таки, по классической русской литературе, воровство, взяточничество, лень, пьянство, грубость и презрение к себе подобным существовали в этой стране всегда. Да, да, я знаю, что нехорошо хаять целый народ. В любом народе есть разные люди – хорошие и плохие, добрые и злобные, вежливые и хамы, честные и воры, труженики и лодыри. Но в том-то и дело, что образ жизни каждого народа зависит от того, какие люди в нем преобладают. Скажем, у европейцев вежливость – норма, а грубость и хамство – исключение. А у русских?… Причем – на любом уровне. И всегда. Когда император Николай I беседовал с поэтом Пушкиным по-русски, он ему «тыкал». А когда переходил на французский язык, автоматически обращался к поэту на «вы». Причем, если во времена Ивана Грозного царь холопу говорил «ты» и холоп царю – тоже «ты», то в николаевско-пушкинские времена ситуация была иной: Пушкин к царю на «ты» обратиться никак не мог. Во Франции, еще в 17-м веке, Людовик XIV как-то высказался в том смысле, что нельзя оскорблять человека, который ниже по положению, ибо он не имеет возможности потребовать удовлетворения. Этот король – символ французского абсолютизма – ни к одному своему подданному никогда не обращался на «ты». Но это – во Франции. Поэтому, говоря о народе и его образе жизни, мы вправе говорить о господствующих тенденциях, которые эту самую жизнь определяют. Да, не все немцы были фашистами и нацистами. Но Гитлер, тем не менее, был избран большинством голосов, и подтасовки и жульничества с подсчетом голосов там вроде бы не было (распространенная ошибка – Гитлера никогда не избирали, да и НСДАП в ноябре 1932 года при выборах в Рейхстаг набрала 39 % голосов, Гитлер был назначен канцлером решением президента Гинденбурга – ред.). И это означает, что немецкий народ ответствен за все, что произошло в результате этого избрания. И ответственность свою немцы признали. Признал ли русский народ свою ответственность за что-либо? Нет. Виноваты всегда и во всем были другие. Перефразируя дедушку Крылова, «у русского всегда нерусский виноват». Более того, русские искренне убеждены (им это долго внушали, и им это очень нравится), что они всех всегда спасали, защищали, кормили, несли всем свет и тепло. И вообще, все перед ними в неоплатном долгу. Но так ли это на самом деле? Сделали ли русские кому-нибудь что-нибудь хорошее? Да и с какой стати? Почему они должны были делать что-то хорошее кому-то другому? Каждая страна должна прежде всего заботиться о своих интересах и благополучии своих граждан. Тогда так: сделала ли Россия что-нибудь хорошее себе и своим гражданам? Жилось ли кому-нибудь, где-нибудь, когда-нибудь хуже, чем русским в России? С африканскими или латиноамериканскими народами и племенами сравнивать не надо, иначе получится еще обиднее. (Кстати, кажется, независимость Абхазии и Южной Осетии от Грузии, кроме России, признала только Никарагуа, а также Хамас и Хизбалла. Так что кое-что общее все же есть. Чудная компания, не правда ли, – Россия, Никарагуа, Хамас и Хизбалла!) Но, в конце концов, это их внутреннее русское дело. Как хотят, пускай так и живут, и с кем хотят пускай дружат. Беда в том, что Россия на протяжении всей своей истории не только никогда не умела жить по-человечески, но и навязывала это свое неумение другим народам. Она завоевывала новые территории, вместе с их населением, и навязывала этому населению свой образ жизни. В прежних учебниках истории говорилось, что все это Россия делала исключительно по доброте душевной. В одном из советских учебников истории была даже такая фраза: «Россия никогда не вела захватнических войн». Хотя простое сопоставление территорий Киевской Руси и Российской империи (или Советского Союза) этот постулат полностью опровергало. Но в чем огромное удобство – для правителей России, – так это в том, что у русского народа напрочь отсутствует критическое мышление. Когда началась перестройка и выяснилось, что в СССР тоже бьются самолеты, существуют организованная преступность, наркомания, проституция, и случаются стихийные бедствия (до горбачевской гласности все это имело место исключительно в капиталистических странах), многие россияне стали обвинять во всем этом Горбачева, потому что до него ничего такого в стране вроде бы не было. До него – страна перевыполняла планы, давала в закрома Родины, и все были счастливы (правда, в магазинах ничего нужного не было, но это никак не связывалось в народном сознании с постоянным перевыполнением планов во всех отраслях). В общем, русским не так уж сложно поверить в то, что это Грузия напала на Россию. Присоединяли, завоевывали и навязывали многие народы в истории человечества. Одни римляне чего стоили. Однако римляне, завоевывая и присоединяя, строили дороги, водопроводы и давали завоеванным и присоединенным народам вполне разумное государственное устройство. Можно ли то же самое сказать о русских, которые постоянно захватывали новые территории, еще не сумев как следует освоить и обустроить те, которые у них уже были?