Быть может, шестое десятилетие нашего века люди будущего назовут десятилетием выбора между миром и войной. Атом, который грозил гибелью всему живущему, усилиями искателей мира стал мирным.
Люди далекого тысячелетия будут знать по своей истории, что, выбирая между жизнью и гибелью, человечество выбрало жизнь. Люди первого полувека новой эры оказались тверды и последовательны в своем стремлении к мирной цели, строго хранили беспримерную мощь невиданно развившейся техники, направляя талант и упорство на то, чтобы вооружить человека в мирном труде новой силой, чтобы разорвать оковы земного тяготения межпланетными ракетами, чтобы победно вступить в космос.
Космос! В таинственный мир космоса, в беспредельный простор миллионов световых лет, к сверкающим центрам атомного кипения материи, к звездам, живущим и рождающимся, гигантским или карликовым, двойным, белым, желтым, голубым, ослепительным или черным, в мир феерических комет и задумчивых лун, планет цветущих или обледенелых, в бездонный космос, мир миров, обжитый к тысячному году коммунистической эры, впервые вступил человек в наш первый и славный ее полувек, в шестом десятилетии двадцатого века по старому календарю. Никогда не будут забыты человечеством ни первый искусственный спутник ' Земли, ни первый советский вымпел на Луне, ни первая фотография невидимой ее стороны. Никогда не будут забыты имена искателей нового, осуществивших это, как не будут забыты имена тех, кто ступит ногой на иные космические тела, откроет новые миры, бесконечно раздвинет границы человеческого познания. Гордостью истории стали ныне имена советских космонавтов - Гагарина, Титова, Николаева, Поповича, Быковского, Терешковой.
Человек стал человеком, взяв в руки дубину, использовав ее и как первое оружие, и как первый рычаг, в обоих случаях умножив свою силу. Это было сотни тысяч лет назад. Впоследствии он еще больше увеличивал свою силу, используя силу ветра, силу животных. И лишь какие-нибудь полтора-два века назад он усилил мощь своих мышц,использовав силу пара,а потом электричества.
И человек будущего благодарно оценит то время, когда искатели нового, умножившие прежде силу мускулов, научились увеличивать возможности мозга. Человеку стали служить изобретенные им электронно-вычислительные машины, появилась новая отрасль техники - кибернетика. Выполняя волю человека, машина оказалась способной не только производить расчеты, которые могли занять поколения математиков, но и решать логические задачи, даже переводить с одного языка на другой, даже… сочинять стихи или играть в шахматы. Но главное было не в этих побочных экстравагантностях новой техники, а в совершенно необозримых возможностях автоматического управления производственными процессами в наивыгоднейших режимах. Люди грядущего будут знать, что машина никогда не заменяла и не могла заменить искателя нового, но она сделала его творчество свободнее, обеспечила самые дерзкие искания, которые привели науку, технику, жизнь к высотам счастливой эры.
С этим пришло человечество к седьмому десятилетию XX века.
БУРЛЯЩИЕ ГОДЫ
Клокочущими стали первые годы десятилетия. Кипит Африка. Символом свободы и возрождения стало для африканских народов имя Лумумбы. Одна за другой встают во весь рост в Африке страны так называемой «экзотики», нищеты, гордой борьбы за свободу и алчного и жестокого угнетения.
Но древний римский принцип «разделяй и властвуй» жив, он на вооружении у современных колонизаторов, прикидывающихся «друзьями» освободившихся народов. А на крайнем юге континента колонизаторы и расисты уже не надевают масок. Исступленно цепляются они в Южно-Африканской Республике за принципы прошлого века, приговоренные «на слом» ходом самой истории.
Кипит и Азия. Право быть нейтральными народы должны, оказывается, отстаивать с оружием в руках!… Маленький Лаос стал, как говорят на Западе, Большой целью, Большим примером, ареной схватки Больших Сил… Но нет силы большей, чем сила народа. Не так просто теперь навязать ему волю заокеанских империалистов, не то теперь десятилетие, не тот век!…
Четверть века назад я написал научно-фантастический роман «Пылающий остров», который, к радости моей, и сейчас любят читатели. Это был политический памфлет, предупреждение против мировой катастрофы, которая могла распространиться на все человечество, вызванная обреченной безрассудностью империализма… Предотвратить эту катастрофу способны были только социалистические страны.
И вот сегодня я смотрю фильм того же названия. «Пылающий остров» - это фильм совсем не фантастический, документальный, о героической Кубе, но, по существу, говорящий о том же- о навязываемой империализмом, американским империализмом, катастрофе всему человечеству, готовым зажечь над «Пылающим островом» воздух!…
Когда летал над Землей первый советский искусственный спутник, по Южной Америке разъезжал в роскошном лимузине бывший тогда вице-президентом США мистер Никсон.Горячие латиноамериканцы побили камнями стекла его автомашины, а родные американцы провалили его потом на всех выборах.
