Сжигая мосты. Развод — страница 9 из 32

– Тьфу!

– Научишься еще, не бойся. Руки у тебя хорошие и сила нажима правильная. Давай, давай, продолжай… Знаешь, куда ее свози?

– Куда же, бабулечка?

– Дикий пляж на Солнечном побережье. Там сегодня пенная вечеринка и танцы. Туристы вряд ли поедут – больно крутой спуск к морю, да и место непопулярное. Но наши, местные – все там будут.

– А это мысль.

– Бородищу отрастил, как у дровосека. Целовать, как будешь?

– Разберемся, – мечтательно протягиваю я.


Клавдия Алексеевна хвалит меня за старания, обещая показать, как массажировать проблемные зоны. Кормлю питомцев и возвращаюсь в дом. Ножницами отрезаю бороду, оставляя небольшую щетину. Вроде и на человека похож.


«Божена, надень купальник и красивое платье. Поедем кое-куда. Это сюрприз», – пишу ей.


«Спасибо тебе. Буду готова через десять минут».


От нее пахнет жасмином и чистотой. В груди сладко ноет, когда она входит в мою прихожую. Улыбается и треплет по голове Ральфа, щебечет нежности Барсику, свернувшемуся в клубочек на диване. Она – сладость, трепет в груди, предвкушение в одном флаконе… Я не мыслил для себя счастья. Единственное, о чем мечтал – выбраться из болота, завязать с алкоголем, подняться с колен и снова идти… Мечты не было. Хотелось просто выжить. Да и какие у меня могли быть мечты? Дом, машина, яхта… То, о чем мечтает большинство, у меня было… А я чувствовал себя безмерно счастливым, когда удавалось прожить день без выпивки… Меня радовали закат и запах переспевших абрикос, хрупкие ростки овощей, посаженных моими руками… Жизнь в самом примитивном понимании, дикость, если хотите, то, от чего люди бегут… Все хотят комфорта. Мне тогда хотелось бытовых проблем…

– Привет, – томно произносит Божена. – Ты… Изменился. Рубашка красивая, кстати…

Ничего не красивая, обычная, просто голубая и чистая. Она привыкла видеть меня, одетого, как бомжа, вот и удивляется.

– Спасибо. Ты всегда прекрасна. Платье – просто шик.

Белое, батистовое платье на бретелях очень идет Божене. Оттеняет загар, подчеркивает румянец и блеск глаз. Я такой мечтательный стал возле нее… Диву даюсь.

– Поедем на дикий пляж. Там вечеринка и танцы. Ты плавала когда-нибудь в море ночью?

– Нет.


Машина у меня – под стать мне – старая и пыльная. Но Божена словно не замечает ничего – охотно садится на переднее пассажирское сиденье и улыбается.

Едем молча. Она с кем-то переписывается, я слежу за дорогой. А потом и мой смартфон оживает от входящего сообщения.


«Миха, твоя дамочка сейчас такое пишет! Про тебя, между прочим», – любезно сообщает мне Темыч.


«А нахрена ты лезешь туда? Договорились же!»


А самого любопытство гложет… Значит, не противен я ей? Ладно, посмотрю ночью, когда вернемся.


– Вау! Тут так по-домашнему и романтично! – протягивает Божена.


Склон и правда неудобный, но мы, цепляясь за выступы, спускаемся к берегу. Там гитаристы с голыми торсами, огромный костер и деревянный ларек с закусками и сладостями. Воздушные шары, холодильники с мороженым, открытые беседки с фруктами.

– Что за сходка, парни?

– Администрация поселка устроила перед выборами главы местного самоуправления. И все бесплатно, – ржет мужичок в тельняшке.

Людей немного – человек двадцать. Все толпятся возле еды и напитков. Собирают фрукты в пакеты, грузят арбузы в сумки на колесиках. Стыдоба, да и только…

– Идем в море, Миша. Ты же обещал. Кстати, я заметила, что изменилось – борода стала другая.

– Только не говори, что тебе нравилась прежняя.

– О, нет… Я не очень люблю бородатых мужчин, – улыбается Божена, снимая через голову платье.

– Просто у тебя их не было. Ты не смогла оценить преимуществ бороды.

Снимаю рубашку, демонстрируя ей торс. Я похудел на двадцать килограмм за два года. Мышцы стали твердыми, как камни. Даже кубики пресса выступают.

Божена скользит по мне взглядом и невольно облизывает нижнюю губу. Нравлюсь что-ли? Не понимаю. Я так оброс комплексами после измены жены, что смотрю на женский интерес по-другому… Сквозь грязную призму, что ли…

– Ну, говори. Ничего я или как?

– Очень даже. А были сомнения?

Мы стоим в рассеянном оранжевом облаке света, исходящим от костра. Блики танцуют по ее телу и отражаются в глазах. В них свет и темнота, какая-то дикость, безумие… Божена словно хочет сорваться в пропасть, но сомневается. Скованная комплексами, привитыми ее уродом-мужем, боится своих эмоций… И чего я не залез в ее переписку?

– После измены жены да… Я долгое время считал себя почти уродом, – решаюсь на откровение.

– Я и сейчас считаю себя… неполноценной и глупой клушей. Господи, я ведь… Я себя почти похоронила, веришь? Как женщина… Думала, что никогда больше не почувствую… Не важно.

Мы говорим о серьезных вещах в неподходящем месте… А, может, оно самое подходящее? Вокруг музыка, танцы, людские голоса и смех.

Ароматы пряного, горячего моря, жасмина, персиков, арбузов и крафтового пива… Все пьянит… Атмосфера, воздух, тихий шелест морских волн…

– Идем, – хватаю ее за ладонь и тяну в воду.

