— Так с чего ты решила, что он сейчас станет тебя слушать?
— Не знаю. Просто верю в его благоразумность. Какому королю понравится, когда ушлый храмовник мнит себя императором, прикрываясь чужим именем? Сатан, возможно, и сейчас крутит всеми, кто живет при дворе. Не думаю, что это им по душе и что они не пожелают избавиться от гнета.
— Мне кажется, ты слишком наивна, — высказался Ворон, привлекая к себе мое внимание. — Юный король может тебе не поверить, и тогда итог непредсказуем. А единственные доказательства канут в лету, так и не дойдя до нужных ушей.
— И что ты предлагаешь?
— Уйти в подполье, — пожал он плечами. — Тебе нужно исчезнуть и не сражаться лицом к лицу с таким могущественным противником, который десятки лет водит за нос правителей. Нападение в открытую — это тактика Тайпана, ты для нее слишком слаба.
Задумавшись, я уставилась на танцующий на поленьях огонь, чувствуя, что прежний настрой пошатнулся.
Вдруг я и правда слишком глупа, чтобы пытаться доказать Нэрсу нечистые руки храмовника, которого он держит при себе всю свою жизнь? Что, если я совершаю ошибку, пытаясь раскрыть карты, и действительно стоило бы остаться дома и делать вид, словно ничего не произошло и никаких бумаг не существует?
Вновь перепутье, и какая дорога правильная, я не знала, бездумно вглядываясь в костер, словно он способен мне ответить.
— Ты красивая, когда задумываешься, — тихо произнес Ворон, и я удивленно приподняла брови, вновь возвращая взгляд к нему. — И правда, как пустынница. Огонь в глазах пляшет, словно душа горит.
— Не смущай принцессу, — одернул Тайпан, который занимался этим с завидной регулярностью. — Ты наелась?
— Да, спасибо. Было очень вкусно.
— Не настолько. Ты просто была голодна, — усмехнулся красноволосый. — Тогда отбой, уже завтра вечером будем у твоей кузины.
Вернув стилет в ножны, Тайпан вернулся к стреноженным лошадям, снимая с их спин тюки вещей и раскладывая спальное место.
Спать под открытым небом мне никогда не приходилось, но стараясь не подавать вида своей неуверенности и сомнений, я уложила голову на сумку с вещами и сладко потянулась.
Охранники затушили костер, пряча остатки ужина в плотный мешок для завтрака. Разложили остальные вещи, убедились, что с делами покончено, и опустились рядом.
— А вы как стали наемниками?
— Это долгая история, — протянул Тайпан, вновь устраиваясь спать на спине. — Дольше, чем твое замужество.
— Эй!
От тычка в бок мужчина рассмеялся.
— А если серьезно, то такова участь любого пустынника, который покидает земли Заарвы. Мы умеем только выживать, воевать и не боимся отсутствия комфорта. Говорят, кто-то даже пытался устроиться на нормальную службу, но репутация убийц и наемников летит впереди каждого из нас.
— А почему вы покинули родные земли?
— За тем же, что и все, — вновь укрывшись от ответа, мужчина пожал плечами. — Нами движет одна цель, и мы следуем за ней, пока не настигнем. А когда настигаем, приходит время возвращаться домой, к барханам горячих песков и оазисов.
— И какая она, цель пустынников? — от любопытства я даже перевернулась на живот, упираясь на локти. — Или это тайна, покрытая мраком?
— Никакая не тайна, но тебе о таком знать рано, — Тайпан ткнул мне пальцем в лоб и улыбнулся. — Ложись спать, принцесса. И если будет холодно, жмись ближе.
— Вот еще, — обиженно фыркнула я, укладываясь и закрывая глаза.
Глава 10
Проснулась я от странного движения рядом под собой, словно кто-то дышит ровно и спокойно, то поднимая мою голову на своей груди, то опуская. Представляя, что увижу, когда открою глаза, вновь захотелось уснуть, прогоняя восставший в голове марок, но покрепче обхватившие со спины руки разом прогнали всю сонливость.
— Ты сама прижалась, — услышав, что я не сплю, прошептал Тайпан, едва заглушая чириканье диких пташек, встречавших солнце и новый день. — Дрожала, как лист на ветру.
— Не может быть.
— Может, — выдохнул в шею Ворон, жарко обжигая продрогшую кожу дыханием. — Всю ночь крутилась, пытаясь найти тепло.
— Враки.
Тайпан уже откровенно смеялся из-за моего упрямства, а Ворон продолжал обнимать, укрывая замерзшую спину своим горячим телом.
Признаваться даже себе, что я сейчас выпутаюсь и тут же застучу зубами от холода, не представлялось возможным из-за задетой гордости. Понимая, что сама обхватила рукой красноволосого, по-свойски закинув на него ногу, я продолжала притворяться парализованной, жадно вбирая последние крупицы тепла.
— Отогревайся, принцесса. Тебя никто не прогоняет, это даже приятно.
— Соглашусь, ты мягкая, — все еще сонно буркнул Ворон сзади, и мне захотелось тоненько запищать. — И очень вкусно пахнешь, даже после дня в дороге…
— Это-то меня и пугает!
— Все, не нагнетай.
Тайпан неожиданно перевернулся набок, лицом ко мне, и, не перекрывая рук лежащего за спиной пустынника, укрыл еще и своими.