Когда пролетел над земным шаром корабль-спутник с Юрием Гагариным, которого вслед за СССР признала своим героем Чехословакия и Болгария (быть может, признают своим героем и другие страны, даже вся планета Земля), на латиноамериканском острове Куба страстные революционеры побили уже не камнями, а снарядами не лимузин, а тяжелые американские танки «Шерман», разгромив подготовленные на отпущенные американским правительством деньги банды наймитов и отщепенцев, отстояв завоевания революции.
Когда совершили свой беспримерный групповой полет в космосе Николаев и Попович, в Карибском море накалялась атмосфера. И кризис, грозивший миру ужасной термоядерной войной, был предотвращен лишь выдержкой и мудростью советской стороны, добившейся от американских правящих кругов публичного отказа от нападения на революционную Кубу.
Рвет последние оковы Африка. Закончилась наконец война в Алжире. Стал свободным, и независимым Алжир, но… вопреки воле алжирцев раздаются атомные взрывы в принадлежащей им Сахаре, где все еще продолжают хозяйничать французы.
Кипит континентальная Европа, взбудоражена Англия, где простой народ не хочет атомных баз на своей территории, не хочет поддерживать безумные атомные претензии реваншистов, как не хочет того простой немецкий народ и на востоке и на западе Германии.
Кипит Европа, кипит Америка, а люди этих континентов видят на экранах своих телевизоров демонстрацию взрыва восторга советских людей, отмечающих свой Первомай!
Пусть поймут люди мира наши стремления, наши тревоги, наши заботы.
Мы отметили в год полета Гагарина высшим признанием, Ленинской премией, триумф Святослава Рихтера, первого пианиста, мира. Мы отметили таким же признанием труд наших хирургов, совершающих чудеса во имя жизни, во имя спасения людей. Не Пентагону и не сахарским генералам, а им, врачам, принадлежит благодарность потомков, и благоговейно ликуем мы, узнав об их самоотверженном искусстве и признании.
У нас не умирает человек, даже перестав дышать. Я знал академика Абрама Федоровича Иоффе, я работал с ним над любимой его проблемой полупроводников, и он не умер ни для меня, ни для всего советского народа, когда ему посмертно была присуждена Ленинская премия. Я помню, как самозабвенно, ученый и поэт науки, говорил он о будущем полупроводников, о будущем техники, о грядущем счастье людей. Он никогда не отделял грядущего от счастья. Математически он доказывал, что, крася крыши домов довольно дешевой краской, можно превращать эти крыши в солнечные электростанции, способные снабдить энергией жильцов дома. Полупроводники! Он мечтал о теплоэлектровозах, где тепло будет превращаться в электрический ток без вращающихся частей. Он рассказывал, как включил в ленинградском кино звуковую аппаратуру на полупроводниках и все подумали, что приборы перегорели - фона не было!… Он мечтал, он угадывал, указывал, начинал… Ему присуждена Ленинская премия посмертно, потому что дело его не только живет, но выросло до чудесных размеров, совершило и совершает переворот в технике!…
И конечно же заслужили Ленинскую премию те выдающиеся умы, которые сделали возможным беспримерные победы советского народа в космосе, победы, оставившие далеко позади кичливых ревнителей престижа капитализма в США.
Но мы не только ликуем, подводя итоги, вглядываясь в зовущие дали. Мы не забываем ни на минуту, что, когда больше можешь, больше надо.
БУРЕВЕСТНИКИ КОММУНИЗМА
ЗЕРНА ГРЯДУЩЕГО
От разгруженных вагонов на первых субботниках времен военного коммунизма до первого полета человека в космос идут ступени, ведущие нас в завтра. От первых шагов социалистического соревнования до общенародного стремления к коммунизму через бригады коммунистического труда, через создание новой, коммунистической морали, коммунистических традиций, до освоения новых материков плодородия и новых планет, до всенародного изобилия и небывалого могущества человеческого разума ведут нас эти ступени.
Буревестниками коммунизма стали у нас бригады, цехи, фабрики, заводы, добивающиеся права называться коммунистическими. Передовые люди нашего времени уже сегодня угадывают отношения на производстве, которые будут характерны в грядущем.
Разве не почувствуешь себя в будущем, когда сам берешь из груды денег тебе причитающиеся, когда сам принимаешь у себя изделие придирчивее любого ОТК. когда на заводе и дома, в кругу друзей и даже в одиночестве стараешься вести себя так, как будут вести себя люди в грядущем?
Коммунизм наступит не по указу. Он войдет в жизнь, в сознание людей, в их быт и работу сначала маленькими, освежающими каплями весеннего дождя, потом ручейками и, наконец, потоком, подхватывающим корабль общества.
Сегодня мы уже не удивляемся, что нет кондуктора в автобусе, а завтра не удивимся, что будем пользоваться метро и троллейбусом, как пользуемся сейчас лифтом. Мы не удивляемся, что изобретатель или вдохновенный музыкант всего себя отдает любимому труду, даже не замечая, что это труд. Не удивимся мы, когда это станет присуще каждому. Не всякий труд так прекрасен? Но скоро у каждого после выполнения общественно необходимого труда останется время и для труда особенно прекрасного. И коль уж представить себе труд в грядущем, то он будет подобен песне!