Раздался треск.
Старая, трухлявая балка, не выдержав возложенной на нее ответственности, переломилась пополам и грохнулась на землю.
Вместе с Джеммой.
Ориел закрыла лицо ладонью.
— Если на меня не хватает инквизиции, то на тебя — Братьев Гримм.
— На нас, Бейн, на нас, — поправила Джем и, отряхнувшись, махнула рукой в сторону деревни: — За выкупом, соучастник?
Даже Бейн была удивлена.
Из-за забаррикадированного трактира торчали вилы. На вилах сиротливо висел маленький узелочек, как выяснилось минутою позже — с деньгами. Вокруг была высыпана соль. Бейн проверила: она надежно закольцовывала трактир. Не меньше двух-трех мешков перевели на такую добротную линию, толщиной в ладонь.
Транжиры.
Вещи девушек, что примечательно, лежали вне соляного круга.
— Наро-од честной, ты где? — поддразнила Джем.
— Забирайте деньги и прочь из деревни! — гулко раздалось из трактира.
— А бонус от травницы? Мы так не договаривались! Или хотите увидеть гнев ведьм?
— Бамбара, чуфара, лорики, ёрики… — злорадно и громко начала приговаривать Бейн.
— Акуна матата! — подпела ей Джем.
Скамья, перекрывающая ближайшее окно, на мгновение сдвинулась, и в девушек полетел веник из трав.
— Вы обалдели? Два! — дожимала Джем: — Или хотите ославить свою деревню? Мы про вас песню сочиним! И споем!.. Вовек не отмоетесь.
— Пикапу, трикапу, скорики, морики, — заунывно продолжала Бейн.
Сообразив, что «заклинание» закончилось, а ничего больше в память не постучалось, она быстро просмотрела комм и ткнула в песню AC/DC. Грянуло так, что вздрогнула не только не ожидающая подвоха Джемма, но и сама Ориел.
В трактире что-то с тяжелым грохотом упало.
Вероятно, староста.
После чего скамья еще раз на мгновение сдвинулась, и в девушек полетела уже сумка. Джем в прыжке поймала ее за лямку и, понизив голос до шепота, коварно предложила:
— Может, теперь зайдем к ним? Порадуем людей благой вестью, что соль на нечисть не действует?
Бейн еще раз закрыла лицо рукой.
— Проваливайте отсюда! — не сдавались в трактире.
Девушки переглянулись и решили отложить разрушение мифов на другой визит.
— Всего доброго.
— Не поминайте лихом! — пропела Джем, копаясь в сумке и перебирая засушенные листья и стебли. Кроме них в матерчатых карманах нашлись еще несколько склянок с содержимым, не поддающимся опознанию. Судя по всему, местная знахарка до последнего не желала отдавать «ведьмам» травы, набранные честным трудом.
Джемма, дав Бейн звонкую «пять», обменялась с ней сумками: сама стала пересчитывать деньги, ссыпав их из кулька себе на ладонь, а Ориел доверила закончить ревизию гербария.
Сумма, посуленная за отлов «ведьмы», была не ахти какой, но открывала перед девушками некоторые перспективы и варианты.
— Сколько мы уже не развлекались нормально?
— Тебе точную цифру? Давно.
— В столицу?
Бейн ехидно оскалилась и потерла руки.
— Кто там у нас хотел вести Прыгун?
Джем просияла.
— Ура!
— А я пристегнусь. И помолюсь.
Не так часто Бейн укачивало… Точнее, до знакомства с Джеммой, Ориел считала, что ее вообще, в принципе, не может укачать. Однако после первого совместного полета, когда за рулем оказалась Джем, Бейн пришлось пересмотреть свои убеждения. И, на четвереньках покинув Прыгун, Ориел поинтересовалась у подруги, каким образом та сдала зачет по вождению летательных аппаратов и получила права. Джемма (также едва вылезшая из кресла первого пилота) сообщила, что в один прекрасный вечер засиделась допоздна в библиотеке и о-очень удачно столкнулась с преподом по пилотированию, который шел… ну-у как шел? — полз с грандиозного юбилея кафедры. С тех пор о навыках вождения студентки Миттас ходили легенды — точнее, леденящие кровь страшилки.
Вот и сейчас Бейн напоминала того самого «пришельца» — зелененькая и с выпученными глазами.
— Деревня! Маршрут! — в пристегнутом виде Ориел едва дотянулась до тумблера невидимости, который Джемма задела, пока пыталась взлететь с поляны.
Капсула со скрежетом накренилась, почти легла на бок. Джемма, дорвавшись до пульта управления, самозабвенно рулила так, словно Прыгун не летел в свободном воздушном пространстве, а ехал по узкому горному серпантину. Отвлекшись от главного экрана, она ностальгически оскалилась:
— Вовремя собранный компромат, поданный под острым соусом из шантажа, решает многие проблемы.
— Ага, а потом эти проблемы возвращаются в троекратном размере. Ты что дела-аешь?!
— Рупор поворачиваю.
— Какой рупор? Это руль называется!
— …какая разница, я ведь повернула.
— Не тот! Это вторая космическая!
От резкой смены передачи девушек вжало в сиденья, уши заложило; Прыгун же ощутимо сдавило. Джем попыталась сделать вид, что так и было запланировано.
— Что? На обычной мы бы в столицу только к утру прилетели. А так домчимся с ветерком!
