имеющимися силами».
Даже без признания самих американцев, совершенно очевидно, что ни один командующий в данной обстановке не мог сознательно, основываясь на расчете, принять решение, при котором только пять минут определяли исход боя.
Фальсифицируя историю и искажая действительный ход событий военных лет, американская историография переоценивает значение боя у атолла Мидуэй в общем ходе и исходе вооруженной борьбы. Бой у атолла Мидуэй оценивается американскими историками, как «самое решающее сражение в ходе всей войны на Тихом океане», после которого якобы началось стратегическое контрнаступление США на Тихоокеанском театре военных действий.
В таком же духе оценивают этот бой и авторы книги. По их мнению, бой у атолла Мидуэй «явился переломным моментом в ходе войны на Тихом океане, и с этого времени Япония неотвратимо приближалась к капитуляции».
Бесспорно, что потеря японцами в бою у атолла Мидуэй четырех лучших авианосцев привела к новому соотношению сил на Тихоокеанском театре военных действий. Но, по утверждениям самих же американцев, обстановка в то время характеризовалась приблизительным равенством авианосных сил.
При таких условиях ни один из противников не мог позволить себе начать крупное наступление. По этому поводу бывший начальник штаба президента США адмирал У. Леги и своей книге «Я был там», изданной в США в 1950 г., отмечал, что «переход от оборонительной к наступательной тактике в центральной части Тихого океана начался в ноябре 1943 г.», т.е. лишь через полтора года после боя у атолла Мидуэй. Бой у атолла Мидуэй, независимо от его исхода, не мог создать перелома в вооруженной борьбе между США и Японией уже потому, что цели, которые он преследовал, были ограниченными.
Военное руководство Японии, опасаясь, что военно-морские и военно-воздушные силы США могут оказать серьезное противодействие японским операциям на юге своим давлением со стороны Гавайских островов, считало необходимым уничтожить «оставшиеся силы» Тихоокеанского флота США и тем самым ликвидировать угрозу для последующего развертывания японского наступления.
Даже на случай успешного исхода боя японское командование не ставило себе задачей дальнейшее продвижение на восток, т. е. в направлении США. Нападение на Мидуэй было предпринято для обеспечения левого фланга японского наступления в южном направлении. Другими словами, захватом атолла они пытались лишь увеличить глубину обороны на фланге своего вспомогательного направления и тыла главного направления удара по Китаю и Советскому Союзу.
Таким образом, в стратегических планах японского командования действия по захвату атолла Мидуэй преследовали хотя и очень важные, но вспомогательные цели. При рассмотрении значения боя у атолла Мидуэй для общего хода и исхода военных действий на Тихом океане следует учитывать, что японское командование, признавая трудности удержания атолла в своих руках и снабжения высаженных на него сил десанта, не исключало возможности эвакуации войск. В этом случае предусматривалось ограничиться лишь уничтожением на атолле военных объектов.
Является также известным, что после боя у атолла Мидуэй Япония продолжала сохранять общее превосходство в силах, которое позволило ей успешно провести в последующем ряд мероприятий наступательного характера против военно-морского флота США.
В этой связи, переход стратегической инициативы к США, т.. е. то, что следует понимать, как переломный момент, не мог определиться ходом и исходом боя у атолла Мидуэй.
События военных лет свидетельствуют о том, что американские вооруженные силы смогли начать наступательные действия в бассейне Тихого океана лишь после того, как результаты разгрома гитлеровских войск под Сталинградом, который создал коренной перелом в ходе всей второй мировой войны, полностью сказались на стратегической обстановке на Дальнем Востоке.
Как известно, первое крупное поражение немецко-фашистских войск в Великой Отечественной войне произошло в битве под Москвой. Это поражение означало провал стратегических планов немцев в кампании 1941 г., провал «блиц-крига». Однако советская историография не оценивает результаты этого сражения как переломный момент в войне Советского Союза против гитлеровской Германии. Лишь разгром фашистских войск под Сталинградом, завершившийся мощным стратегическим наступлением Советской Армии создал перелом не только в Великой Отечественной войне, но и во всей второй мировой войне. Авторы книги умалчивают, что героическая борьба советского народа против германского фашизма имела для активизации действий США важнейшее значение также в том отношении, что она дала США время и возможность оправиться от понесенных потерь, накопить и сосредоточить силы, привести в мобилизационную готовность и использовать свой военно-экономический потенциал, в общем превосходящий военный потенциал Японии и широко развернуть военную, в том числе судостроительную промышленность.
