. Естественно, первое, что я сделал, – позвонил на ее мобильный телефон и вдруг услышал, что он звонит в гостиной. Увидел, что трубка спокойно лежит на столе, и совсем растерялся. Все на месте, а ее нет, прямо мистика какая-то!
– Так, значит, это случилось только вчера, и вашей невесты не было всего лишь одну ночь? – изумилась Валерия.
– Вы с таким удивлением это спросили, словно я расстался с ней всего час тому назад и уже ударился в истерику, – нахмурился Руслан. – Чему здесь удивляться?
– Ну, одна ночь – это еще не повод…
– Для вас это, может быть, и не повод, а для меня повод, и весьма значительный, – перебил сыщицу Тихомиров. – У нас с Надей были не такие отношения, чтобы она могла уйти просто так, ничего мне не сказав! Да, моей невесты не было всего одну ночь. Но какую ночь? Мне кажется, что за эти несколько часов я состарился лет на двадцать! Обзванивал все больницы и морги и каждый раз умирал от страха, что вот сейчас мне скажут, что она там.
– Руслан, а вы уверены, что ваша Надежда именно пропала, а не просто ушла от вас? – напрямик спросила Лера.
– Ушла?! От меня? – безмерно удивился тот. – Нет, она не могла просто взять и уйти, я же вам говорю, что у нас были особенные отношения, – повторил он. – Да и зачем ей от меня уходить? Чего ей не хватало?
– Ну, откуда же мне знать, чего ей не хватало? – пожала сыщица плечами. – Об этом может быть известно только самой девушке. А вы, кстати, не искали, может, где-нибудь в доме лежит для вас записка?
– Нет, никакой записки нет, – отрицательно покачал головой Тихомиров. – Если бы она ее оставила, то наверняка в нашей спальне, но там нет никакого письма или записки, я обшарил каждый уголок. Я и в столовой смотрел, и в гостиной, в общем, везде, где мы обычно проводим с Надей время, когда бываем дома. Нигде ничего нет. Ни единого намека на то, что она собиралась меня бросить и уйти!
– А ее родственникам вы не пробовали звонить? Может быть, с кем-нибудь из них что-нибудь случилось и ей пришлось срочно уехать? Подругам звонили, знакомым, еще куда-нибудь?
– Никаких родственников, кроме брата, у нее нет, – нахмурился Руслан.
– Ну а друзья, подруги?
– Я никого не знаю.
– Как же так, Руслан? – удивилась Лера. – Собираетесь взять в жены девушку и не знаете ее окружения?
– Думаю, если бы оно у нее было, я бы знал.
– Вы хотите сказать, что у вашей невесты нет подруг?
– Возможно, и были когда-то. Надя живет в моем доме почти три месяца, и я не видел ни одной ее знакомой.
– Странно, – пробормотала Валерия. – Ну, бог с ними, с подругами. А ее брату вы звонили?
– Откуда вы знаете о брате? – удивленно вскинул брови Тихомиров.
– Вы мне сами только что рассказали, что познакомились со своей невестой на выставке модного художника, куда она пришла со своим братом. И упомянули, что, кроме брата, у вашей невесты нет родственников.
– Да? Я так сказал? А, ну да, все верно, – кивнул молодой человек. – В голове такой хаос, ничего не соображаю, простите, ради бога.
– Ничего, я к этому привыкла, – ответила Лера. – Я прекрасно понимаю, что ко мне не от хорошей жизни приходят за помощью. Поэтому уже давно научилась реагировать на не совсем адекватное состояние своих клиентов совершенно спокойно. Продолжайте, Руслан, – подбодрила она молодого бизнесмена. – Постарайтесь не волноваться и вспомнить все в мельчайших подробностях, от этого будет зависеть результат расследования… если, конечно, ваше дело меня заинтересует и я возьмусь за него, – не забыла отметить сыщица.
– Я даже не знаю… – растерялся он. – Записки никакой нет, машина и все ее вещи на месте, даже телефон остался на столе, – повторил он.
– А вы случайно не взяли трубку с собой? – наудачу спросила Валерия, и не разочаровалась.
– Да, он со мной, – сообщил Руслан. – Я его в карман пиджака сунул на всякий случай. Вдруг, думаю, Наденька позвонит или кто-то, кому известно, где она может быть? – возбужденно сказал он, вытаскивая трубку из кармана. – Вот, возьмите.
– Оставьте на столе, я потом посмотрю, – кивнула Валерия. – Вы не помните, с какого номера поступил последний звонок? Или, наоборот, может быть, ваша Надежда кому-нибудь звонила?
– Да, я посмотрел, последний звонок сделала Надя, она звонила мне, я как раз в это время был на ленче.
– И что она сказала?
– Ничего особенного, – пожал Руслан плечами. – Как всегда, спросила, все ли у меня в порядке и в котором часу я приеду домой.
– Вы ничего странного не заметили?
– В каком смысле?
– Ну, возможно, голос ее был не таким, как всегда, или что-то еще?
– Нет, все как обычно, – сказал молодой человек. – Она, конечно, немного расстроилась, когда я сообщил, что немного задержусь, но в остальном все как всегда.
– Руслан, и все же я вернусь к прежнему своему вопросу. Не может быть так, чтобы ваша невеста просто бросила вас и сбежала? Вспомните, вы не обидели ее чем-нибудь? Что-то такое сказали или даже сделали?