… Едва ли, если исходить из того факта, что практически все народы, которые находились под властью Российской империи или Советского Союза, при первой возможности стараются любой ценой отделаться от России, и эта тенденция оправдана: например, Финляндия, отделившись от России в 1918 году, стала благополучной, процветающей страной. Россия же, «избавившись» от Финляндии, лучше жить не стала. Удивительное дело: ведь по всем географическим, политическим и прочим мотивам, – и грузинам, и украинцам, и эстонцам, и литовцам, и латышам логичнее было бы поддерживать хорошие добрососедские отношения с Россией: ведь в этой России столько нефти, газа, она такая сильная, могла бы защитить в случае чего… Ан нет – все бегут! И страны, не входившие формально в состав Советского Союза, но оказавшиеся под его пятой после Второй мировой войны, – Польша, Румыния, Чехословакия, Венгрия, Восточная Германия, – тоже. Почему они так не любят русских? Тех самых русских, которые освободили их от Гитлера? Это, кстати, по поводу того, что Россия сделала хорошего другим. Действительно, это именно Россия перебила хребет нацистской Германии. Но и тут стоит задуматься. Речь вовсе не идет о каком бы то ни было ревизионизме. Речь о другом: какой ценой это было сделано? В прекрасном советском фильме «Белорусский вокзал» звучала песня Булата Окуджавы, где были такие слова: «…А нынче нам нужна одна победа, одна на всех, мы за ценой не постоим». Вот об этих словах задуматься и стоит. Ведь чудовищная цена, которую Советский Союз заплатил за Победу, стала поводом для гордости, хотя должна была бы вызвать гнев и чувство стыда. В самом деле, в этой войне СССР (победитель!) потерял по официальным, сильно заниженным данным, 27 миллионов своих граждан. То есть более чем втрое больше, чем ПОБЕЖДЕННЫЕ немцы на ВСЕХ фронтах Второй мировой! И объясняется это не столько особой жестокостью и варварством немцев (отрицать которые немыслимо и незачем), сколько некомпетентностью советского руководства во главе с любимым вождем русского народа Иосифом Сталиным. Однако в том-то и дело, что проблема цены для очень многочисленного русского народа не стояла никогда. Ни когда Петр Первый строил Петербург, щедро заваливая чухонские болота трупами русских крепостных, – кажется, 200 000 трупов лежат под мостовыми прекрасного города Санкт-Петербурга, что совершенно не мешает русским гордиться его красотами; ни когда сталинские генералы тупо бросали на верную и ненужную гибель целые дивизии там, где при умелом командовании можно было обойтись полками. Но тех, кто умел командовать, Сталин к этому времени уже истребил. Вызвал ли террор 30-х годов и его «гениальный» организатор гнев и ненависть у большинства русского народа? Похоже, нет. Разве в России человеческая жизнь когда-нибудь хоть что-нибудь стоила? Людей там много, и замечательные русские женщины всегда нарожают сколько надо. Так что – не жалко, сколько надо, столько и положим. Русские всегда гордятся, когда платят за что-нибудь втридорога… И умом этого, действительно, не понять…В конце 80-х разговоры о грузинской независимости вызывали у меня серьезные сомнения. Я был скорее согласен с Горбачевым, говорившим, что нельзя резко рвать сложившиеся на протяжении веков связи, нельзя резать по живому. Мне казалось сомнительным, чтобы Грузия смогла выжить самостоятельно, – по крайней мере, в экономическом плане. На это грузинский писатель Джемал Карчхадзе сказал: «Трудно, конечно. Но представь себе другой вариант: что, если не Грузия, а Россия захочет отделиться, – ведь все равно придется как-то выживать, правда?…» Наверное, надо объяснить, что я был переводчиком грузинской прозы на русский язык. И мне было совершенно ясно, что при отделении Грузии от России я останусь без любимой работы, и мне придется менять профессию. И тогда мне еще действительно казалось, что можно как-то жить вместе. Но сейчас, четверть века спустя, я глубоко убежден, что, какие бы ошибки ни совершали такие грузинские руководители, как Звиад Гамсахурдиа или Михаил Саакашвили, их главное стремление – оторваться от России и примкнуть к Европе, даже, казалось бы, в ущерб собственным экономическим интересам, является правильным. Потому что Россия всем, кого подмяла под себя, принесла огромное зло и неисчислимые беды. Она принесла советскую власть – жестокую, бесчеловечную и лживую. Она принесла ГУЛаг и десятки миллионов загубленных жизней. Она принесла отсталую экономику, в которой только одна отрасль работала результативно – военная промышленность. (Освоение космоса было успешным именно потому, что истинные цели этого освоения были военные!) Кто-нибудь когда-нибудь слышал о каких-нибудь качественных товарах народного потребления российского производства? Об одежде, обуви, электроприборах, автомобилях? Автомат Калашникова – это да. Все люди в мире – и русские в том числе – стремятся носить английские костюмы, итальянскую обувь и швейцарские часы, курить американские сигареты, ездить на немецких машинах, пользоваться японской электроникой, финскими мобильными телефонами и французской косметикой и парфюмерией. Росси