– Ладно, – сказал Влад, медленно отлипая от стены. – Может, всё-таки обсудим проблему? Хотя сомневаюсь, что теперь удастся договориться, – его глаза стали ярко-жёлтыми, зрачки расширились. – Не хочется связываться с девушкой, но, похоже, выбора у меня нет. Будет неприятно, но потом сама же спасибо скажешь, – его зубы и ногти удлинились, сила прилила к мышцам, а обоняние стало в разы острее. Характерная волчья черта.
«Блин, а она приятно пахнет! Кто бы мог подумать? – Владислав глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматом. – Так, сейчас не время. Она, похоже, настроена разорвать меня на куски. Как остановить её, но при этом не особо сильно поранить?»
Мати наклонилась и застыла, как пантера, готовая броситься на свою добычу.
«Она явно выжидает. Кошачьи звериные быстрые и ловкие. Лучше всего загнать её в угол, где она не сможет уклониться. Ей некуда будет отступать, и я воспользуюсь грубой силой».
Влад подхватил стоящий на полу пуфик и кинул его в Матильду. Та мгновенно увернулась, но на это он и рассчитывал. Не давая противнице времени сориентироваться, юноша бросил в неё ещё один… После пяти или шести брошенных предметов, Владислав наконец достиг цели. Мати оказалась зажатой в углу между стеной и окном, выходившим в общий зал. Лучшим вариантом было сбить её с ног и прижать к полу. Парень в два прыжка пересёк расстояние, разделявшее их, вскинул руки, но они схватили лишь воздух. Матильда с молниеносной скоростью уклонилась от атаки и, оказавшись справа, нанесла удар коленом прямо в солнечное сплетение, вышибив весь воздух из лёгких противника. Владислав согнулся пополам и закашлялся, пытаясь вдохнуть. Мати уже собиралась ударить ещё раз, как сзади её схватил Марк. В медвежьих объятиях её руки оказались прижаты к туловищу. Берти тут же попытался связать их каким-то шнуром, но получил такой удар головой, что мгновенно вырубился.
– Да что она за монстр такой? – Марк почувствовал, как его руки разжимаются. Ещё секунда и Матильда освободилась, а затем, не разворачиваясь, заехала ему локтем в лицо. Юноша охнул от боли и осел на пол. – Эта тварь мне нос сломала! – крикнул он, прижимая ладонь к окровавленному лицу.
Танцовщицы, находившиеся в комнате, с визгом бросились наружу. Хотя Мати они и так не интересовали. Покончив с «препятствиями», она снова повернулась к Владу. Тот едва успел восстановить дыхание.
– Сдохни, сдохни, сдохни! – рычала Матильда, нанося удар за ударом. Она была в ярости, поэтому вкладывала много силы в каждый, из-за чего выпады теряли в скорости, и Владислав успевал их блокировать.
Когда Мати в очередной раз замахнулась, Влад резко сделал шаг назад к окну. Рука ударила воздух, на секунду девушка потеряла равновесие и открылась.
«Нужно вырубить её», – промелькнуло в голове.
Владислав замахнулся, но внезапно почувствовал тот же аромат, что и перед перепалкой. Его рука дрогнула, и вместо удара кулаком, получилось что-то вроде пощёчины… Это было большой ошибкой.
Не обратив никакого внимания на разбитую этим странным выпадом губу, Матильда схватила Влада за всё ещё вытянутую кисть, и он услышал хруст ломающихся костей. Руку пронзила жгучая вспышка боли. Парень попытался отстраниться, но упёрся спиной в стекло. Людям на первом этаже окно ВИПа казалось зеркалом, а потому все продолжали веселиться, не имея ни малейшего представления о происходящем наверху. Владиславу показалось, что прошла целая вечность, прежде чем ему удалось наконец высвободить руку. Точнее, Матильда сама её отпустила. А затем сделала шаг назад.
«Пришла в себя?» – с надеждой подумал Влад.
Но нет. Её глаза по-прежнему были красными. Она посмотрела на него и хищно улыбнулась, обнажив острые зубы:
– Слабак, – прошипела она.
Затем внезапно подалась назад и нанесла прямой удар ногой точно в солнечное сплетение. Стекло, в которое Владислав упирался спиной, не выдержало. Волк полетел вниз, но за мгновение до удара успел заметить кое-что странное.
«Полосы? Так она не львица? Да что она такое, чёрт подери?!» – эта мысль последней промелькнула у него в голове, прежде чем послышался звук, напоминающий сирену. Наступила темнота…
Взгляд Вэртера
«Из-за этой чёртовой музыки ничего не слышно. Куда она делась? Сестрички говорили о ВИП-зоне. И где это? Табличку с указателем, конечно же, не повесили. Так я Мати точно не найду. Блин, только не делай глупостей, пожалуйста, только без глупостей… – Вэр никак не мог решить, куда направиться. – Давай Вэртер, сосредоточься. Чёрт, олень бы тут легко сориентировался. Ну конечно, – он ударил себя ладонью в лоб, – персонал должен знать!»
Вэр кое-как протиснулся через толпу к барной стойке.
– Что пить будем? – с ходу кинул бармен.
– Ничего. Где здесь ВИП-зона?
– Без понятия.
– А темноволосую девушку примерно такого роста, – Вэр поднял руку чуть ниже своей головы, – не видел? На ней ещё белые джинсы и такой блестящий синий топ.
– Без понятия, – непробиваемая стена безразличия не поддавалась.
