А. Чехонте.
Даны сии ат«тестации»* при громких криках «ура». А при сих аттестациях печать.
Пошлины государственной взыскана копейка серебром.
* Автограф поврежден.
Дано сие Студенту Императорского университета Михаилу Павловичу Чехову 20 лет, православного вероисповедания, в удостоверение, что он состоит с 1865 года моим родным братом и уполномочен мною брать в редакциях, в коих я работаю, денег, сколько ему потребно, что подписом и приложением печати удостоверяю.
Врач А. Чехов.
Москва 1886 г.
Января 15-го дня.
«Вид Кипариса…»
{Рис. 2}
Вид кипариса
Пред Вами, Василиса!
Рассказ для детей с иллюстрациями
Соч. Архипа Индейкина
(Посвящается Василисе и Сергею)
Одобрен Ученым Комитетом не только для детей, но даже и для генералов, архимандритов, непременных членов и писательниц.
Цена 17 коп.
Дозволено цензурою с тем, чтобы дети сидели смирно за обедом и не кричали, когда старшие спят.
Цензор Пузиков.
Глава I
В городе Москве на Живодерке в доме купчихи Левиташкиной жило одно очень прекрасное и благородное семейство, которое всеми любимое.
Папашу звали Мерлитон Пантелеич Брючкин. Это был человек с глазами, носом и ушами. Он был лысенький, как бутылка с водкой. Но посмотрите на него сзади и вы, дети, увидите, как он красив: Он был очень хороший человек: носил плюшевую жилетку, сек детей и икал после обеда.
Мамашу звали Макрида Ивановна. Это была в высшей степени красивая женщина! У нее был гордый взгляд и губы складывались в презрительную улыбку. Она считала всех дураками, а себя умной, потому что умела говорить «мерси» и «донэ муа». Каждый вторник она покупала на 10 копеек пудры.
У папаши и мамаши было четверо детей: Миша, Терентиша, Кикиша и Гриша.
Миша был очень умный мальчик. Он редко стоял на коленях, а когда его секли, то не дрыгал ногами. Он учился в гимназии, где отличался постоянством: сидел по три года в одном классе.
Терентиша часто шалил, крал у папы папиросы и объедался. Он был невежа и часто вставал из-за обеда, причем мама брала его за ухо и уводила, а остальные зажимали носы и говорили: «Уф!»
Кикиша был мальчик, который хороший, но он научился у Сергея Киселева ходить на голове, лазить по спинке дивана и ловить лягушек.
Самый лучший мальчик был Гриша, который слушался папу и маму, хорошо учился и помогал бедным. Бывало стащит у мамы яблоко, или у папы копейку и сейчас же отдаст нищему. За это он не в пример прочим раскрашен здесь.
Если дети и вы будете хорошо вести себя, то и вас будут раскрашивать красками!
У детей был дедушка Пантелей Тараканович. Он день и ночь спал за ширмочкой, где его кусали клопы и блохи. Клопов он давил на стене, а блох между ногтями. От него пахло табаком, уксусом и еще чем-то таким, что неприлично сказать: бедняжка часто расстраивал себе желудок! Ходил он в синих брюках, так как черные были съедены мышами.
К счастью Мерлитон Пантелеич завел кошку, а то мыши съели бы и остальные брюки и дедушка при гостях должен был бы прятаться.
Прислуг было двое: лакей Никита и кухарка Перепетуя. Когда они на кухне дрались, или опрокидывали на пол соус, то папаша грозил им кулаком.
Брючкины жили богато: у них в конюшне была лошадь, которая быстро бегающая. На ней ездили кататься. Но к сожалению осла у них не было. Было у них много мебели: стол, самоварная труба, утюг, намордник, клещи и прочие вещества, необходимые для хозяйства. Папа покупал прошлогодние газеты, которые читал и рвал на небольшие кусочки, которые мял.
Глава II
Каждое утро дети просыпались и дом Брючкиных поражал всех тишиною:
Напившись чаю, дети садились учиться. К ним приходил их учитель Дормидонт Дифтеритович Дырочкин, личность светлая и ученая. Водки он не пил, а только пахнул ею. Говорил он хриплым басом и смеялся, как лошадь. Учеников бил линейкой. Жил этот Дырочкин на 7-м этаже дома Голяшкина, где по вечерам учился играть на трубе. Играл он до трех часов ночи, от чего соседи спали крепче.
Учил он детей чистописанию, потому что главное в жизни - чистописание!
Платили ему 3 рубля в месяц. Часто мамаша оставляла его обедать. Он ел руками, утирал губы скатертью и брал у соседа хлеб.
После занятий все обедали. Подавали за стол суп, горчицу, говядину и иногда рыбу.
Когда кто-нибудь из детей шалил за обедом, то папаша делал выговор, а после выговора задавал порку. Перед вечером приезжала тетя Жозефина Павловна, от которой пахло духами. А раз из Чернигова приезжала другая тетя, Мордемондия Васильевна.
