– Я просто предложила пообедать. Грубить было не обязательно, – мрачно проговорила она. – Можно подумать, я собираюсь сделать с тобой что-то неприличное.
– Детка, – юноша усмехнулся, – для того чтобы делать со мной неприличное, ты слишком ни о чём. Кроме этой части разве что…
И для пущей наглядности Влад протянул руку к её груди. Он хотел ещё что-то добавить, как вдруг услышал хруст, а ещё через мгновение резкая боль пронзила запястье. И хотя Владислав не мог пожаловаться на отсутствие мышечной массы, Мати схватила его с такой силой, что он чувствовал: ещё немного и будет перелом.
– Ясно. Я учту, – в этот момент её взгляд вспыхнул жёлтым. Однако девушка почти сразу овладела собой, и глаза снова стали тёмными.
Матильда отпустила его руку так же резко, как и схватила. И быстрым шагом вышла из аудитории, ни разу не обернувшись.
– Это что сейчас было? – присвистнул Берти, который до этого с кем-то болтал и стоял слишком далеко, чтобы видеть происходящее.
– Да ничего. Встретил ещё одну звериную.
– Не видел её раньше в «Клыках». И кто она?
– Судя по хватке, слониха, – проворчал Влад, потирая травмированную руку. – Ладно, фиг с ней. Пошли в столовку. Я голодный как волк.
– Можно и без «как», – усмехнулся Бертрам, вызвав у Влада своей шуткой очередное закатывание глаз.
Взгляд Матильды
В столовой главного корпуса голодные студенты, словно стайка рыб, атаковали буфет, пока их товарищи искали свободные места в зале. Помещение, рассчитанное человек на сто, в большой перерыв вмещало в два, а то и в три раза больше посетителей. В это время там яблоку негде было упасть. К счастью, Эрик освободился пораньше и успел купить обед и занять места.
«Так и знала, что не стоило подходить к этому напыщенному индюку! Это просто уму непостижимо! Что он себе вообще думает?! Я-то всего лишь хотела проявить вежливость, а в итоге… в итоге… Чёрт, сама-то я о чём думала? – Мати никак не могла отпустить ситуацию. – Позорище! Теперь этот тип решит, что я к нему клеилась! Аргх, где был мой мозг в этот момент?!»
– Мэтс! Мэтс! – Эрик махал рукой перед лицом сестры, пытаясь привлечь её внимание.
– Что?! – рявкнула она, и в столовой на секунду воцарилась тишина – все взгляды устремились на Матильду.
– Полегче, – глаза Эркюля округлились от неожиданности. – Я только хотел спросить, будешь ли ты свой йогурт.
– А… нет… Можешь забрать его.
– Ты о чём так задумалась? Уже минут пятнадцать в облаках витаешь, – юноша выжидательно посмотрел на сестру, но, не дождавшись ответа, продолжил сам: – А, зна-а-а-ю – сексуальные фантазии, – протянул он, пару раз подняв и опустив брови. – Ну же, поделись с братиком!
– Ты, Эрик, последний в списке тех, с кем я буду ими делиться, – бросила Матильда, для наглядности указывая на парня вилкой. – Кстати, где Вэра потерял? – она оглядела столовую в поисках друга.
– О-о-о… это надо было видеть! – сквозь смех проговорил Эрик. – Он меня убьёт, если я расскажу!
– Ладно, не рассказывай, – безразлично сказала Мати и принялась за обед, прекрасно зная, что упрашивать брата не нужно, он и так всё разболтает.
– Ну ладно, расскажу, – заторопился Эркюль, явно желая поделиться историей. – В общем, мы сегодня играли в баскетбол…
– А потом я передал пас этому… коротышке, но, походу, не рассчитал: он потерял равновесие и упал прямо на Бетти, которая сразу заверещала про какое-то там домогательство и залепила ему таку-у-у-ю пощёчину… Правда, она немного промазала, столько кровищи полилось. Я уж подумал, она ему нос сломала, – сквозь смех рассказывал парень из сидящей за соседним столом компании.
– Собственно, Вэр пошёл в медпункт, – закончил историю Эрик недовольный тем, что его опередили.
– Это ни капли не смешно, – Мати неодобрительно покачала головой, с укором глядя на брата. – Она что, совсем больная?! Какое, к чёрту, домогательство?! – переживания за друга подхлёстывали гнев девушки.
За соседним столиком раздался громкий хохот:
– Стопроцентный доходяга! Это ж надо быть таким неудачником! – похоже, парень за тем столом наконец закончил смаковать подробности «очень смешной» истории.
«“Коротышка”, “доходяга”, кажется, сыпать оскорблениями – фишка сегодняшнего дня», – подумала Матильда и, прежде чем успела хорошенько обмозговать это решение, выкрикнула, поднимаясь с места:
– Эй, суперспортсмен! Заканчивай свою тираду!
– А тебе какое дело? – огрызнулся выскочка, нагло ухмыляясь.
– Мне не нравится, когда оскорбляют моих друзей! Поверь, если прилетит от меня, тебя в медпункт на носилках унесут! – громко заявила Мати, распаляясь всё больше.
– Что ты там пискнула?! – спортсмен явно был не прочь попререкаться.
– Мэтс, пойдём уже, – шепнул Эрик, незаметно дёрнув её за рукав бежевой кофты. – Ты ничего здесь не докажешь. Не связывайся, – он видел, что Мати в опасном настроении, и понял, что нужно увести сестру прежде, чем она сорвётся. – Пойдём, посмотрим, как там Вэр.
