— Нет. Глупо бы вышло.
— Кстати, сегодня тебя это не волновало, когда ты легким взмахом крыла предложила мне свое тело! — ехидно улыбнулся Стас.
— Я бы предпочла забыть, повела себя как дура!
— М-м-м… Вареная курочка! Вкуснятина… — восхитился Стас, приподнимая крышку над блюдом. — Давай, ешь!
— Мне неловко.
— Забыли.
Маша подвинула столик ближе и принялась резать филе птицы на две части. Стас внимательно наблюдал, как она всовывает ему вилку в руки, на которой была подцеплена половина куриной грудки.
— Это еще что? — ошарашенно спросил он.
— Я сама все не съем. Тем более, я не привыкла кушать в одиночестве, — тихо ответила она, беря руками оставшуюся половинку.
Стас пожал плечами и последовал примеру. Желанье гостьи — закон! Особенно, когда она так похожа на маму…
***
Сергей сосредоточено крутил руль, вспоминая дорогу к Милене. То, что в очередной раз выкинула эта дамочка, переходило всякие границы разумного и дозволенного. Судя по всему, Стас где-то совершил просчет, связавшись с красивой, но лживой стервой. Больше всего Сергея напрягала уверенность Милены в своих действиях. Несмотря на контракт, она продолжала упорно идти к своей цели.
Не желая отвлекать Стаса, Сергей решил сам позаботится о всех проблемах, которые подобрались слишком близко, буквально стоят на пороге и выжидают момента. Сергей прекрасно помнил слова Семена Аркадьевича о «стадной овце», а это могло значить только одно: её будут искать. И будет гораздо лучше, если Стас поскорее избавится от девчонки.
Сергей был зол, глядя на друга, который забросил все дела и вел себя, как мальчишка, которому подарили новую игрушку. Да, несомненно, для Стаса это что-то интересное и познавательное, ведь до этого он не проявлял заботы, а женщины были запретной темой. Сергей помнил, как Алиса, приступив к работе, уже на второй день распрощалась с мечтами о богатом принце.
Стукнув кулаком по рулю, Сергей съехал на обочину и включил аварийные огни. Закрыв глаза, он вспоминал, сколько раз сам пытался ухаживать за Алисой, но всегда натыкался на холод и равнодушие. Так продолжалось до тех пор, пока она открыто не высказала ему, что нищие водители её не привлекают.
Сергей, в запале, много чего наговорил. Вроде выговорился, но обиду затаил. Он слышал разговоры Нины и Алисы, что «у хозяина пройдет помутнение» и «лежачий камень вода точит», но не мог достучаться до Стаса, объяснить, что за его спиной разворачиваются полномасштабные наступательные действия. Стас ценил Нину. Она ему, можно сказать, досталась по наследству.
Посидев в тишине, Сергей окончательно привел нервы в порядок и отправился в дальнейший путь. Сейчас разберется с Миленой, а после попросит своего друга, бывшего сокамерника, пусть пробьет у своих, не терял ли кто девушку. Если терял — значит… Уложат в коробочку, перевяжут бантиком и вернут.
***
Маша издалека рассматривала красивые пакеты с лейблами известных магазинов и не решалась сделать несколько шагов. Девушка, которая выросла в обеспеченной семье, понимала, что сейчас, на ее временной кровати, лежит целое состояние. Этих денег вполне хватило бы, чтобы снять себе квартиру и пару месяцев прожить, не думая о работе.
Алиса завистливо вздыхала, но в присутствии хозяина старалась скрыть истинные чувства за маской слепого обожания. Девушка не понимала, что с ней не так, почему Стас возится с бродяжкой, словно та фарфоровая кукла. Такое положение вещей не устраивало никого. Сергей, Нина, Семен Аркадьевич — все были против, но высказаться вслух, после выговора хозяина, не смел никто.
Стас недоверчиво смотрел на Машу. Он ожидал чего угодно, но не конфронтации. Едва он переступил порог с этими чертовыми пакетами, она, словно ужаленная, отскочила в сторону и застыла как статуя.
— Ты будешь открывать? — потеряв терпение, раздраженно спросил он.
— Нет, — спокойно ответила Маша, отведя глаза в сторону.
— Почему? — удивился Стас.
— Я знаю цену… Нет, это слишком… дорого!
— Я бы так не сказал! Открой!
Маша энергично замотала головой, делая еще один шаг назад. Девушка не знала, как объяснить, что обязана ему своей жизнью, но превращаться в рабыню не хотела, не хотела продавать душу по кусочкам. Да, соблазн был огромный, но за все в этой жизни придется платить.
— Чего же ты хочешь тогда? — процедил Стас, еле сдерживая себя.
— Я хочу мои вещи! — тихо ответила Маша, краем глаза замечая выражение лица Алисы.
— Я, по-моему, уже говорил, что их вышвырнули на помойку.
— Значит другие, но дешевые… самые дешевые.
— Ты сейчас проверяешь на прочность мое терпение? Знаешь, как говорят? Дареному коню в зубы не смотрят!
— Я не буду принимать дорогие подарки!
— Значит так?
— Да!
