— И долго его так колбасить будет? — беспокойно заерзал на месте Макс.
— В том году неделю штормило. Надеюсь, в этом покороче будет. Все-таки не молодеет, — сочувствующе усмехнулся Майконг.
Обычно саванный лис нигде не задерживался, но клан городских рыжих оказался очень занятным. Майконг даже присоединился к спецвойскам, чтобы задержаться подольше. Правда, за неимением собственной жилплощади пришлось поселиться у командира, но скоро его собственная нора будет готова. Впервые свободный атом остановится. Майконг был уверен, что песец будет скучать по его компании, когда он съедет к себе, хотя Никс никогда в этом не признается.
— Шутишь? Ему тридцать. В самом расцвете сил, — фыркнул глава лис.
— Я бы поспорил. Иногда нудит на все сто, — в сердцах пожаловался Майконг, глядя на песца.
Они могли сколько угодно подкалывать друг друга, но лучшего понимания еще поискать. Песец был подобен цунами, Майконг — серфингисту на самой большой волне. Полярный лис — потопу, саванный лис — ковчегу. Пепельный блондин — землетрясению, а брюнет — сейсмостойкому зданию. Казалось, что этот беззаботный приятель даже гон песца контролирует, но помогает не потому, что надо, а потому, что хочет.
— Так мы ничем не можем помочь? — Макс не сводил глаз с песца.
Как не вовремя командира накрыло! Межклановый совет оборотней запрашивает все силы на помощь с восстанием Бродячих, а лисы без командира снова окажутся не у дел. Главе жуть как не хотелось вновь возвращаться к тому дню, когда и МСО, и все остальные воспринимали рыжих умными слабаками.
— Можем помочь, но Никс нас убьет, — безразлично пожал плечами Майконг.
— Чем помочь? — Рыжий Макс подобрался от любопытства, зная, что у саванного лиса самое нестандартное мышление из всех, кого он знал.
— Можно подсунуть ему молоденькую лисичку. Из рыжих по нему половина сохнет, только рады будут помочь.
— Я еще нужен клану! Только дела наладил с таким трудом, а ты меня в пекло хочешь кинуть? Никс нас не простит, если проснется женатым. А ради утехи я на это не пойду. Может, человеческую девушку ему предложим? — почесал затылок Макс.
— А девушка будет не против? — с интересом поднял голову со скамьи Майконг, удивленный легкомысленным предложением главы. От кого угодно, но от гиперответственного Макса он не ожидал подобного. Предложения мужчин сегодня друг друга стоили.
— Так мы прогоним через программу по подбору пар. Вдруг окажемся купидонами? — пояснил свою идею молодой глава.
— И что? — скептически поднял темные брови Майконг. — Итог один — с утра нас ждет смерть от рук Никса.
— Вдруг мы ему истинную найдем? Будет должен до конца жизни, — романтично усмехнулся рыжий Макс.
Майконг загорелся идеей:
— Истинную вряд ли, но чем черт не шутит. Всегда хотел посмотреть, как это это приложение работает. Тут его телефон как раз под боком. Попробуем-ка!
— А он ни разу себя не пропускал через программу, не знаешь?
Все силы новый лидер рыжих тратил на восстановление репутации и мало вдавался в дела любовные. Особенно чужие дела.
— Никогда. Говорит, что у программы слишком много недочетов и он не готов полагаться на машину. — Майконг говорил так, словно был согласен с песцом.
— Вот и посмотрим. Есть запись голоса Никса? Ага. Теперь данные заполняем, карточку рождения. Все, программа его нашла. — Пальцы Макса летали над смартфоном.
— Ого, тут и медицинские данные дамы есть! — сунул нос Майконг.
— Еще бы! Наш клан постоянно обновляет приложение, — гордо приосанился новый глава лис. — Теперь подходящего оборотню человека можно определить в два счета. Голос, отпечаток пальца, все данные из финансовых систем — тут же распознают личность. Раньше мы работали только с аудиозаписью, а теперь со всеми доступными данными. И больше ошибки, подобной той, что произошла в том году у медведей, не будет.
— А что там было? — Майконг еще многого не знал, но был очень любопытен по природе. Впрочем, как и любой лис.
— Ты не знаешь? — удивился Макс.
— Я бы не спрашивал, — фыркнул брюнет.
— Это та еще история. Знаешь Людвига из клана косолапых?
— Этого коротыша, которого так смешно назвали? Конечно помню! — поморщился Майконг, будто смешное имя доставляло ему боль.
— Так вот. Программа показала девяносто восемь процентов совместимости, представляешь? — В голосе Макса чувствовалось восхищение.
— Вот это результат. Но я чувствую подвох. — Майконг прекрасно ощущал грунтовые воды, что могли разрушить города.
— Конечно. Потому что в нем росту метр тридцать, а в девушке два пятнадцать. У них так ничего и не получилось. — Макс расстроенно почесал локоть.
— Почему? Разве размер оборотня имеет значение? — Тема размеров задевала Майконга за живое. Такой крупный в человеческой форме, в животной он был меньше шакала.
— В Людвиге дело. Он комплексовал дико, хотя стоило им заговорить, как чувствовалось — половинки.
— Она истинная? — саванный редкий экземпляр произнес это слово так, будто ставил его под большое сомнение.
— Истинная!
