— О дорогой козлик! — воскликнул он. — Как я по тебе соскучился, как истосковался!
— Понимаю я, как ты соскучился, — отвечал волку козёл. — Так истосковался, что готов съесть меня! Только сейчас моё мясо жёсткое, невкусное. Ты постой здесь, а я схожу вон за ту гору и наемся дикого лука да тмина! Мясо у меня станет мягким и вкусным! Тогда и ешь!
Волк поверил козлу и согласился. Козёл ушёл за гору и больше не вернулся.
Ждал его волк, ждал. Не дождался и сам за ту гору отправился. Смотрит, а там, как говорят в народе: «Ни льва, ни его следа!»
Загоревал волк, завыл жалобно:
Эй, чего теперь выть-скулить…
Надо было смекалистей быть:
Коль ты встретил козла среди трав
Режь и ешь его без приправ.
Для чего тебе к мясу лук?
Стало хуже без лука вдруг?
Всем известно давным-давно:
И без тмина вкусно оно!
Что ж развесил ты уши, брат?
Вон уже настаёт рассвет…
Пусто в брюхе… И ноги болят -
Рыскал восемь часов подряд,
Но козла испарился след.
Где достанешь теперь еду?
Ой, в какую попал ты беду…
У-у-у!..
И голодный волк снова отправился искать добычу. Шёл он, еле ноги волочил. Мыши и крысы высовывались из своих нор и смеялись над ним. Орлы-стервятники парили над его головой и радовались: «Недолго ему ходить по горам и долам! Скоро мы попируем!»
И вдруг навстречу волку лошадь идёт.
— Я знаю, ты хочешь меня съесть! — сказала лошадь. — Но прежде мне нужно отнести в одно место важное письмо. От этого письма зависит судьба всех лошадей. Постой тут, а я отнесу письмо и вернусь обратно. Тогда и ешь меня!
— Ты хочешь обмануть меня, как тот козёл! — сказал волк. — Нет! Я не верю тебе! Нет у тебя никакого письма!
— Есть! — отвечала лошадь.
— Тогда покажи! — потребовал волк.
— Письмо под копытом моей правой задней ноги! — сказала лошадь. — Не веришь — посмотри сам!
Волк обошёл лошадь и нагнулся, чтобы заглянуть под копыто её правой задней ноги. Тут-то лошадь и лягнула волка! Да так, что у него все зубы вылетели! Волк упал, а лошадь ускакала.
Поднялся волк и снова загоревал, завыл жалобно:
Вот и вой теперь, глупый волк…
Ой, какой же ты глупый, волк!
Всё никак не возьмёшь ты в толк:
Коль увидел ты лошадь, скорей
Что есть мочи беги за ней.
Ты ведь в грамоте, брат, не мастак.
Что ж полез под копыто, дурак?
Если что и написано там:
Как давать дуракам по зубам!
А теперь ты совсем пропадёшь,
Без зубов с голодухи помрёшь.
Лошадь ржёт над тобой на лугу.
Ой, какой же ты глупый…
Уу-у!..
Скоро волк и вправду умер с голоду.
АИСТ-ТАБИБ
Было не было, а жил один волк. И был он очень прожорливым. Особенно любил он баранину. Крал овец из отары и тут же съедал.
Однажды волк так торопился, что подавился костью. Кость застряла у него глубоко в горле. Как ни старался волк, но освободиться от кости не смог. Стал волк задыхаться. Испугался он и побежал к табибу[8]. Тот осмотрел горло и сказал:
— Я не могу тебя вылечить: слишком глубоко сидит овечья кость и достать её нельзя.
Услыхал это волк и громко заплакал. А неподалёку было болотце. Вокруг него ходил аист и ловил лягушек. Услыхал аист волчий плач и подошёл к нему.
— Эй, волк! Отчего ты плачешь? — спросил аист.
— В горле у меня кость застряла! Табиб не смог её вытащить! О горе мне! Я умираю, — плача, отвечал волк.
— А ну-ка подойди ко мне поближе, — сказал аист волку. — Я попробую вытащить кость из твоего горла.
— О дорогой мой друг! — обрадовался волк. — Если ты освободишь меня от этой напасти, я исполню любое твоё желание! Вытаскивай поскорей!
Аист засунул свой длинный клюв в волчье горло и вытащил кость.
Волку сразу стало легче. Он вскочил с места и побежал.
— Эй! — закричал ему вслед аист. — А когда же ты исполнишь своё обещание?
Волк рассмеялся:
— Какое обещание, глупый аист? Радуйся, что жив остался! Ведь я мог тебя съесть, когда ты засунул свою голову в мою пасть! Сгинь с глаз и больше мне не попадайся!
Ничего не ответил волку аист, только подумал: «Не следует помогать неблагодарным!»
ВЕРБЛЮД И ОСЁЛ
Было не было, а шёл однажды караван. Шёл он по степям и пустыням, по горам и равнинам. Долго шёл караван. Устали люди, утомились верблюды и ослы, но караванбаши[9] не останавливал караван на отдых. Тогда один верблюд и один осёл решили отстать от каравана. Так и сделали. Нашли они луг, поросший сочной травой, и стали пастись. Скоро насытились, отдохнули и развеселились. Особенно веселился осёл. Он скакал по лугу, взбрыкивая всеми своими ногами. Потом остановился и сказал:
— Эй, верблюд! Мне так весело, так весело, что петь хочется!
— Ой, осёл! — испугался верблюд. — Выкинь из головы такое желание. Не то накличешь беду!
— О верблюд! О друг мой дорогой! — закричал осёл. — Если я сейчас не запою, то у меня сердце лопнет!
