– Я… Я сделаю все, я вас не подведу… Но почему вы сами не стали этим заниматься?
– У меня нет сил, Леша. Просто нет сил. Я старый пенсионер, который внезапно узнал о своем недуге и переосмыслил жизнь. Я не верил, что у нас получится с телепортацией, поэтому не вкладывал в нее деньги. А теперь я понял, что по-настоящему важно, но у меня нет времени. И сил. Ладно, вижу, я загрузил тебя. Давай-ка допьем бутылку, вернее, я допью бутылку, а ты повезешь нас домой.
– Я же тоже пил.
– Твое состояние – одиннадцать миллиардов долларов! Даже если тебя лишат прав, ты сможешь позволить себе водителя.
– Действительно. Тогда последний вопрос: зачем вы нарисовали этот овал?
– Леша, я переосмыслил свою жизнь. И это – символ. Вся наша жизнь – вот этот овал. Идеальная фигура, как и человеческая судьба. Судьба каждого человека закольцована циклом рождения и смерти. Но в жизни есть место взлетам и падениям, поэтому круг не подходит. Продолговатые линии по бокам – это взлеты и падения, неизбежная часть наших судеб. И потом, само мироздание указывает нам правильный ответ, ибо Земля, наша планета, вовсе не шар. Земля – эллипсоид, а эллипсоид – это трехмерный овал. И мы должны написать свое будущее правильно, вписать его в овал милосердия.
– Вы серьезно?
– Конечно нет. Я ждал тебя четыре часа и вылакал почти бутылку вискаря, чем еще мне было заняться? Я вообще хотел нарисовать круг. Но он не получился, потому что меня уже развезло. Зато арабская вязь неплохо вышла!
Алексей хмыкнул и взял профессора под руку. Над заброшенными коровниками взошла полная луна, ветер ласково трепал кроны деревьев, а бродячие коты освещали глазами бетонные стены. Машина завелась, прокашлялась дымом, и Алексей с тут же уснувшим профессором неторопливо тронулся с места. Всем был отмерен свой срок, у кого-то длинный, у кого-то – короткий, каждый двигался к будущему, каждый к своему, но неизбежно вписанному в овал милосердия.
Без греха
Какой отличный день! Начало лета, светит солнце, листва на деревьях приятно шелестит. Хотя с листвой я погорячился, конечно. Чахлый бульвар у метро «Чистые пруды» не сравнить даже с маленькой березовой рощей. Но все это лирика… Главное – я разобрался со всеми текущими вопросами и уже без десяти шесть мне удалось улизнуть с работы! Через полчаса мы с моей новой девушкой (второе свидание – самое важное!) встретимся у метро и пойдем в кино… А пока у меня есть полчаса, надо потратить их с пользой и купить ей цветы.
Приятные хлопоты омрачало одно: за мной следили. Хотя на улице было довольно многолюдно, я понял, что уже пять минут за мной идет какой-то молодой человек. Он прибавлял шаг, когда я шел быстрее, и отставал, когда я медлил. Чтобы проверить догадку, я свернул с Мясницкой в переулок, и он последовал за мной. Интересно, что ему нужно? Выглядит прилично, довольно опрятный (удалось разглядеть его отражение в витрине, лицо какое-то смутно знакомое). Тут я решился на маневр – сделал вид, что ошибся переулком, всплеснул руками и, резко развернувшись, направился обратно к улице. И в тот момент, когда я проходил мимо него, наши глаза встретились. Он понял, что раскрыт.
– Сергей? – спросил он.
– Да… Мы знакомы?
– В некотором роде. Прошу прощения, что отвлекаю вас. Нам очень нужно поговорить, я не займу вас надолго.
– К сожалению, я спешу.
– Да, вы спешите на встречу с девушкой. Но вы не волнуйтесь, она опоздает.
– С чего вы взяли?
– Скажем так, я в этом абсолютно уверен.
– Рад за вас, но я думаю иначе и, как уже говорил, спешу… Всего доброго.
Я зашагал было к Мясницкой, но тут в кармане завибрировал мобильник. На экране было сообщение от Леры: «Сереж, прости, опоздаю минут на сорок. Форс-мажор! Хорошо, что лето, а не зима:-) Не замерзнешь!» С недоумением я обернулся. Человек наблюдал за мной улыбаясь. Откуда он знал? Я быстро набрал ее номер:
– Лера, привет. С тобой все в порядке?
– Да, конечно. А что у тебя с голосом?
– Просто… Да нет, все нормально.
– Извини, в универе задержали, не успеваю напудрить носик.
– Ничего страшного, до встречи!
Незнакомец терпеливо ждал завершения разговора. Какое же знакомое лицо… Я подошел к нему и поинтересовался:
– Но как вы узнали?
– У меня была проверенная информация…
Я почувствовал укол ревности. Да что он о себе возомнил?!
– А вы, собственно, кто?
– Меня зовут Александр, – ответил он, протягивая руку. – Так мы можем поговорить? Ведь у вас теперь есть время? Давайте выпьем кофе, я угощаю.
– Это как-то связано с Лерой? Да?
– Да, связано, но вы не волнуйтесь. То, что я вам скажу, скорее удивит вас, чем огорчит. – Его ладонь все еще висела в воздухе. Пришлось ее пожать.
– Хорошо, идем. Только недолго.