— Тогда не понимаю, в чем проблема? Притяжению просто невозможно сопротивляться. По крайней мере, я так слышал, — сказал Майконг таким тоном, будто ни черта не разбирался в этой теме.
— Он и не сопротивлялся. Что не мешало ему переживать из-за своего роста. В итоге парень пошел на крайние меры: ломал ноги, чтобы быть на несколько сантиметров выше. Пил всякие непонятные стимуляторы. Даже в Тибет ездил на божественную растяжку, — поделился Макс.
— И что? — захлопал глазами Майконг.
— Что-что… доэкспериментировался. На дурость пошел — позвоночник растягивать. Думал, регенерация выручит. Переборщил. Теперь ему уже ничего не поможет — калека. — Глава лис заметно погрустнел.
— Жуткая история, — скривилось прекрасное лицо Майконга.
— Теперь, если есть особенности у одного из пары, к ним обязательно подключается психолог, чтобы избежать повторения истории, — важно сообщил глава лис, явно гордый развитием.
— Бр-р-р, зачем ты мне это рассказал? Жуть. — Майконга всего передернуло.
— Сам просил.
— А зачем вообще создали это приложение? У оборотней с женщинами проблем нет.
— Это не только для мужчин оборотней, а для всех. Из-за того, что сверхи стали ограничены в выборе среди своего и ближайших кланов, началось частое кровосмешение, что почти притупило зов.
— А я слышал другую версию. Что это волки заказали программу у лис, потому что у них значительный перевес в сторону мужчин.
— Я тебе рассказал научную версию, а ты слышал народную. Можешь смиксовать, как нравится.
В этот момент загрузка завершилась. Телефон радостно известил о начале поиска, и двое таких разных лисов замерли в ожидании.
Экран сначала замигал красным, а потом раздался звук фейерверка.
— Сто процентов! — пораженно вскочили на ноги оба мужчины.
— Кто она? Можно посмотреть? — Майконг изнывал от нетерпения.
— Теперь можно многое. Ну-ка, давай-ка взглянем… — Глава лис ковырялся в данных.
— Миленькая! — оценил по достоинству появившуюся на экране фотографию Майконг.
— Послушаем ее голос? — Макс подмигнул.
— Приятный. — Саванный лис находился в раздрае. Радоваться ли за песца? Сочувствовать?
— А что с данными? — вдруг нахмурился лидер лис. — Ого… Вот и обратная сторона медали.
— Что там? Что? — засуетился Майконг.
— Ипотека, кредиты, долги. Черная метка у коллекторов. Никакой недвижимости. Никаких сбережений. Карта передвижений по городу хаотичная. Работала ветеринаром, теперь же нигде не задерживается дольше полутора часов. — Голос рыжего лиса становился все глуше.
— А сон? Она же где-то спит? — не унимался Майконг, знатный ценитель царства Морфея.
— Похоже, что нет. Ты знаешь, что значит черная метка? — поднял взгляд рыжий лис.
— Нет.
— Что ты больше не жилец. Тебя со света сживут, — пояснил Макс, который много знал о жизни обычных людей.
— Тогда чего мы ждем? Давай ему скажем! Как раз гон от задницы отойдет. В драке энергию сбросит, потом в постели…
— Подожди! Смотри внимательней медданые. Она на учете у психиатра. Даже лечение проходила, — показал пальцем в экран лис.
— Абзац, — осел на скамью для штанги Майконг.
— Еще какой.
— Что будем делать? — Саванный лис озадаченно посмотрел на песца, которого продолжало колбасить от гона.
— А что делать? Давай сотрем, пока уведомление выше не стукануло и не подключился психолог. А Никсу потом расскажем, как гон отпустит. Пусть сам решает.
— Жестоко. Может, ему лучше и не знать. Если сам решит прогнать данные — узнает. Нет, так и к лучшему? — спросил Майконг.
— Ох, не знаю. Но пока точно надо удалить результаты, — решил Макс.
Через три часа песца отпустило при помощи сугроба и едритовой матери. После ледяного заплыва Никс принял душ, переоделся и пошел на выход под дулами двух удивленных взглядов.
— Никс, нужно поговорить, — окликнул Макс.
— Я тебя найду, когда вернусь. — По одному взгляду песца стало понятно, что на торг он не пойдет. Настроение после приступа гона было воистину дерьмовым.
— Что-то срочное? — напрягся глава лис.
— Звонили по объявлению. Я и так припозднился, — слегка поморщился песец, пятерней укротив пепельные волосы. Еще мокрые после душа, они послушно легли согласно задумке хозяина. Правда, стоило тому убрать руку, как волосы снова хаотично восстали.
— Что не сказал раньше? Давай назначу замену. Тебе нельзя в таком состоянии в город.
— Там нужен я, — скромно сказал Никс, и всем стало ясно, что возникла необходимость в физической выносливости и силе песца.
— Нужна помощь? — лениво спросил Майконг, заранее зная ответ.
— Любите сугробы? — На вопрос Никса два лиса синхронно скривились. — Тем более приступ прошел, еще несколько часов спокойствия мне обеспечено.
— Так бы и сказал, что нет, — проворчал глава.
— Повышать репутацию нашего клана я предпочитаю в прекрасном одиночестве, — араписто улыбнулся песец и вышел.