темы или сектора, Осборн мог быть всё ещё недостаточно близок к вершине пищевой цепочки и продолжать верить в то, что во вселенной существуют более важные вещи, чем сальдо его собственного банковского счёта. «Или может быть, он просто достаточно умён, чтобы понимать, что именно кинетическое оружие проделывает с источником поступлений средств на его банковский счёт», – напомнила она себе. – «Интересно, сколько гектаров серебряного дуба мы превратили к данному моменту в золу?»
Она постаралась, чтобы её мысленная гримаса не отразилась на лице и, пока она обдумывала этот набивший оскомину вопрос, перевела взгляд на захватывающую живую картинку, проецируемую системами конференц-зала на интерактивной панели, занимающей всю дальнюю стену.
Её «эскадра» – линейный крейсер «Гоплит», лёгкий крейсер «Йент Макильвенн» и эсминцы «Абатис» и «Люнет» – была собрана на скорую руку сразу же после получения запроса Лумиса о помощи. И теперь её корабли занимали орбиту Шелкирка – основной населённой планеты Системы Лумиса – и прямая визуальная картинка транслируемая на интерактивной стене была просто захватывающей. Действительно, при других обстоятельствах, капитан, бывшая чем-то вроде знатока планетарных курьёзов, была бы, скорее всего, очарована посещённой её звёздной системой. В отличие от большинства систем Лумис имел две планеты попавших прямо в середину зоны жидкой воды звезды класса G7. Фактически, Шелкирк и его родственная планета, Тюрсо, были не только в зоне жидкой воды, но и бежали по орбите, вращаясь вокруг общего центра масс, в семи световых минутах от звезды. При всём при том, что они явно были сёстрами, близнецами они не были совершенно точно.
Шелкирк мог похвастаться всей гаммой зелёного и коричневого – особенно коричневого – с гораздо меньшим, чем Венелли привыкла наблюдать, содержанием синего, так как шестьдесят процентов поверхности этой планеты занимала суша. Часть её, как внутренний континент были довольно засушливыми областями, а вот остальные, пусть и меньшие по площади и более гористые континенты Стром и Стронсэй были достаточно комфортны. На самом деле, фактически располагаясь в субтропиках, благодаря океанским течениям и господствующим ветрам, даже «малые» континенты представляли собой значительные куски лакомой недвижимости. Конечно, расположившиеся между ними Хой и Вестрэй, занимавшие в лучшем случае семьдесят процентов от общей площади земель Шелкирка, были совсем другой историей. Венелли понимала, почему «Партия Процветания Лумиса» создала свои лагеря перевоспитания именно на Вестрэе.
Тюрсо же была полной противоположностью – великолепный сапфир блистающий на чёрном бархате космоса. Более девяноста процентов поверхности планеты были покрыты водой, а на рассеянные по океанской глади архипелаги, номинально считавшиеся сушей, регулярно накатывались такие волны, которые на большинстве планет посчитали бы – и капитан не была здесь исключением – цунами, а не обыденными приливами и отливами. «Не столь удивительно», – решила она, – «ведь «луна» Тюрсо на три процента более массивна, чем сама Старая Земля». Климат на планете тоже был… интересным, поэтому не было ничего удивительно в том, что население Тюрсо составляло крошечный процент от населения Шелкрика. С другой стороны, гигантский рыболовецкий флот Тюрсо поставлял потрясающий тоннаж морских деликатесов, позволявших диктовать экстраординарные цены гурманам Основных Миров. Может быть и не настолько экстраординарные, чтобы привлечь особое внимание Звёздной Корпорации «Инициатива, Анлимитед» к Лумису, но достаточные для того, чтобы сделать звёздную систему стоящим пунктом на торговом маршруте даже без Шелкрика. Разработка полезных ископаемых на астероидах и газовые месторождения трио газовых гигантов в системе компенсировали бы, несомненно, любые эксплуатационные издержки ЗКИА, но реальное сокровище Системы Лумис заключалось в рощах серебряного дуба на Шелкрике.
Франсин Венелли была профессиональным космонавтом, привыкшей к компактным жилым помещениям на борту судна или орбитальной станции. Она не мыслила в терминах планетарных жилых помещений и не понимала потребности богатых «наземников» в обширных и просторных домовладениях. Собственно говоря, она действительно не понимала обаяния «природных» материалов, так превозносимого некоторыми встречавшимися ей людьми. Долговечность, практичность и внешний вид были намного более важны для неё, нежели непосредственное происхождение материала, и древесина была довольно…блин… некачественным материалом, когда дело касалось строительства межзвёздных кораблей.