— Отлично! — рявкнул Стас, разворачиваясь на каблуках и вылетая из комнаты.
Алиса молнией метнулась к кровати, разворачивая покупки. Маша смотрела в окно, позволяя слезам катиться по щекам. Девушка слышала восторженные «охи» и «ахи» прислуги, но не могла найти в себе силы, чтобы повернуться и попросить убрать эти вещи с глаз долой.
***
Какое-то время за спиной девушки раздавалось напряженное сопение, а после в поле зрения возникла Алиса, поддерживая платье на груди.
— Застегни, пожалуйста! — попросила она, не замечая, как Маша поморщилась. — Знаешь, а зря ты отказываешься! Если бы мне Стас сделал такой подарок…
— Можешь забрать себе всё. Считай, что этот подарок он сделал тебе! А мне, если не жалко, принеси что-нибудь из своей одежды, то, что уже не носишь! — попросила Маша, пытаясь застегнуть молнию, которая никак не хотела поддаваться.
— Блин, красотища какая, но мне нужно немного похудеть! — печально вздохнула Алиса. — Так что, это твое! Да и Стас, если увидит, вышвырнет на улицу меня…
Маша кивнула, провожая Алису взглядом. Подойдя к кровати, девушка настороженно осмотрела пакеты и принялась заглядывать в них. Маше стало любопытно, какой её видит загадочный хозяин особняка. Небось считает, что девушка обязана любить яркие цвета и коротенькие юбки.
Вопреки ожиданиям, основная часть купленных вещей была однотонной и совсем неяркой. Аккуратно перекладывая свертки, Маша наткнулась на серый спортивный костюм. Оглядев бирку, она со вздохом оторвала ее и отправилась в ванную переодеваться. Халат, конечно, хорошо, но в чужом доме хочется чувствовать себя более уверенной. Противоречивые чувства раздирали девушку изнутри. Сердце настаивало на том, чтобы Маша приняла подарок и поблагодарила Стаса. А разум панически кричал о последствиях. Память еще жива, она постоянно напоминает, какой ценой платят за доброту и как больно бывает, когда предает тот, кому доверила себя, свою жизнь.
***
— Что ты конкретно хочешь? — спросил Сергей, глядя на Милену.
— Ничего! Стаса хочу! — хитро улыбнулась она. — Ах, да! Совсем из головы вылетело, что наш мальчик совсем не по части девочек!
— Ты же понимаешь, что нарушаешь договор, на что ты рассчитываешь?
— Серёж, мне тридцать! У меня нет выхода, кроме как идти ва-банк. Или шантажом, или одиночкой сдохнуть!
— Милена, отступись! Ну расскажешь ты всем его маленький секрет, и что? Он тебя за клевету привлечет и несоблюдение контракта аукнется! Не нужно Стаса злить. Если бы он был мягким и покладистым — он не был бы тем, кем сейчас является!
— А обманывать меня — это хорошо? Это нужно? — вспылила Милена, поднимаясь из-за стола. — Конечно, давайте разложим: в правую коробочку плюшки, а в левую — мусор! Я же не дура, знаю, что он оборванку в дом привел! Спасибо, нашлись добрые люди — рассказали! Что со мной не так? Или у него только на нищенок стоит? На обездоленных?
— Милена… Прошу, не начинай! Он не спит с ней, он просто пожалел девушку!
— А мне плевать! Я всегда получаю все, что захочу!
Сергей устало потер глаза и поднявшись, пошел к выходу. Разговаривать о чем-либо больше не имело смысла. Милена прет танком, а он, маленький винтик в огромной структуре Стаса, рискует быть раздавленным. На повестке дня остался лишь одна проблема: найти хозяина бродяжки и вернуть беглянку домой. Глядишь, может и Милена успокоится, когда поймет, что девушка лишь получила временный приют.
***
Стас сидел в кресле и пытался понять, что было такого в Машином отказе, что он не смог сдержать свой гнев. Почему он так завелся, видя непослушание этой девушки, почему его задевает её жизнь?
С одной стороны — всегда обидно, когда тебя отвергают, заранее выстраивая стену, расставляя все по своим местам. Но есть и другая сторона — он ничего не требует взамен, просто возвращает долг, это ведь он выкинул лохмотья, лишив девушку последней одежды.
Дверь кабинета тихонько приоткрылась, впуская Машу. Девушка поймала его взгляд и молча пожала плечами, мол, видишь, я переоделась. Сделав несколько шагов, она поставила пакеты на диван и присела рядом.
Стас молчал, наблюдая за ней и размышляя о том, что неплохо было бы вызвать Семена Аркадьевича, пусть еще раз осмотрит девушку. Маша тоже не проронила ни звука. Она хотела что-то сказать, объяснить свой отказ, но не могла подобрать подходящих слов, способных описать все чувства, кипящие в груди. Девушка чувствовала, что он не поймет её, подумает, что она пытается набить себе цену, показать характер. Но как рассказать о тех ужасах, которые совсем недавно происходили с ней? Как довериться еще одному мужчине, после такого тяжелого предательства? Никак! Раны на сердце слишком свежие, а рубцы на теле будут постоянным напоминанием о кошмаре.