Возвращался папа мой
Поздно по полю домой.
Папа смотрит и глядит –
На земле хорёк сидит.
На земле хорёк сидит
И на папу не глядит.
Папа думает: «Хорёк –
Замечательный зверёк,
Замечательный зверёк,
Если только он хорёк».
А хорёк сидел, сидел,
И на папу поглядел.
И на папу поглядел
И уж больше не сидел.
Папа сразу побежал,
Он винтовку заряжал.
Очень быстро заряжал,
Чтоб хорёк не убежал.
А хорёк бежит к реке
От кустов невдалеке.
А за ним невдалеке
Мчится папа к той реке.
Папа сердится, кричит
И патронами бренчит,
И винтовочкой бренчит,
«Подожди меня!» – кричит.
А хорёк, поднявши хвост,
Удирает через мост,
Мчится с визгом через мост,
К небесам поднявши хвост.
Папа щелкает курком,
Да с пригорка кувырком.
Полетел он кувырком
И – в погоню за хорьком.
А ружье в его руках
Загремело – тарарах!
Как ударит – тарарах!
Так и прыгнуло в руках.
Папа в сторону бежит,
А хорёк уже лежит.
На земле хорёк лежит
И от папы не бежит.
Тут скорее папа мой
Потащил хорька домой.
И принес его домой,
Взяв за лапку, папа мой.
Я был рад, в ладоши бил,
Из хорька себе набил,
Стружкой чучело набил,
И опять в ладоши бил.
Вот пред вами мой хорёк
На странице поперёк.
Нарисован поперёк
Перед вами мой хорёк.
Даниил Хармс
1929
«Кто из вас прочитал…»*
Кто из вас прочитал,
Кто из вас не читал
Приключенья в последнем «Еже»?
Ты еще не читал,
Он еще не читал, –
Ну а мы прочитали уже,
Интересный рассказ
Специально про вас
Напечатан в последнем «Еже»,
Пионерский приказ
Специально для вас
Напечатан в последнем «Еже».
Мы считаем, что «іж»
Потому и хорош,
Что его интересно читать.
Все рассказы прочтёшь,
И ещё раз прочтёшь,
А потом перечтёшь их опять.
Как портной без иглы,
Как столяр без пилы,
Как румяный мясник без ножа,
Как трубач без трубы,
Как избач без избы –
Вот таков пионер без «Ежа».
1929
Га-ра-рар!*
Бегал Петька по дороге,
по дороге,
по панели,
бегал Петька
по панели
и кричал он:
«Га-ра-рар!
Я теперь уже не Петька,
разойдитесь!
разойдитесь!
Я теперь уже не Петька,
я теперь автомобиль».
А за Петькой бегал Васька
по дороге,
по панели,
бегал Васька
по панели
и кричал он:
«Ду-ду-ду!
Я теперь уже не Васька,
сторонитесь!
сторонитесь!
Я теперь уже не Васька,
я почтовый пароход».
А за Васькой бегал Мишка
по дороге,
по панели,
бегал Мишка
по панели
и кричал он:
«Жу-жу-жу!
Я теперь уже не Мишка,
берегитесь!
берегитесь!
Я теперь уже не Мишка,
я советский самолет».
Шла корова по дороге,
по дороге,
по панели,
шла корова
по панели
и мычала:
«Му-му-му!»
Настоящая корова
с настоящими
рогами
шла навстречу по дороге,
всю дорогу заняла.
«Эй, корова,
ты, корова,
не ходи сюда, корова,
не ходи ты по дороге,
не ходи ты по пути».
«Берегитесь!» – крикнул Мишка.
«Сторонитесь!» – крикнул Васька.
«Разойдитесь!» – крикнул Петька –
и корова отошла.
Добежали,
добежали
до скамейки
у ворот
пароход
с автомобилем
и советский самолет,
самолет
с автомобилем
И почтовый пароход.
Петька прыгнул на скамейку,
Васька прыгнул на скамейку,
Мишка прыгнул на скамейку,
на скамейку у ворот.
«Я приехал!» – крикнул Петька.
«Стал на якорь!» – крикнул Васька.
«Сел на землю» – крикнул Мишка, –
и уселись отдохнуть.