Несмотря на это, даже она была поражена изумительной красотой серебряного дуба Шелкрика. Плотная, зернистая, восхитительно тонированная, в завораживающих узорах древесина была похожа на голографическую картину, словно самой природой предназначенную усмирять буйство темперамента. Что-то в её текстуре – наполовину видимое глазом, наполовину воображаемое, подчёркнутое благородных блеском серебряных зёрен глубоко внутри древесины насыщенного вишнёвого цвета – было словно визуальный эквивалент почти не слышимой флейты тихо звучащей на краю сознания или как нежный, расслабляющий массаж. Даже беглого взгляда на стены зала, обшитого такими панелями, оказалось достаточно, чтобы заставить женщину почти позабыть о её злости на людей из правительства Системы Лумис. Она решила про себя, что больше не будет удивляться астрономическим ценам этой древесины на главных торговых площадках галактики и её востребованностью среди скульпторов, дизайнеров мебели, а также в качестве строительного материала.
Если уж честно, ресурсов системы было более чем достаточно, чтобы обеспечить всему населению Лумиса комфортный уровень жизни... за исключением, конечно, той маленькой проблемы, что население системы не контролировало эти ресурсы. Основную часть, по крайней мере. Последние сорок пять стандартных лет этот контроль принадлежал Звёздной Корпорации «Инициатива, Анлимитед» со штаб-квартирой в системе Люкастра, всего в семидесяти световых годах от Солнечной системы. ЗКИА добилась от ППЛ типичного для межзвёздной корпорации права столетней аренды и именно этот, извилистый и обходной путь, с которым пограничный флот вообще и Венелли в частности была слишком хорошо знакома, объяснял, почему она и её корабли находились на орбите Шелкрика в данный конкретный момент.
Венелли оторвалась от разглядывания картинки с камер внешнего вида и перевела взгляд на Осборна.
– Как, чёрт возьми, ситуация стала настолько скверной? – Сквозь зубы поинтересовалась она.
Её собственные слова удивили её – изначально она собиралась задать совершенно другой вопрос. И уж абсолютно точно – это была далеко не самая тактичная формулировка, с любой точки зрения, но гримаса отвращения на лице начавшего отвечать Осборна была адресована не ей.
– Это было совсем не трудно, – пояснил он, – с таким идиотом как Загорский у руля.
– А я полагала, что вызов исходил от президента МакМинн и госсекретаря МакКуори, – саркастически заметила Венелли.
– Президент МакМинн уже настолько стара, что – не сомневаюсь – утро у неё начинается с реанимации, – тон Осборна был достаточно кислым, чтобы прожечь лист асбеста. – МакКриммон – вот кто действительно сейчас отдаёт приказы в ППЛ. Он, вероятно, предпочёл бы, если б только мог, отправить МакМинн в далёкий тихий дом престарелых или на ещё более тихое кладбище, но она – всё ещё Любимый Лидер Партии. В общем, одна из тех небольших проблем, возникающих там, где политические деятели поощряют культы личности.
Венелли кивнула. Эйлса МакМинн и её муж были лидерами Партии Процветания, когда та захватила власть в результате быстротечного кровавого переворота, но к настоящему моменту Кит МакМинн был мёртв уже более двадцати стандартных лет, а самой Эйлсе было хорошо за семьдесят. И она не была реципиентом пролонга. Вице-президент Тайлер МакКриммон – её общепризнанный неизбежный преемник – был более чем вдвое моложе её, но она всё ещё являлась публичным лицом Партии. МакКриммон, возможно, и был серым кардиналом, но всё же нуждался в королеве на троне для придания легитимности своим распоряжениям.
И он также нуждался в Зенге МакКуори и её Объединённых Силах Гражданской Безопасности, как основной подпорке Партии Процветания. К счастью для МакКриммона, МакКуори всё ещё была в какой-то мере новичком в правительственном кабинете (её предшественник и наставник, Лачлан МакЭндри, был – до его недавней смерти из-за неуказанных «проблем со здоровьем» – одним из «старых товарищей МакМинн»). Она столь же нуждалась в нём, насколько он нуждался в ней, по крайней мере, пока.
– Часть проблемы, – продолжал Осборн, – в том, что ППЛ после Революции не избавилась от МакРори. Просчёт на совести МакМиннов, но, сама понимаешь, несколько затруднительно обвинить их в этом. – Он поморщился. – Тэвис III, возможно, имел добрые намерения, но никогда не был сильным королём, и действительно казалось, что большинство его подданных не возражало, когда он «добровольно» отрёкся от престола пользу Партии. Мне кажется, что Кит и Эйлса не хотели рисковать и одевать на представителя династии венец мученика, так что я всё-таки склоняюсь к тому, что его смерть вскоре после Революции последовала от по-настоящему естественных причин. Но МакМинны при этом фактически оставили в покое и его семью, возможно потому, что у Клана МакРори очень много родственных связей в соседних системах. Да, естественно, им запретили заниматься политикой – и внутренней и внешней – и пристально следили за ними, но по-настоящему их не преследовали и не «поощряли» эмигрировать. И пока дела шли достаточно хорошо, это всё не имело практически никакого значения, но после того, как «Инициатива, Анлимитед» получила контроль над системой и начала прессовать местных, всё больше людей начало вздыхать о старых добрых времена и «Хорошем Короле Тэвисе». Разумеется, к тому времени он уже был благополучно мёртв, но вот его сын крутился поблизости.
– И он затеял интригу с целью возвращения власти, не так ли?