Надо заметить, что авторы книги часто прибегают к словам «оборонительная политика», «концепция стратегической обороны», «сохранение мира», «безопасность страны». Это делается с целью замаскировать агрессивную политику правящих японских кругов и в несоответствующем истине свете представить международную обстановку того времени.
Японские милитаристы были особенно враждебны по отношению к Советскому Союзу с момента его рождения. Подтверждением этого являются оккупация японскими войсками Советского Приморья, события у Хасана и Халхин-Гола и, наконец, создание миллионной Квантунской армии, которая вплоть до разгрома ее Вооруженными Силами СССР выжидала удобного момента для вторжения на территорию нашей страны.
Примером империалистической политики Японии является также захват Маньчжурии, агрессивная война в Китае, вторжение в Индокитай и страны Южных морей. Не случайно в переведенной на русский язык книге японских историков «История войны на Тихом океане» отмечается, что «новая история Японии — это история непрерывных войн». В этой книге говорится, что «войны и агрессии являлись той основой, на базе которой существовала и развивалась монархо-капиталистическая Япония».
Помимо отмеченных пороков имеются в книге и другие серьезные недостатки военного и политического характера, выдержанные в стиле реакционной буржуазной пропаганды. К ним следует отнести воспевание гонки вооружений, как фактора, якобы способного предотвратить возникновение войны, несостоятельные рассуждения относительно роли национального характера в решении задач войны, обвинение трудолюбивого и талантливого японского народа в неполноценности, преувеличение значения второстепенных факторов, односторонний подход к оценке отдельных фактов и событий того времени.
Таковы некоторые положения, которые следует учитывать при чтении данной книги, содержащей немало интересных для советского военного читателя сведений военно-технического характера о действиях американского и японского военно-морского флота в годы второй мировой войны.
Книга Футида и Окумия «Сражение у атолла Мидуэй», публикуется с сокращениями. Исключены места, не имеющие существенного значения.
Адмирал Владимирский Л. А.
После морской операции или сражения всегда бывает интересно и поучительно получить по возможности полную картину происшедшего с точки зрения своего противника.
В период сражения у о. Мидуэй [1] «туман войны» был достаточно густым, хотя еще до начала боевых действий наша разведка действовала безупречно. Например, мы ничего не знали о судьбе «Хирю», пока через несколько дней после его гибели наши поисковые отряды, высланные с о. Мидуэй, не обнаружили и не спасли шлюпку с несколькими матросами машинного отделения этого корабля. Точно так же в течение некоторого времени под вопросом оставалась гибель «Микума». Последний раз мы видели «Микума» вечером 6 июня. Нам удалось сфотографировать его- безжизненно лежащим на волнах океана. На носу и корме «Микума» находились оставшиеся в живых члены команды. На следующее утро наша подводная лодка, обследовавшая этот район, корабля не обнаружила. Еще пример. Только спустя много времени после сражения мы узнали, что адмирал Ямамото с семью линейными кораблями, авианосцем, крейсерами и эскадренными миноносцами находился к северу от о. Мидуэй.
Настоящая книга содержит ценные сведения о военных замыслах, которые вынашивались в Японии за несколько месяцев до начала войны, и боевых действиях, развернувшихся в последующие шесть месяцев.
Читая о событиях 4 июня, я все больше убеждаюсь в том, что судьба играет иногда большую роль в морском сражении. Авторы незаслуженно хвалят нас за то, что мы сумели выбрать наиболее подходящий момент для нападения на японские авианосцы, когда они находились в самом невыгодном положении. Полетные палубы их были забиты заправленными горючим самолетами, которые уже приняли боеприпасы и готовились к взлету. Я могу похвалиться лишь тем, что мы стремились застать противника врасплох и хотели поскорее нанести ему решающий удар всеми имеющимися силами.