– Ты хоть о чём-нибудь понятие имеешь?
– Да, о том, что здесь бар, а не справочное бюро. Либо заказывай, либо проваливай.
– Блин. Ладно, виски! – бармен сразу зашевелился. – И вот, держи, – Вэртер положил на стол купюру. – Сдачи не нужно.
– Чё, мелкий, крутого строишь? – ухмыльнулся мужчина, но деньги оставил. – Там, – сказал он и кивнул в сторону лестницы на второй этаж.
– Ясно, – Вэр пулей понёсся к лестнице.
– Эй, а виски? – крикнул бармен ему вслед.
– Сам пей!
«Блин, ну это жесть, – думал Вэр, которому приходилось буквально расталкивать народ. – И вот по кайфу им дрыгаться в такой тесноте? Чтоб я ещё хоть раз послушал этого оленя! Заберу Мати и больше сюда ни ногой. Да неужели…»
Вэртер наконец добрался до лестницы. Он был уже на середине, как вдруг услышал треск лопающегося стекла. Мгновение – и в паре метров от него пролетело что-то, а точнее кто-то. Незнакомец, протаранив стекло, выпал со второго этажа. Поражённый Вэр пялился на него как прикованный. Юноша упал на один из столиков. Туда же посыпались осколки. По счастливой случайности в этот момент за столом никто не сидел. Повезло им, чего не скажешь о парне, приземлившемся на несколько бокалов.
На секунду в зале стало очень тихо. Колонки вдруг замолкли. В тишине все смотрели в сторону стола, не решаясь подойти. И только освещение продолжало мигать в темпе уже прекратившейся музыки.
Внезапно сработала пожарная сигнализация, и вся толпа ломанулась к выходам. Эта сирена вывела Вэра из оцепенения. Он понял, что опоздал. И что это чревато большими проблемами. Все внутренности словно скрутились в тугой комок, Вэртеру стало страшно, но не только из-за воцарившейся вокруг паники. Находясь в относительной безопасности на лестнице, он посмотрел наверх, прекрасно зная, что увидит. Напротив разбитого окна стояла Матильда. Она смотрела вниз немигающим взглядом, в тусклом свете её глаза светились, как красный фосфор.
Неконтролируемый поток посетителей сошёл на нет, как внезапно сорвавшаяся лавина, и зал опустел за несколько минут. Чудо, что никто не пострадал. Включилось нормальное освещение. Матильда подошла к самому краю и с кошачьей грацией спрыгнула вниз через образовавшуюся в стекле дыру. Явно не собираясь останавливаться на достигнутом, Мати сделала пару шагов к распластавшемуся на сломанном столике парню, как вдруг в зал забежали три человека.
– Это что, вашу мать, за звёздные войны в моём клубе?! Стоило уйти на пятнадцать минут, и какого хера тут происходит?!
Ответа не последовало. Матильда, видимо, решила игнорировать его.
– О, детка, подобное не каждый день увидишь. Что ты вообще такое? Хотя нет, не говори, – юноша картинно выставил руку вперёд, как бы предупреждая её ответ, – я уже догадался. Кажется, у тебя возникли небольшие разногласия с моим кузеном. Что ж, отчасти это и моя вина, ведь я впустил тебя, – он улыбнулся, обнажив белоснежные зубы, только глаза его совсем не улыбались. – Мой косяк, мой косяк. Позволь исправиться, – продолжал блондин. – Ребята! – обратился он к своим спутникам. – Решите проблему.
Вэр перевёл взгляд на «ребят» и узнал в них тех самых громил, напавших на Эрика. Он знал, что эти двое Матильде не соперники, чего не скажешь о хозяине клуба, который явно просто не хотел марать руки. Встать сейчас между ними означало оказаться между молотом и наковальней. Оставался один вариант – выждать подходящий момент, чтобы как-то успокоить подругу, попытаться вернуть её человеческое сознание.
Правда, остальные участники конфликта ждать точно не собирались. Охранники стали обходить Матильду с двух сторон, надеясь поймать в тиски, глаза мужчин загорелись жёлтым. Мати будто оцепенела в замешательстве, но Вэр знал, что она специально подпускает их поближе. Как только те двое подошли практически вплотную, она запрыгнула на ближайший стол и, оттолкнувшись от него со всей силы, зацепилась за одну из клеток для гоу-гоу. Громилы так и стояли, задрав головы и разинув рты. А Матильда ловко вскарабкалась на самый верх и, добравшись до спускового механизма, отцепила клетку. Тяжеленная конструкция с диким грохотом рухнула вниз прямо на стоявших под ней. К счастью, клетка висела не очень высоко. По расчётам Вэртера, «ребята» должны были отделаться парой переломов, но парень мало за них переживал: громилы получили по заслугам.
А вот владелец «Клыков» мнение Вэра, похоже, не разделял. От прежней улыбки не осталось и следа. Теперь это был оскал. Юноша ловил каждое движение Матильды, оценивая её силы.
Мати же, сделав очередной кошачий пируэт, приземлилась обратно на стол.
Наконец противник сделал шаг вперёд. Больше нельзя было терять ни секунды. Вэртер соскочил с лестницы и перегородил ему дорогу:
– Погоди, я могу всё уладить!
– Ты ещё кто?
– Лучший друг. Я попробую с ней поговорить. Она послушает! – быстро проговорил Вэр, не давая времени на возражения.
– С дороги! – парень оттолкнул Вэртера. – Время разговоров кончилось, когда она выкинула моего брата из окна.