Вечером дети читали журналы «Детское утомление» или сочинения Богемского и Политковской, которая отлично пишет. Ужинали дети остатками от обеда.
Когда ложились спать, то мама отворяла форточку и говорила: «Не нужно детей ржаным хлебом кормить».
Глава III
Когда дедушка издох, то Брючкиным осталось наследство. Они купили себе новые сапоги и стали давать обеды. После обеда гости выходили на террасу курить:
Дети должны были сидеть в детской и не кричать. Вечерами хозяева и гости задавали концерты.
Папаша играл на скрипке, мамаша на рояле, тетя Жозефина Павловна пела дискантом, Семен Крокодилович басом, Диодор Калиныч тенором, Вика играла на виолончели, а в столовой приготовляли закуску и водочку.
Глава 4-я
В четвертой главе произошел скандал: когда автор писал ее, неожиданно вошла его жена и сказала:
– Если ты, рылиндрон, не перестанешь писать, то я у тебя лампу отнему.
Бедному автору поневоле приходится писать слово:
Конец
Портрет автора.
(Роман)
Часть I
Был полдень… Заходящее солнце своими багряно-огнистыми лучами золотило верхушки сосен, дубов и елей… Было тихо; лишь в воздухе пели птицы, да где-то вдали грустно выл голодный волк… Ямщик обернулся и сказал:
– А снегу все прибывает, барин!
– Что?
– Я говорю, что снегу прибыло…
– А!
Владимир Сергеевич Табачкин, о котором идет речь, в последний раз взглянул на солнце и помер.
….
Прошла неделя… Над свежей могилой со свистом носились птицы и перепела… Солнце светило… Молодая вдова, вся в слезах, стояла возле и с горя обмочила весь платок…
Н. Захарьева.
Когда у танцовщицы Цукки родится сын, то его будут звать - Цуккин сын.
Мещанское училище названо мещанским не совсем правильно, ибо там плохо кормят не одних только мещан, но и титулярных советников.
Прежде чем приглашать ассенизацию чистить ретирады, очисть свою душу…
ПОМОЩНИКА ИНСПЕКТОРА
(ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ III ТОМА СВОДА ЗАКОНОВ)
1) Помощник инспектора должен помогать во всем инспектору во всякое время дня и ночи, помня, что за малейшее непослушание он ответит не только на страшном суде, но и здесь, в земной жизни. Впрочем, закон не лишает его права отказывать от помощи в делах семейного или личного свойства. Так, он не обязан помогать инспектору в деторождении и в платеже по инспекторским счетам.
2) В одежде он ничем не отличается от инспектора, но на случай могущего быть пожара, дабы г. обер-полицеймейстер мог отличить старшего от младшего, должен спать ночью без невыразимых. Сенат разрешает ему спанье в невыразимых только в том случае, если инспектор согласен спать в штанах.
3) В отличие от великих мира сего и чтобы показать подчиненным, что он доволен и малым, он имеет под своей кроватью микроскопическую ночную вазу, каковою и обязан довольствоваться даже в случаях неумеренного употребления пива.
4) Права его суть следующие: a) он имеет особый ключ от ватерклозета; сей ключ должен быть вывешен на видном месте; b) по пятницам он парится в бане. c)*
* Не окончено.
Люди, покоряющие Кавказ любовью и просветительным подвигом, достойны большей чести, чем та, которую мы можем воздать им на словах.
Вчера в селе Богимове любителями сценического искусства дан был спектакль. Это знаменательное событие, как нельзя кстати, совпало с пребыванием в Кронштадте могущественного флота дружественной нам державы, и таким образом молодые артисты невольно способствовали упрочению симпатий и слиянию двух родственных по духу наций. Vive la France! Vive la Russie!*
* Да здравствует Франция! Да здравствует Россия! (франц.)
Спектакль был дан в честь маститого зоолога В. А. Вагнера. Не нам говорить о значении зоологии как науки… Читателям известно, что до сих пор клопы, блохи, комары и мухи - эти бичи человечества и исконные враги цивилизации - истреблялись исключительно только персидским порошком и другими продуктами латинской кухни, теперь же все названные насекомые превосходно дохнут от скуки, которая постоянно исходит из сочинений наших маститых зоологов.
На сцене было представлено что-то очень похожее на сцены из «Ревизора» и следующие живые картины: 1) Индус в панталонах Хлестакова, 2) Цыгане на пиру у греческих царей, 3) Греческие цари в цыганском таборе и 4) Гений, венчающий банным веником готтентота и испанку. Исполнение, в высшей степени талантливое, добросовестное и обдуманное, вызвало всеобщий восторг. Г. Киселев, обладающий прекрасной сценической наружностью, выказал свой превосходный комический талант. Он несомненно комик. Но когда он становился к публике в профиль, то в его игре и в костюме чувствов