– Нет, ничего подобного не было, да и быть не могло! Вы можете мне не верить, но мы за то время, что живем вместе, даже ни разу не ссорились. Я никогда и ничем ее не обижал, даже словом, – очень уверенно ответил тот. – Да ее и не за что было обижать. Вы бы только видели ее, это ангел, ее невозможно обидеть, – ласково улыбнулся он. – У нас с Наденькой были замечательные отношения, можно сказать, идеальные. Даже моя мама была от нее в восторге, а угодить моей маме, это, знаете ли… – Он слегка замялся. – Это практически невозможно.
– Вы сказали – мама? – заметно оживилась Лера. – А вот с этого места поподробнее, пожалуйста.
– А каких подробностей вы от меня ждете? – удивился Тихомиров. – Да, у меня есть мать, Евгения Георгиевна Тихомирова, в прошлом врач-стоматолог.
– Почему в прошлом? Она на пенсии?
– Нет, какая пенсия? – улыбнулся Руслан. – Она еще молодая для пенсионерки, ей всего сорок шесть лет. Просто я решил, что моя мать может себе позволить больше не работать и жить в свое удовольствие, для этого я вполне прилично зарабатываю. Ей очень нравится путешествовать, наряжаться – она любит украшения. Я не против, пусть радуется жизни хоть сейчас и ни в чем себе не отказывает. Она ведь меня одна воспитывала, трудилась на двух работах, чтобы я ни в чем не нуждался и был не хуже других. При этом она сумела получить высшее медицинское образование! Когда она начала работать, нам стало немного полегче, но все равно она себе во многом отказывала ради меня, и я чувствую себя ей обязанным.
– Долги наши тяжкие? – улыбнулась Валерия.
– Точно, долги, – согласился Руслан. – Вот я теперь свой сыновний долг ей и отдаю. Балую, как могу, ни в чем не отказываю, чего бы ей ни захотелось, потому что искренне люблю ее. Она – моя мать, и этим все сказано. Она тоже любит меня, только, по-моему, чересчур сильно. Наверное, это нормально, ведь я – ее единственный ребенок. Но, признаюсь честно, меня эта любовь немного утомляет.
– Почему?
– Она лезет во все мои дела, старается контролировать все мои поступки, а порой даже и мысли. Почему-то считает, что я до сих пор еще ребенок и ничего не понимаю в жизни, – невесело усмехнулся Тихомиров.
– Ну, для наших родителей мы, наверное, до старости останемся детьми, у меня та же история, – засмеялась Лера. – Моя мама мне уже всю плешь проела из-за того, что я выбрала себе такую работу. Считает, что сыск – это совсем не женское дело, что я должна для нее внуков рожать, а не гоняться за преступниками. Руслан, а что вы подразумевали, когда сказали, что ваша мать лезет во все ваши дела? – спросила она. – Она пытается контролировать ваш бизнес?
– Нет, что вы, – возразил тот. – В мой бизнес она, слава богу, не лезет, да и то, наверное, лишь потому, что ничего в этом не понимает. Это касается только моей личной жизни. С самого раннего детства она тщательно отслеживала: с кем я общаюсь, с кем вожу дружбу, даже в кого влюбляюсь, – засмеялся он. – И это продолжается до сих пор, хотя, как видите, из детского возраста я давно вышел. Ведь я два раза собирался жениться, но она была категорически против моих предполагаемых жен и безжалостно забраковывала претенденток на роль госпожи Тихомировой. Все делала для того, чтобы я «вовремя одумался».
– Даже так?
– Именно так, – кивнул Руслан. – О, если б вы только знали, сколько у нас было скандалов, сколько истерик и слез, хоть из дома беги! Но, откровенно говоря, я даже благодарен ей теперь за это: ведь я встретил Наденьку! Наконец-то нашлась девушка, против которой даже моей матери нечего было возразить, и вдруг… она пропадает за неделю до свадьбы!
– А вы не думаете, что ваша мама и на этот раз…
– Нет-нет, что вы! – перебил сыщицу Руслан, поняв, что она хочет сказать. – Она сама очень удивлена исчезновением Нади и сильно переживает по этому поводу. Как это ни странно, но моя невеста каким-то невероятным образом нашла с моей матерью общий язык. Они даже к модельеру отправились вдвоем, чтобы заказать Наденьке свадебное платье. И за кольцами в ювелирный магазин мама тоже ездила вместе с нами. Нет, моя мать, как и я сам, в совершенном неведении и очень переживает, – уверенно повторил он.
– Ну, хорошо, если исключить, что Надя ушла сама и что ваша мать вне подозрений, тогда что же у нас остается? – задумчиво проговорила Валерия. – А случайно это не может быть похищением с целью выкупа? – предположила она. – Вам никто не звонил?
– Господи, Валерия Алексеевна, если бы мне звонили, зачем бы я тогда приехал к вам? – сморщился молодой человек, как от зубной боли. – Нет, никаких звонков с требованием выкупа не поступало.
– Выходит, ваша невеста пропала из дома странным образом, без видимых причин?
– Выходит, так, – согласился Тихомиров. – И я не знаю, что мне делать. Прямо чертовщина какая-то, – вздохнул он. – Вы поможете мне разобраться, в чем же дело?
– Ну, хорошо, Руслан, я постараюсь вам помочь, – согласилась Валерия. – Мне кажется, я смогу это сделать… если, конечно, мои предварительные предположения верны.