Не послушался осёл совета верблюда. И заревел во всё своё ослиное горло, да так громко, что даже травинки на лугу задрожали. И как раз в это время неподалёку проходил другой караван. Услыхали караванщики ослиный вопль и остановили караван. Пошли люди в ту сторону, откуда доносился голос осла. Скоро они увидели и самого осла, и его друга — верблюда. Привели их люди к каравану. Они не сняли с верблюда его прежнего груза, а навьючили ещё больше. Осла же оседлали сразу два караванщика.
— Ведь говорил я тебе: накличешь беду на наши головы своим криком. Так оно и вышло, — с укором сказал верблюд. Он еле передвигал ноги — так был нагружен.
Ничего ему не ответил осёл. Шёл он, понурив голову и сгибаясь под тяжестью своих седоков. Вдруг осёл упал и сбросил караванщиков. Сколько ни били его, сколько ни ругали, он ни с места — и на ноги не подымается.
— Видимо, занемог этот бедный осёл, — решили караванщики. — Бросать его здесь жалко. Поправится — ещё послужит нам.
Сказали так люди и взвалили осла на того же верблюда.
Караван двинулся дальше. Скоро верблюд ступил на узкую горную тропинку. Внизу — глубокое ущелье, а по ущелью бурная река бежит.
Верблюд поднял голову и сказал ослу, который возлежал на его горбу:
— Эй, осёл! Я вспомнил, как ты пел от радости. Мне сейчас тоже так весело, что плясать хочется!
— Ой! Не делай этого! — испуганно закричал осёл. — Здесь не место танцам! Ты хоть меня-то пожалей!
— Нет! Не стану я тебя жалеть! — сказал верблюд. — Ты ведь не пожалел меня: притворился больным, и вот теперь мне приходится тебя тащить. Больше я не могу терпеть! Тебя надо наказать за твоё упрямство!
Верблюд принялся танцевать, и упрямый осёл полетел в пропасть.
НЕНАСЫТНАЯ ГАЛКА
Жила одна ненасытная галка. Она ела всё подряд, что ни попадя. И не было от неё житья мелким птицам. Как ни прятались они от прожорливой галки, она всё-таки находила их и тут же поедала.
Однажды прожорливой галке попался воробей. И только галка собралась растерзать свою добычу, как воробей воскликнул:
— О галка, прекрасная галка, родственница достопочтенного ворона! Как хорошо, что я достался тебе, а не кошке!
— Не болтай попусту! — рассердилась галка. — Лучше скажи, как мне тебя съесть — с перьями или ощипанного?
— Твоя воля, прекрасная галка, родственница достопочтенного ворона! — отвечал воробей. — Как тебе угодно, так и ешь. Только у меня есть маленькая просьба.
— Говори скорей: чего ты хочешь?
— Только что ты рылась в навозе. Ты испоганила свой клюв, а моё мясо чистое и нежное. Лети к арыку, вымой клюв, а я тебя подожду.
Галка полетела к арыку. Села на берегу и только собралась вымыть клюв, как вода арыка отошла от берега.
— Вода моя чистая и прозрачная, — сказал арык. — Её пьют и люди, и звери. А у тебя клюв поганый, он пахнет навозом. Лучше зачерпни воду кувшином и вымой свой клюв.
Делать нечего, полетела галка к гончару.
— Дядюшка гончар, а дядюшка гончар! — сказала она. — Дай мне кувшин. Возьму кувшин, полечу к арыку, наберу воды, вымою клюв и съем воробья.
— Я дал бы тебе кувшин, да не из чего сделать его. Лети к Белой горе, принеси глины, и я сделаю тебе кувшин.
Полетела галка к Белой горе.
— Эй, Белая гора, а Белая гора! — сказала она. — Дай мне глины. Возьму глину, отнесу гончару, гончар сделает кувшин. Возьму кувшин, полечу к арыку, зачерпну кувшином воду, вымою клюв и съем воробья.
— Я дала бы тебе глины, да она очень твёрдая. Лети к архару, попроси у него рога. Принесёшь рога, раздробишь глину и возьмёшь её.
Полетела галка к архару — горному козлу.
— Эй, архар! — сказала она. — Дай мне твои рога. Возьму рога, полечу к Белой горе, раздроблю глину, отнесу гончару. Гончар сделает кувшин. Возьму кувшин, полечу к арыку. Зачерпну кувшином воду, вымою клюв и съем воробья.
И ответил галке архар:
— Я дал бы тебе рога, да голоден я. Сначала принеси мне свежей травы, я наемся и отдам тебе рога.
Полетела галка на луг и говорит:
— Луг, а луг! Дай мне свежей травы, я отнесу её архару. Архар наестся и даст мне свои рога. Возьму рога, полечу к Белой горе, раздроблю глину, отнесу гончару. Гончар сделает кувшин. Возьму кувшин, полечу к арыку. Зачерпну кувшином воду, вымою клюв и съем воробья.
— Дал бы я тебе травы, да трава моя очень густа, ты её не нарвёшь. Принеси лучше серп, — отвечал галке луг.
Полетела галка к кузнецу.
— Дядюшка кузнец, а дядюшка кузнец! Дай мне серп. Возьму серп, полечу на луг, срежу траву. Возьму траву, снесу архару. Архар наестся и отдаст мне свои рога. Возьму рога, полечу к Белой горе, раздроблю глину, отнесу гончару. Гончар сделает кувшин. Возьму кувшин, полечу к арыку. Зачерпну кувшином воду, вымою клюв и съем воробья.