Мы в море одни… Два идиота, которым не нужны бесплатные арбузы…

– Ты самая красивая женщина, которую я встречал. Не воспринимай мои слова, как способ подкатить или запудрить тебе мозги. Я ведь тебя массировал и успел все рассмотреть… Хочешь, расскажи мне о своем муже? Или не о нем, а о себе. Своей жизни, увлечениях.

– Я… Миша, поцелуй меня, – шепчет она неожиданно.

Пиздец тебе, Мишаня… Ты сто лет не целовался. Никогда не любил этого. Всегда пользовался… А тут такое…

– Я… Я не умею, звездочка, – привлекаю ее к груди.

Божена разочарованно прикусывает нижнюю губу, а я тотчас припадаю к ее пухлому рту…


Глава 15.


Глава 15.


Михаил.


Внутри словно фейерверк взрывается… Кажется, сквозь меня пропускают ток, настолько это офигенно. Я как кролик Энерджайзер – готов плясать вечно. Или целовать ее…

Дрожит звездочка… Неуверенно обнимает меня за плечи и целует в ответ. Наш поцелуй почти целомудренный… Посасываю ее губки, пью вкус и аромат, впитываю их, как целебный эликсир…

Сердце барабанит в груди, разгоняя по венам кровь. Я забыл, что можно так чувствовать… Задыхаться от восторга и ничего вокруг не видеть…

Божена гладит меня по затылку, позволяя таранить свой ротик языком. Не хочу торопиться, но и от искушения полапать ее не могу отказаться… Сжимаю аппетитные ягодицы, ползу ладонью по ее животу к груди. Боже, надо заканчивать… Нельзя с ней так – нахрапом и грубо. Я хочу ухаживать, узнавать ее и раскрываться сам…

– Божена, звездочка… Думаю, нам не стоит торопиться, – шепчу хрипло, едва держась на ногах от возбуждения. Кажется, вся кровь скопилась в одном месте – я и шага не могу ступить от боли…

Последний раз секс с женщиной у меня был год назад – продавщица Люба из колбасного ларька. Потом я все больше справлялся сам…

– Спасибо, – лепечет она. Поднимает на меня пьяный, затуманенный взгляд и продолжает с улыбкой. – Мне понравилось, Миша. Я… Наверное, лет пять не целовалась.

Какой же ушлёпок ее Метлицкий! Глянул я фотографии его Анфиски – ничего особенного, как по мне. Тощая брюнетка без особых достоинств. То ли дело Божена… Аппетитная, ласковая, нежная, страстная… Господи, как я ее хочу! Наверное, если у нас дойдет по постели, я просто сдохну… На этом все и закончится.


Мы выходим из воды, обтираемся полотенцем и садимся у костра. Ввысь улетают искры, растворяются в толще чернильного неба, словно их и не было… И мои комплексы, надуманные преграды исчезают. Я хочу быть счастливым… Детей хочу… Жаль, что у звездочки с этим проблемы…


– Давно я не была так счастлива, Миша, – шепчет она, обнимая меня за плечи.

Мы танцуем под гитарные переливы. Жмуримся от ощущений, все время друг друга трогаем, гладим. Словно привыкаем…

Не желаю торопиться… Не с ней. Меня что-то останавливает… Мечтаю, чтобы Божена сама захотела близости и не списывала все на мимолетное желание.


Возвращаемся домой в задумчивом молчании. Разгоряченные, пропитанные солью моря, счастливые… Бляха муха, мне сорокет скоро, а встречаюсь с девушкой. На свидания хожу, пытаюсь понравиться…

– Заказать тебе что-то вкусное? Посмотришь сериал перед сном и полакомишься, – спрашиваю, помогая ей выбраться из машины.

Воздух дрожит от ароматов фиалок, пения цикад, едва уловимого запаха дыма… Рубашка липнет к спине от пота, по телу все еще прокатывается волна дрожи… Волнуюсь же… Даже о дурацкой стрижке и бороде позабыл.

– Сюда же не ездит доставка, – вздыхает Божена, игриво прикусывая губу.

– Я давно здесь живу. Есть свои люди. Вроде твоего Вахтанга.

– Гургена.

– Тем более.

– Хочу меренгу с малиной и настоящее пирожное «Наполеон». Рассказать, какой буду смотреть сериал?

– Конечно.

– Бриджертоны.

– Отлично. Все скоро приедет, оставь калитку открытой.


Целую ее в щеку и спешно ухожу к себе. Вернее, едва волочу ноги… Может, сбросить напряжение самому? Нет, стремно как-то…

Ральф спит в моем кресле, Барсик на кровати в спальне. На полу в прихожей лежит мертвая мышь… Мама дорогая, если Божена надумает прийти ко мне в гости, то…

– Барсик, харэ выслуживаться. Я тебя никуда не выгоню, ты хороший. Дома не гадишь, и то дело. Есть идите, – зову питомцев.


После душа заказываю пирожные и все же решаюсь вскрыть сервер и посмотреть переписку Божены. Абонент под именем «Мамочка». Ну, ну… Сейчас будут нравоучения, советы помириться с ублюдком-мужем… Может, она с кем-то еще переписывалась? Нет, с сыном и мамой… С какой-то Лилей, но там ничего особенного.


«Мамуль, я на массаж записалась. Мастер – симпатичный мужчина. Кажется, я ему нравлюсь».


«Вот и хорошо, дочка. Думаешь, мне приятно было наблюдать, как этот сученыш тобой пренебрегал?»


«Да, мам. Мне слегка за тридцать, но я чувствую себя пятидесятилетней женщиной. Уже забыла, как это – нравиться кому-то».