Оказавшись в плену двух могучих и на зависть мне горячих тел, я только шумно выдохнула, открывая глаза и понимая, что проклятая сережка находится прямо на уровне носа, соблазнительно сверкая зеленым камешком. Еще и татуировка так занятно вплеталась в общую картину, что казалось, будто это не камешек вовсе, а блестящий змеиный глаз, сейчас смотрящий на меня с укором.
Мол, а говорила, что не нравятся! Врунишка!
И пока выбраться не было ни единого шанса, я успокаивала себя тем, что хоть поразглядываю украшение, прогоняя неуместные мысли из головы, оказавшись запертой в чужих объятиях. В конце концов, мне так холодно, что даже двусмысленность ситуации сейчас отходила на второй план, уступая место желанию согреться.
Лишь бы стало теплее… Лишь бы стало теплее…
— Дрожишь, принцесса, — хмуро вынес вердикт Тайпан, прижимаясь щекой к моему лбу и цокая языком. — Холодная. Где замерзла сильнее всего?
— Ноги, — призналась я, затыкая проклятую гордость.
Пусть все горит в огне! Я не хочу окоченеть здесь до смерти!
Ворон на секунду приподнялся, стянул мои сапоги, схватил околевшие пятки и просунул их между своих ног, заставляя согнуть колени и сильнее прижаться к нему спиной. Тайпан тоже не стал ждать: накрыв ладонью мое бедро, обогрел его своей лапищей.
Такой горячей и чертовски большой.
Этот негодяй еще и принялся неторопливо водить пальцами по ткани, оставляя на ней теплые полосы, греющие кожу.
— Позаимствуем у твой кузины покрывала. Спать на голой земле ты определенно не готова, а нам придется это сделать еще минимум пару раз.
— Х-хорошо, — стукнув челюстью, сама прижалась лицом к голой груди и уткнувшись в нее носом, закрыла глаза. — Х-хорошо…
— Тш-ш-ш, принцесса. Сейчас станет теплее, — пообещал он, и я поверила.
Время тянулось томительно медленно, но с каждой секундой мне и вправду становилось лучше, позволяя вновь почувствовать отмороженные напрочь конечности. В них гудела вновь разогретая кровь, возвращая им жизнь, а мне принося колючую боль в венах.
Чем дольше я прижималась к мужчинам, тем быстрее отогревалось тело, и уже через десяток-другой минут я наконец начала подавать признаки жизни.
— Спасибо, мне уже лучше.
— Обращайся, — усмехнулся Тайпан и стоило мне поднять голову, чтобы попытаться выпутаться, как мужчина подхватил мой подбородок пальцами, заставляя задрать голову еще выше.
— Что?..
Договорить я не успела, как и возмутиться, потому что пустынник бесстыдно и требовательно прижался к моим губам, игриво прикусывая нижнюю и повелительно надавливая на челюсть, заставляя приоткрыть рот.
Секунда моей растерянности стоила ему победы, и горячий влажный язык властно проник меж распахнутых губ, огладив их жадно и жарко.
Черт!
Глаза закрылись сами собой. Провалившись в это ощущение, я не поняла, в какой момент проснулась жажда, утолить которую мог только вкус Тайпана, бесцеремонно прижимающегося к моему рту.
— Ты чего?!
— Это плата за тепло, — подмигнул он, когда я нашла силы отпрянуть и вскочить, уставившись на мужчину страшным взглядом. — И за приятное пробуждение.
— Почему тебе все время надо за что-то платить? И только тебе? — намекая на то, что Ворон свою плату не попросил, выкрикнула я.
— Поцелуешь, когда сама захочешь, — осек меня пустынник, поправляя капюшон и поднимаясь следом. — Я подожду подходящего момента.
— Это что, — зашипела я, переводя взгляд от одного мужчины, который спокойно собирал вещи, к другому, продолжающему лениво валяться на земле, — заговор?
— Куда нам, — усмехнулся Тайпан. — Просто соблазняем тебя. Немного. Самую малость.
— По-твоему, это забавно? Отличное развлечение, нечего сказать!..
Мужчина неожиданно поднялся, поправил штаны и за два шага оказался рядом со мной, нависая сверху каменной плитой, давящей к земле. Желание стать незаметной никогда не было таким ощутимым, но я только гордо задрала подбородок и ответила пронзительным взглядом.
— Никто не развлекается, принцесса, — алые глаза вспыхнули огненным залпом. — Я уже говорил тебе, что влюблен в твою задницу, и слов назад не возьму. Что Ворона в тебе привлекает, не уверен, но знаю наверняка, что это что-то определенно есть, раз он хоть иногда разговаривает. Так что прими как факт — нам приятно твое внимание, и тебе наше скоро понравится.
— Самоуверенный глупец, — пораженно выдавила я, прогоняя ворох рассыпавшихся по спине мурашек из-за его тона, не терпящего возражений. — Между нами договор, и только.
— Думай как хочешь, а я буду думать, как знаю, — не сдался он и принялся собирать свое спальное место, пока Ворон рядом разжигал костер, продолжая хранить верность своей немногословности.
И мне впервые стало настолько неуютно рядом с ними, что захотелось сбежать. Но, помолчав, я взвесила все за и против и приняла решение выбросить из памяти этот разговор за ненадобностью.
Я просто наняла их, не более. Нужно напоминать себе об этом почаще.