Посидели,
посидели
на скамейке
у ворот
самолет
с автомобилем
и почтовый пароход,
пароход
с автомобилем
и советский
самолет.
«Кроем дальше!» – крикнул Петька.
«Поплывем!» – ответил Васька.
«Полетим!» – воскликнул Мишка, –
и поехали опять.
И поехали, помчались
по дороге,
по панели,
только прыгали, скакали
и кричали:
«Жу-жу-жу!»
Только прыгали, скакали
по дороге,
по панели,
только пятками сверкали
и кричали:
«Ду-ду-ду!»
Только пятками сверкали
по дороге,
по панели,
только шапками кидали
и кричали:
«Га-ра-рар!»
ВСЁ
Даниил Хармс
7-16 октября 1929
Веселые чижи*
Посвящается 6-му Ленинградскому детдому
Жили в квартире
Сорок четыре,
Сорок четыре
Весёлых чижа:
Чиж-судомойка,
Чиж-поломойка,
Чиж-огородник,
Чиж-водовоз,
Чиж за кухарку,
Чиж за хозяйку,
Чиж на посылках,
Чиж-трубочист.
Печку топили,
Кашу варили,
Сорок четыре
Веселых чижа:
Чиж – с поварёшкой,
Чиж – с кочерёжкой,
Чиж – с коромыслом,
Чиж – с решетом,
Чиж накрывает,
Чиж созывает,
Чиж разливает,
Чиж раздаёт.
Кончив работу,
Шли на охоту
Сорок четыре
Весёлых чижа:
Чиж – на медведя,
Чиж – на лисицу,
Чиж – на тетерку,
Чиж – на ежа,
Чиж – на индюшку,
Чиж – на кукушку,
Чиж – на лягушку,
Чиж – на ужа.
После охоты
Брались за ноты
Сорок четыре
Весёлых чижа:
Дружно играли:
Чиж – на рояле,
Чиж – на цимбале,
Чиж – на трубе,
Чиж – на тромбоне,
Чиж – на гармони,
Чиж – на гребёнке,
Чиж – на губе!
Ездили всем домом
К зябликам знакомым
Сорок четыре
Весёлых чижа:
Чиж – на трамвае,
Чиж – на моторе,
Чиж – на телеге,
Чиж – на возу,
Чиж – в таратайке,
Чиж – на запятках,
Чиж – на оглобле,
Чиж – на дуге!
Спать захотели,
Стелят постели,
Сорок четыре
Весёлых чижа:
Чиж – на кровати,
Чиж – на диване,
Чиж – на корзине,
Чиж – на скамье,
Чиж – на коробке,
Чиж – на катушке,
Чиж – на бумажке,
Чиж – на полу.
Лежа в постели,
Дружно свистели
Сорок четыре
Весёлых чижа:
Чиж – трити-тити,
Чиж – тирли-тирли,
Чиж – дили-дили,
Чиж – ти-ти-ти,
Чиж – тики-тики,
Чиж – тики-рики,
Чиж – тюти-люти,
Чиж – тю-тю-тю!
1930
Миллион*
Шел по улице отряд –
сорок мальчиков подряд:
раз, два,
три, четыре,
и четырежды четыре,
и четыре на четыре,
и ещё потом четыре.
В переулке шел отряд –
сорок девочек подряд:
раз, два,
три, четыре,
и четырежды четыре,
и четыре на четыре,
и ещё потом четыре.
Да как встретилися вдруг –
стало восемьдесят вдруг!
Раз, два,
три, четыре,
и четыре на четыре,
на четырнадцать четыре,
и ещё потом четыре.
А на площадь повернули,
а на площади стоит
не компания,
не рота,
не толпа,
не батальон,
и не сорок,
и не сотня,
а почти что
МИЛЛИОН!
Раз, два, три, четыре,
и четырежды
четыре,
сто четыре
на четыре,
полтораста
на четыре,
двести тысяч
на четыре,
и ещё потом четыре!
ВСЁ
Даниил Хармс
29 июня 1930
Врун*
Вы знаете?
Вы знаете?
Вы знаете?
Вы знаете?
Ну, конечно, знаете!
Ясно, что вы знаете!
Несомненно,
Несомненно,
Несомненно знаете!
Нет! Нет! Нет! Нет!
Мы не знаем ничего,
Не слыхали ничего,