Прыгун дернул носом, срезая верхушки деревьев.
— Вверх! Не вертикально!
Если бы Бейн не сидела, вжавшись в кресло, намертво вцепившись в подлокотники и боясь пошевелиться, она бы обязательно стукнулась лбом о консоль.
Механический голос искина сообщил: «До назначенного объекта…»
— Тормози! Не так! Не этим! Не на себя-я-аа-а!
Корабль, поймав последнюю воздушную яму, резко прыгнул вверх. Джем от толчка сильнее вдавила педаль — Прыгун подбросило, перевернув вверх дном. Из-за резкого кульбита Джемма, не сумев справиться с управлением и потерявшись в пространстве, отпустила руль. Бейн, запутавшись в ремне, дотянулась только до подушек безопасности. Прыгун свечкой ушел в свободное падение. Благо, продолжалось оно недолго: спустя несколько мгновений корабль, оставляя за собой длинную полосу примятых колосьев, протащило на середину кукурузного поля, где он и замер.
Впереди, в полумиле возвышались крепостные стены столицы. Если бы скорость была не второй, а третьей… или тормозной путь оказался длиннее, то девушки бы протаранили каменные блоки, разломав вековую кладку.
Ориел выдохнула и, совладав со срывающимся голосом, сообщила:
— Делаете успехи, госпожа Миттас. В этот раз, можно сказать, посадка получилась мягкой.
— М-м-мягкой? — Джем ощутимо колотило. — Да чтоб я еще раз села за баранку этого пылесборника!
— Она тебя не хотела обидеть, дорогой, — Бейн ласково погладила консоль Прыгуна, — Что поделать, если кто-то компромат на преподов собирал вместо учебы? Ладно, горе-пилот, выйдем — подышим, а после уберемся с места прыгунокрушения.
Вызревающая на поле кукуруза тихо шуршала на ветру. Высокие стебли уже клонились от тугих початков, и от резких порывов они мерно стукались об обшивку невидимого Прыгуна. Длинная полоса «тормозного пути» и ровный овал смятой кукурузы на том месте, где сейчас располагалась их капсула, выглядели… инфернальненько.
Во всяком случае, для неискушенного средневекового обывателя.
Джемма и Ориел несколько минут глубоко дышали и молча приходили в себя, смотря на поле. Затем девушки переглянулись.
— Бе-ейн…
— Мы думаем об одном и том же?
— Однозначно!
Именно так, спустя полчаса громкого хохота и чистого вдохновения, смешанного с сеансом пилотирования, на кукурузном поле маленькой планеты появились таинственные знаки.
Некоторые весьма неприличного содержания.
Прыгун, недолго думая, припарковали недалеко от крепостных стен, в перелеске. Конечно, был риск, что какие-нибудь гулены расшибут лбы о невидимую капсулу, но в прошлый раз, когда девушки оставили его на крыше небольшой гостиницы, столица еще полгода гудела растревоженным ульем о том, как некие менестрели поднялись на чердак и просто исчезли…
Головомойку, устроенную им Николя, и вовсе вспоминать не хотелось.
Поэтому почти час девушки провозились, пытаясь придумать, как замаскировать капсулу. Точнее, возилась Бейн: выбрала кустарник погуще, натаскала веток, чтобы уж точно отбить желание у кого бы то ни было лезть в этот бурелом. Потом поняла, что в светлом, чистом перелеске получившаяся композиция привлекает гораздо больше внимания, чем просто пустое место.
Принялась растаскивать все обратно.
Джемма следила за метаниями подруги с самым благожелательным видом. Давно зная Ориел и ее паранойю, к таким моментам она относилась с философией «чем бы дитя ни тешилось». Только когда вышло обеденное время, и начали подступать вечерние сумерки, Джем сцапала подругу за рукав и очень выразительно посмотрела в глаза Бейн.
— Тебе придется везти его на себе, раз не можешь оставить тут!
Ориел насупилась и сообщила, что в таком случае, если что-то за время их отсутствия случится с капсулой — она не причем. Джемма легкомысленно пожала плечами, а точку в метаниях поставил громко и голодно заурчавший живот Бейн. И подхватив заметно полегчавшую сумку, ибо половину барахла она вывалила в Прыгуне, Ориел первой направилась в сторону столицы, носившей навевавшее ассоциации название Бермена.
Джем хохотнула и, поправив за спиной гитару, бодро пошла следом.
Вообще-то в город вели несколько подземных ходов, один из которых заканчивался именно в том заведении, куда и собирались заглянуть девушки. Однако этими путями они по негласной договоренности пользовались лишь в крайних случаях. Либо когда превышали должностные полномочия и бежали от преследования, либо когда столица бурлила по причинам, не связанным с деятельностью девушек, но тем все равно не с руки было попадаться представителям правопорядка.
Все-таки сырые земляные лабиринты, затопленные тьмой и зачастую обрывающиеся тупиками, были не самым уютным местом. Даже Ориел — большая любительница страшилок — не особенно рвалась посещать тайные ходы, предпочитая по возможности перемещаться в верхнем городе.
К тому же, к вечеру поток желающих попасть в Бермену иссяк, и стража на воротах беспечно клевала носами. Бейн отсчитала медяками пошлину за вход, Джем перекинулась последними сплетнями со скучающими дяденьками и надбавила пару монеток, после чего менестрелей не то, что не стали досматривать, но и проводили самыми добрыми пожеланиями.