Усевшись за столиком и заказав по капучино, мы некоторое время молчали. Александр, сначала показавшийся развязным и самоуверенным типом, теперь не мог начать беседу. Пришлось начинать мне:
– Так что вы хотели мне сообщить?
– Я… Э-э-э-э… В общем… У меня есть к вам одна просьба… Но она покажется вам глупой. А я – сумасшедшим…
– И все же попробуйте – надо же с чего-то начать…
– Только прошу вас: дослушайте меня до конца, я готов все пояснить. Уф!.. В общем, когда вы сегодня будете заниматься сексом с Лерой, пожалуйста, предохраняйтесь! – выпалил он на одном дыхании и зажмурился.
Нет, я не смутился… Я просто-напросто остолбенел.
– Я всегда предохраняюсь… Это вообще не ваше дело!
– Поверьте, и мое тоже. Дело в том, что сегодня вы с Лерой… сумеете зачать ребенка.
– Вот как? – Я не знал, как реагировать. – А откуда вы это знаете?
– Просто поверьте. Вы же не то чтобы мечтаете стать отцом, правда?
– Возможно. А что, если я захочу привязать ее к себе ребенком? – В любой непонятной ситуации выбирайте неловкую иронию. Это почти беспроигрышный вариант.
– Так вот в чем дело… – Мой собеседник разочарованно посмотрел на меня. – Значит, это сознательно…
– Конечно! – не сдавался я.
– Я думал, это было случайно.
– Послушайте, я что-то запутался. Зачем мы с вами об этом говорим?
– Ну, раз так, мне уже все равно, сочтете вы меня сумасшедшим или нет…
– А до этого было не все равно?
– Нет, я искренне надеялся вас убедить.
– Убедить… предохраняться?
– Да. Или не заниматься сексом сегодня.
– Честно говоря, вряд ли мне сегодня что-то обломится…
– Обломится, можете не сомневаться. И мир пойдет своим чередом. Дьявол! Я так надеялся на это путешествие.
– Я правда не понимаю…
Он с грустью посмотрел на меня. Как будто от моего решения надеть презерватив зависела судьба планеты Земля!
– Да что тут понимать? Посмотрите на меня. Внимательно. Ну?
– Мы где-то встречались? Может, играли в футбол? Или учились в параллельных классах?
– Не совсем. Я ваш сын.
Я потряс головой. Этот тип действительно смахивал на меня, но как он мог быть моим сыном?
– Позвольте, но вы, кажется, на пару лет старше меня… Не мог же я… гхм… стать вашим папой в возрасте примерно минус двух лет.
– Если бы вы знали, как всего через несколько десятилетий изменятся представления об устройстве мира…
– А вы, стало быть, знаете.
– Да, – спокойно ответил он.
Я посмотрел на часы: у меня еще было минут двадцать пять. Незнакомец показался мне любопытным.
– Так просветите меня!
– Хорошо. В 2041 году от Рождества Христова была обнаружена машина времени.
– В смысле сконструирована?
– Нет, в смысле обнаружена. В Сиэтле в одном из полуразрушенных зданий был найден некий агрегат, который, как впоследствии определили, оказался машиной времени.
– Многие ученые считают, что машина времени невозможна в принципе.
– Многие ученые считают, что время – это всего лишь четвертое измерение. По которому можно двигаться как вперед, так и назад. И эти, вторые, ученые оказались правы.
– Иными словами, вы путешественник во времени.
– Совершенно верно.
– А как же временные парадоксы и все такое?
– Они существуют, но не на макроуровне. Слушайте дальше. Машину времени больше трех лет тестировали в НАСА. Собрали команду путешественников во времени, так называемых хрононавтов. И обнаружилось удивительное свойство Вселенной – эластичность.
– Что это значит?
– Это значит, что все значимые события предопределены и в любом случае происходят. То есть пирамиды в любом случае будут возведены, на Рим в любом случае набегут готские племена и разрушат его, а роман «Война и мир» в любом случае будет написан и востребован.
– Даже если я отправлюсь назад во времени и придушу Толстого в люльке?
– Да. В этом случае на один гениальный роман больше напишет Достоевский.
– Интересная концепция.
– Это не концепция, это факт.
– А как далеко НАСА зашло в своих экспериментах?
– Вы слышали о фараоне Хура?
– Честно говоря, нет…
– А имя Хеопс, или Хуфу, вам о чем-нибудь говорит?
– Конечно, его именем названа самая большая пирамида в Гизе.
– Так вот, это была пирамида фараона Хура. Просто в результате неловких действий одного из агентов Хура умер несколько раньше, чем стал фараоном. Это, пожалуй, самое значимое отличие изначального мира от того, который мы знаем сейчас. Во всяком случае, самое значимое отличие, о котором известно. Если не считать того, что теорию гравитации впервые сформулировал не Эйнштейн.
– А кто же?
– Какой-то безвестный венский физик.
– Интересно. Я думал, американцы в первую очередь возьмутся за Гитлера.
– Хотели, но было принято другое решение. Так или иначе, роль личности в истории равна нулю.
– А откуда вам все это известно?
– Как откуда? Меня же готовили как хрононавта и посвятили во все детали.
– Так вы профессиональный хрононавт?
– Нет, я скорее «космический турист». После того как эксперименты доказали, что глобальные изменения в истории невозможны, а в секрете проект не удержали, американцы решили на этом заработать. Наставив кучу ограничений и обязав будущих хрононавтов пройти жесто