– Ладно, – сказала Матильда, вздохнув. – «Что поделать, если наш универ превратился в рассадник мудаков?!»
Взгляд Эркюля
«…доклад сделал, пропущенную лекцию по экономике переписал, кажется, всё. А-а-а, блин, завтра ж ещё этот семинар по истории. Нужно подготовиться… хотя ладно, фиг с ним. Пора собираться в клуб».
Эркюль Харкер никогда не парился по поводу заданий. Он вообще редко из-за чего-то парился. Юноша с рождения не отличался чувством ответственности, хотя был далеко не глуп. Плюс он мог казаться очень обаятельным. Харизма и «смазливая мордашка», как называл это Вэр, очень помогали парню в жизни. Например, весь женский преподавательский состав просто души в нём не чаял. А посему абсолютно неважно, готовился Эрик к семинару или нет. Проблем не возникнет, в этом он был уверен.
Хотя было кое-что, что немного беспокоило, – его сестра. Она пребывала в скверном настроении. Эрик ещё после первой пары заметил, что что-то не так. А потом эта ситуация в столовой… Спрашивать, что её расстроило, было бесполезно. У Мати с детства была привычка замыкаться в себе. В таких ситуациях, сколько бы он (а впоследствии и Вэр) ни пытался её разговорить, она делала вид, что не знает, о чём речь. Со временем парни поняли, что переиграть Матильду в игру «Военнопленный на допросе» им никогда не удастся, поэтому Эркюль просто старался развеселить сестру.
Он спустился в гостиную, где уже собрались почти все обитатели коттеджа. Мати сидела в своём любимом кресле и читала очередную книгу – в таком виде её можно было застать практически каждый вечер. На пушистом зелёном ковре, ковыряясь в ноуте, сидел Хей. Он приехал по обмену из другой страны. Эрику было достаточно одного взгляда, чтобы понять – этот парень обречён на одиночество в университете: тучный, с дурацкой стрижкой «под горшок», вечно стесняющийся задрот…
«Ох уж эта Мати со своей дурацкой привычкой жалеть бездомных животных, – в очередной раз подумал юноша, вспомнив, на какие только ухищрения он ни шёл, чтобы Матильда передумала… Но в итоге панду-неудачника пришлось взять к себе. – В детстве тащила домой котов и собак, а теперь вот это. Новый питомец, который ест как слон и спит как сурок».
На диване расположился Вэр и, укутавшись в голубой мохнатый плед, пил любимый фруктовый чай. Периодически юноша подносил большую кружку к лицу, наслаждаясь теплом, или крутил её в руках, грея пальцы.
«Мерзляка, – Эрик подавил усмешку и сел на ковёр рядом с Хеем. – Осталось дождаться сестричек».
Вскоре в гостиную спустились Кассандра и Полина. Внешне абсолютные антиподы: Касси – зеленоглазая блондинка с асимметричным каре, Поли – длинноволосая брюнетка с тёмно-карими, практически чёрными глазами и кожей цвета эбенового дерева. Они вот уже два года были не разлей вода. У всех давно сложилось впечатление, что мозг у девчонок один на двоих. Не в плане умственных способностей, нет. Просто иногда подруги даже двигались и говорили синхронно, будто заранее репетировали.
– А не сходить ли в клуб? – сказал Эрик как бы между прочим, когда сестрички наконец устроились на диване.
– Ты же вроде и так туда собираешься, – ответила Мати, не отрываясь от книги.
– Я имею в виду, а не сходить ли нам в клуб?
– Э-э-э, с чего такая честь? – Касси и Поли явно заинтересовались разговором. – Обычно от тебя хрен дождёшься такой милости, – начала блондинка.
– Мы же балласт, который мешает тебе снимать девчонок, – закончила её мысль брюнетка.
– Я просто переживаю за Вэра! – Эрик многозначительно посмотрел на друга, который от неожиданности поперхнулся чаем. – После того, что сегодня случилось, думаю, ему надо развеяться.
– Разве что по ветру, – буркнул Вэртер, одарив собеседника скептическим прищуром. Но не только его это удивило: на Эркюля уставились все. Настолько это было не в его стиле.
В этот момент он начал сильно сомневаться в правильности своей идеи. Положение спас Вэр. Всё-таки пятнадцать лет знакомства не прошли даром. И, несмотря на то что Эрик и Вэртер никогда не ладили, они очень хорошо понимали друг друга. Поэтому блондин быстро смекнул, для чего этот аттракцион невиданной щедрости.
– Отлично. Я согласен, – поспешил исправиться он. – Давайте сходим. Девчонки, вы как?
– Мы за любой кипиш, кроме голодовки! – «Это было и так понятно. Сестрички всегда любили потусить».
– Погоди, погоди, ты серьёзно?! – Мати отложила книгу в сторону и посмотрела на Вэра. – Ты же ненавидишь клубы.
– Я? Когда я такое говорил?
– Да постоянно! Ты всегда говоришь, что клубы для имбецилов…
– Ну, значит, я передумал. Наверно, Бетти слишком сильно мне заехала. Потому что прямо сейчас у меня возникло непреодолимое желание потрясти булками, – Вэр скинул плед и, поднявшись с дивана, изобразил нечто, отдалённо напоминающее танец. – Так что, идём?
– Только если ты пообещаешь никогда больше не произносить фразу про булки, – Мати аж передёрнуло.